Беременная от моего сына - Ольга Джокер

С легкой улыбкой наблюдаю за отцом своего ребёнка: как уверенно он держится на сцене, как обаятельно приветствует толпу и начинает петь. Несмотря на молодой возраст, Максим умеет заигрывать с публикой, покоряя юные девичьи сердца ещё больше. Каждая его песня даже у меня вызывает бурю эмоций. Мурашки расползаются по коже и на смену прошлым обидам приходит восхищение тому, что он делает и как он это делает.

— Отлично поёт, — произносит неожиданно Анька, выпивая третий бокал текилы подряд.

— Эй, ты заканчивай с алкоголем, — испуганно перевожу на неё свой взгляд, понимая, что, увлекшись пением Максима, упустила подругу, а она, между прочим, уже заметно окосела.

— Не волнуйся, со мной все в порядке, — машет рукой Аня и опрокидывает в себя рюмку.

Моя подруга уже взрослый человек и надеюсь она знает, что делает. После седьмой песни Максим кланяется и благодарит всех присутствующих за этот вечер, но публика не спешит его отпускать. Ему приходится петь на бис ещё и ещё…

Я хлопаю ему в ладоши от души, совершенно искреннее восхищаясь музыкальным талантом. Спустя несколько минут чувствую, как кто-то осторожно касается моего плеча. Повернувшись назад замечаю за собой Максима.

— Привет, Насть. Как тебе концерт? — спрашивает он.

Его глаза все ещё сверкают, а губы плывут в довольной самим собой улыбке. Боковым зрением замечаю, что нас окружили фанатки Максима, которые уже держат в руках смартфоны для совместного фото с кумиром.

— Спасибо, мне всё очень понравилось. Ты действительно талантлив, Максим, — произношу, склонившись над ухом, чтобы было лучше слышно.

Хотя такая музыка все же не мой формат, я не могу не согласиться с его способностями.

— Спасибо, Настя. Мне было важно от тебя это услышать, — произносит Максим, опираясь ладонями о барную стойку. — Всё хорошо? Вам с подругой не скучно? Можете присоединиться за наш с друзьями столик.

— Всё отлично, не волнуйся, — отвечаю с улыбкой. — Мы, пожалуй, уже поедем домой.

— Что? — включается в разговор Анька. — Никуда я не поеду!

Она резко поднимается с места и, пошатываясь, направляется к Максу, начиная тыкать в его грудь указательным пальцем. В этот момент я осознаю, что Анька не просто перебрала, она здорово наклюкалась. До такой степени, что стоять на ногах у неё получается с огромным трудом.

— Несмотря на то, что ты, сукин сын, талантлив, ты всё же сукин сын, — произносит заплетающимся языком Аня. — Радует только то, что гены у тебя отличные и Алёшка, возможно, тоже будет когда-нибудь петь так же красиво, как и ты. А в целом ты бесполезный. Красивый, талантливый, но бес-по-лез-ный мальчишка!

Я хватаю Аню под руку и, попросив прощения у Макса, тяну подругу в сторону уборной. Возможно, ледяная вода поможет привести её в чувства. Но с каждой секундой, что я наблюдаю за ней, понимаю, что вариант у меня один — отвезти её домой и скорее уложить в постель.

Вдруг в моей сумочке начинает звонить мобильный телефон. Увидев, что звонит Артур я едва не вскрикиваю от ужаса. Прошу подругу помолчать хотя бы несколько секунд и снимаю трубку, стараясь говорить спокойным голосом.

— Настя, я уже освободился, — произносит негромким голосом Артур, заставляя моё сердце пропускать удары. — Если нужно, могу приехать за вами.

— Спасибо, Артур. Мы уже вызвали такси…

Больше всего на свете мне не хочется, чтобы он видел Аньку в таком состоянии и, тем более, отвозил нас домой, но подруга, которая стоит рядом со мной, выхватывает трубку из моих пальцев и делает всё вместо меня.

— Артур, приезжайте! Я уже говорила вам, что здесь будет горячо? Нет?! Тогда приезжайте, сами всё увидите!

Она тут же отключается и смотрит на меня дерзким охмелевшим взглядом.

— Что ты наделала, Ань? — подруга возвращает телефон в мои руки и вновь умывает лицо.

— Я борюсь за свое счастье, Морозова! И тебе того же желаю. А то только и делаешь, что ноешь. Одна, парень бросил, ребенок на руках, — она кривит лицо и мне становится немного обидно, хотя правда в её словах все же есть. — Ты вышла в свет. Давай, бери мою помаду, крась губы и вперед — выходи в зал и знакомься с любым понравившимся мужиком. Ты девка красивая, на тебя сразу же клюнут.

Я несмело беру протянутую подругой помаду в руки и вывожу осторожные линии на своих губах. Так они получаются ещё пухлее и ярче… Возможно, так я понравлюсь Артуру? Ведь Анька говорила, что за своё счастье надо бороться.

Мы выходим на морозную улицу через десять минут, забрав свои куртки в гардеробной. Аню мне приходится поддерживать под руку, потому что она не совсем устойчиво стоит на ногах. Утренняя слякоть сейчас превратилась в лёд, поэтому красиво и изящно у нас идти не получается. Артур с удивлением смотрит то на меня, то на Аню, вскинув брови вверх. Открывает дверцу, забирает у меня Аньку и помогает ей залезть на заднее сиденье автомобиля.

— Артур… Артур, как же я рада Вас видеть. Вы меня помните? Я — Аня, подруга Насти.

Едва голова Аньки опускается на кожаную обивку сиденья, как она мирно засыпает.

Я вкладываю свою ладонь в теплую руку Артура и с его помощью занимаю переднее сиденье. В салоне тепло и работает печка, и я тут же согреваюсь после легкого мороза. Откинув голову на спинку и слегка повернув голову в сторону водителя, внимательно наблюдаю за Артуром.

— Смотрю вы хорошо погуляли? — усмехается он краешками губ, выруливая из парковки.

— Да, Аня слегка перебрала. Прости, что тебе приходится доставлять её домой в таком состоянии. Я хотела вызвать такси, но…

— Прекращай оправдываться, — кивает головой Артур, останавливаясь на близжайшем светофоре. — Мне несложно было забрать вас, тем более мне по пути.

— Правда?

— Правда, — Артур поворачивается в мою сторону и смотрит на меня внимательным взглядом, слегка нахмурившись.

Он смотрит на мои глаза, а затем губы.

— Эта помада тебе не идёт, — произносит неожиданно он.

Я приоткрываю рот, чтобы спросить почему, но он неожиданно вздымает свою руку в воздух и касается большим пальцем моей нижней губы, вытирая алую помаду. Его кожа пахнет мылом и сигаретами. Я удивляюсь этому, потому что не знала, что он курит.

Этот жест настолько интимный для меня, что внизу живота возникает приятная легкая тяжесть, которая разрастается с каждой секундой сильнее. Я прижимаюсь щекой к его ладони и прикрываю глаза, с упоением слушая то, что он скажет мне дальше.

— Твои губы и так красивые, Настя.

Загорается зелёный и мы трогаем дальше. В салоне по-прежнему тепло, Анька мирно дрыхнет на заднем сиденьи, Артур уверенно ведет автомобиль, и только бабочки в моём животе не просто порхают, но и устраивают там настоящую революцию, скандируя за продолжение.