Сын моего мужа - Кира Полынь

Взяла из шкафа клатч с пайетками на золотом ремешке и поторопилась к дверям. Уже в прихожей зазвонил домашний телефон, и на том конце провода оказался Константин: предупредил, что заедет за нами через десять минут.

— Да, хорошо. Я уже готова.

Опустив трубку на базу, шарахнулась в сторону, хватаясь за сердце.

Руслан стоял совсем близко и жадно рассматривал меня с головы до ног, жарко и откровенно скользя взглядом по разрезу юбки и скромному декольте.

— Я буду думать, что это для меня ты нарядилась.

— Думай, — неоднозначно ответила я, замечая, что и он выглядел иначе.

Аккуратная стрижка подчеркивала резкие черты лица, борода никуда не делась, но приобрела более ухоженный вид. Сегодня он вновь был в рубашке, на этот раз в белой и идеально выглаженной, и в темных брюках со стрелками.

— Константин заедет через десять минут, — то ли предупреждая, что одни мы долго не будем, то ли просто поясняя, сказала я.

— Насрать. Ты со мной поедешь.

— Но…

— Без «но». На выход.

Проглотив очередное проклятие, крутившееся на языке, решила не портить себе настроение очередным спором и пошла к дверям.

— О, вы уже вышли! Торопился как мог, — лучезарно улыбаясь, Константин вновь поцеловал мою руку. — Вы прекрасно выглядите, Катерина. Как и всегда.

— Благодарю.

Руслан что-то неразборчиво буркнул, и вцепившись в мой локоть, потащил к своей «БМВ», даже не взглянув на растерявшегося мужчину.

— Я поеду с Русланом, встретимся там!

Зная, что выглядит это откровенно некрасиво, пришла к выводу, что, собственно, наплевать. Уже завтра он уедет, и внуков мне с ним не крестить, а вот необоснованная реакция Руслана была очень даже значимой для моего будущего.

— Правильный ответ, Катя, — не скрывая ухмылки, сказал он, когда мы сели в машину. — Пристегнись, поедем быстро.

— Не надо быстро! — успела выкрикнуть, но мужчина уже вдавливал педаль в пол, красноречиво сжигая шины до серого дыма.

Уже через несколько минут я потеряла авто Константина с радара, жалостливо заглядывая в зеркало заднего вида и хватаясь влажными с перепуга ладошками за ручки в салоне.

Не прошло и двадцати минут, как мы остановились на парковке перед зданием, в котором расположился ресторан, и я облегченно выдохнула. Такая езда мне определенно не нравилась, и решив больше никогда не ездить с Русланом вдвоем, для себя отметила, что с Полиной в салоне он так не лихачил.

— У нас десять минут, пока он докатится сюда на своей таратайке.

— И что ты предлагаешь? Я бы с радостью сходила в туалет после такой-то поездочки.

— Поцелуй меня, — рыкнул он, крепко впиваясь руками в руль, сжимая кожаный чехол до противного скрипа.

— Что?

— Поцелуй меня, Катя. Или мы сейчас же вернемся и ресторан перенесется на неопределенный срок, — пообещал он, и я… поверила.

Судя по тому, как плотно он сжимал губы, — сейчас Руслан был не в настроении шутить. Выходка с выездом уже и так подпортила вечер, а отъезд сделал бы его чудовищным.

— Один раз.

— Один, — согласился он. — Но по-нормальному.

— Это как, по-твоему?

— Как взрослые. Или и этому тебя тоже нужно учить?

Щеки обдало жаром, и я гневно прищурилась, оценив укол по достоинству.

И чего он со мной тогда возится, если я такая неумеха?! Нашел бы себе развратную, опытную, нет, пристал ко мне как банный лист, и шагу не дает ступить.

— Не трать время. Тебе потом еще губы перерисовывать, — напомнил он, отпуская руль, и откидываясь на спинку сидения. — Давай, я жду.

Мне впервые стало по-настоящему обидно.

Это был удар по моей женственности, и без того ущемленный небогатым опытом. И Руслан не терял возможности напомнить мне об этом, окуная в таз с кипятком.

Отложила в сторону клатч, подтянула ноги, оперлась коленями в кресло, потянувшись к Руслану и нависая над ним. Он послушно откинул голову, позволяя приблизиться к его лицу и наконец решиться шагнуть в пропасть.

— Испытываешь терпение.

— Дай мне сосредоточиться и представить кого-то другого.

Эти слова взбесили его.

Осознала, как глупо вывела его из себя, уже свалившись на мужскую грудь — с его же помощью. Руслан не собирался больше церемониться и силой вдавил мой рот в свой, сразу же пробуя языком и проталкивая его внутрь. Он будто бы пытался меня сожрать, проглотить, набрасываясь как дикое животное и доминируя.

Стальными пальцами вновь зафиксировал голову, и я приоткрыла губы, пытаясь вдохнуть исчезнувшего воздуха. Он воспользовался этим.

— Бляха, Катя, — прошипел мне в губы, отрываясь лишь на секунду, и я невольно заметила отпечаток моей помады на его коже. — Убил бы. Ну, еще представляешь кого-то?! Отвечай!

Промычала что-то невнятное, чувствуя, как чужие ладони шарят по ткани платья, сминают ее, сдавливают, словно готовясь порвать.

Он отпустил меня неожиданно. Тыльной стороной ладони стер след моего поцелуя, взглянул исподлобья:

— Лицо в порядок приведи.

Взгляд упал на отражение моего ошарашенного лица в небольшом зеркале авто, и надежда на нормальный вечер просто взорвалась, так и оставшись надеждой.

Губы чуть припухли, кожа вокруг раскраснелась из-за жесткой бороды, а помада размазалась в темно-бордовую кляксу.

На колени упала пачка салфеток, и я торопливо попыталась стереть отпечатки преступления, дрожащими пальцами раскрывая влажную тряпочку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Явился, — в очередной раз за день хмуро сказал Руслан, заглядывая в зеркало заднего вида. — Ты закончила?

Уныло кивнув, решила, что подкрашу губы потом, уже наплевав на реакцию Константина, который точно заметит изменения в образе за каких-то жалких полчаса.

И я оказалась права.

Разочарованный и несколько брезгливый взгляд Константина сопровождал меня и в лифте, и в холле ресторана, и даже когда мы сели за стол.