Беременная от моего сына - Ольга Джокер

Артур.

— Поздравляю тебя, — произношу невозмутимо.

— А я тебя, — смеется Алла. — Потому что ребёнок внутри меня — твой.

— Мне кажется, ты что-то путаешь, — произношу спокойным тоном, несмотря на то, что внутри меня бушует ураган эмоций.

Я не планировал становится отцом, поэтому всегда использовал защиту несмотря на то, что женщина могла дополнительно принимать оральные контрацептивы. С Аллой у нас была двойная защита и сейчас её признание кажется мне чем-то фантастическим и феноменальным, никак не укладывающиеся в мой образ жизни реалиста.

— Новогодние праздники были слишком бурными, и я не всегда вовремя пила таблетки, — виновато пожимает плечами Алла. — А презервативы, как ты знаешь, тоже могут сбоить.

— Сбоить? — усмехаюсь я. — Послушай, я предлагаю для начала поехать в клинику к одному проверенному человеку, который поможет установить отцовство даже на ранних сроках беременности. К тому же, я буду смотреть по датам, Алла. Всё же расстались мы с тобой больше месяца назад. Я не могу знать наверняка, что ребёнок точно мой.

Если в нашем разговоре и возникает секундная заминка, заставляющая меня усомниться в правдивости сказанных слов, то Алла быстро берёт себя в руки и надевает на лицо непроницаемую маску.

— Установить отцовство будучи в положении? Артур, признаться честно, не ожидала. Почему-то ту девчонку, беременную от твоего сына, ты не тащил ни на какие анализы. Да и сейчас, кажется, так и не сделал чёртов тест? — её лицо покрывается багровыми пятнами от возмущения. — Слишком много ты возишься с чужим ребёнком, а своего подвергаешь опасности!

Я не планировал выводить Аллу из себя, но сейчас она на грани истерики. Предлагаю сделать ей несколько глотков воды, чтобы немного успокоиться и остыть, а сам тем временем беру в руки мобильный.

— Какой срок? — спрашиваю, листая телефонную книгу.

— Я… не знаю. Недель шесть-семь. Я делала только тест на беременность, будучи уверенной в том, что кроме тебя у меня никого больше не было.

Когда нахожу в телефонном справочнике номер Вадима Ионина, киваю Алле, чтобы помолчала несколько минут и перестала так громко всхлипывать. Чёрт, может я и правда моральный урод и совсем уж неправильный и чёрствый, но Аллу, в отличии от Насти, мне не хочется оберегать.

Вадим снимает трубку сразу же. Отвечает, что сейчас не в клинике и просит подъехать завтра, тем более анализы берутся натощак, а Алла шепотом утверждает, что сегодня утром уже поела.

— Он назначил прием назавтра к десяти. Надеюсь, ты приедешь вовремя, — сообщаю ей, отключившись. — И не позавтракав.

Она беззвучно кивает, но кабинет мой покидать не спешит.

— Не угостишь обедом? — спрашивает Алла, всё ещё пытаясь улыбаться.

Получается у неё плохо, и чтобы уж совсем не обижать беременную женщину, достаю из кошелька несколько купюр и протягиваю ей через стол.

— Пообедай, пожалуйста, одна. У меня слишком много дел.

— Ты бессердечный, — в очередной раз всхлипывает Алла, но купюры принимает. — Плевать тебе на собственного ребёнка!

— Послушай меня внимательно, — стараюсь говорить, как можно мягче. — Если ты правда беременна от меня, я буду заботиться о ребёнке и никогда не откажусь от своих родительских обязанностей. Но решать проблемы мы будем по мере поступления. Сейчас же, прости, не испытываю нужды плясать перед тобой, потому что все слишком призрачно и малореально. Буду ждать тебя завтра у клиники к десяти.

Алла не прощается и, гордо тряхнув темными волосами, уходит из моего кабинета. После неё тут же приходит Стас с отчетом в руках, который он выполнил в точно в указанный срок. Затем я встречаюсь с заказчиками, приезжаю на объект и, сам того не замечая, украдкой посматриваю на часы. Когда время переваливает за шесть вечера, а я стою в пробке на Никитском бульваре, на мой телефон поступает звонок.

— Алло, Артур, это Настя.

— Слушаю, Настя.

— Я хотела попросить, если тебе, конечно, не сложно, — она запинается и несколько секунд молчит. — Купи батон, ладно?

— Батон? Конечно, куплю, Настя, — отключаюсь и чувствую, как всю дорогу до дома меня не покидает дурацкая на всё лицо улыбка.

Настя.

В духовке запекается рыба, а её аромат плавно разлетается по всей квартире. Слышится щелчок открываемой входной двери, и я непроизвольно вскрикиваю, закрывая рот ладонью, потому что оказываюсь совершенно не готова к столь раннему приходу Артура. Мои волосы не причесаны, а на теле болтается платье, которое мне на два размера велико и ношу я его только для себя дома.

Кое-как расправив руками взъерошенную шевелюру выбегаю в прихожую и с облечением вздыхаю — это не Артур, а всего лишь Макс. С каких пор он стал для меня «всего лишь Максом» я даже не припомню. Сама удивляюсь собственным переменам, но он для меня только отец моего ребёнка, возможно даже друг, но никак не предмет обожания. Все симпатии остались в прошлом.

— Привет, Насть, — здоровается он и снимает с себя шапку с балабаном.

Скидывает в прихожей ботинки, вешает куртку и по-хозяйски проходит по квартире, напоминая мне тем самым, что я здесь нахожусь в качестве гости.

— Здравствуй, Максим, — киваю.

— Я к сыну пришел. Он спит? — спрашивает Макс, направляясь в ванную.

Со знанием дела, что к ребёнку нельзя подходить сразу с улицы, не помыв руки, старательно мылит их под горячей водой. Он может быть сознательным, когда захочет. В последнее время, с тех пор как у нас появился Алёшка, Максим бывал у нас в гостях не очень часто. Забегал, чтобы принести продукты, иногда возился с мелким, веря в то, что мне одной не сложно. Впрочем, с Алёшкой не могло быть сложно — он идеальный ребёнок, каких поискать и, если бы не учёба, я никогда бы не поручила сына няне. На следующей неделе уже начинаются занятия, поэтому во благо нашего с Алёшкой будущего я должна буду ненадолго отлучаться.