Босс. Абсолютная власть - Алиса Ганова

Женщина побледнела. Она прекрасно понимала, с какой формулировкой будет расторгнут контракт.

— Могу ли я как-то вас переубедить? — тихо спросила, заглядывая в глаза.

— Вы можете усугубить ситуацию, — процедил сухо. — Этой ночью меня кто-то предал. Продал, я бы даже сказал. Кому-то показалось недостаточно материальных благ, и этот кто-то решил нажиться еще больше. Но, что самое главное, и вы не можете со мной не согласиться, что этот кто-то продает меня не в первый раз. Я не собираюсь разбираться и искать виноватых. Идите, Ольга, несите благую весть людям.

Я был многословен, зато это позволяло удержать ярость в узде.

— Поняла, — уже бывшая домработница склонила голову и исчезла в темноте.

— Жестко, — хмыкнула Вика, наблюдавшая за нашим разговором не проронив ни слова.

— Карина — мое прошлое, — жестко произнес я. — И заметь, что я не спросил тебя, где твоя девственность.

— Достаточно далеко от сегодняшнего дня, — усмехнулась Вика. — Итак, кофе?

Вика

Кажется, я немного оклемалась. Господи, в каком же виде меня застала эта долбанутая сучка! И как же больно понимать, что Слава… что Вячеслав был с этой роскошной штучкой. Она реально роскошна. Уж не знаю, что там куплено, что накачено, а что пришито — Карина адски хороша.

Я повторялась. Мысль о том, что нас не сравнить, посетила меня еще тогда и не хотела покидать сейчас. Я словно заново слышала свой срывающийся голос, ощущала жажду твердого члена и эту оглушительную пощечину, которой обернулось вторжение чужачки.

«А ты, глупая курица, уже успела почувствовать себя героиней фильма «Красотка», не так ли?» — ехидно поддела саму себя. Размечталась о «долго и счастливо» с этим… Сатиром.

Пока я витала в своих мыслях, он успел отконвоировать меня до моей комнаты и, кажется, даже уволить весь свой персонал. Что ж, его сдал кто-то из своих, так может он не такой хороший хозяин, каким себя мнит?

«Что? Тебе интересно, где моя девственность? Ха!»

— Достаточно далеко от сегодняшнего дня, — криво ухмыльнулось я. — Итак, кофе?

— Ликер? Немного, для привкуса? — Слава склонил голову набок и окинул меня непередаваемым взглядом.

— Если есть мятный, — кивнула. — Полагаю, у нас назрел серьезный разговор.

Он усмехнулся краем губ и отвернулся к кофеварке. А я принялась рассматривать кухню. Просторная и уютная, она не нашпигована технологическими новинками, тем не менее, всего в меру, и выглядит очень стильно.

Я села за стол, забросила ногу на ногу. Отсутствие белья раздражало, низ живота ныл, а ступни мерзли. Вот тебе и ролевые игры, Викуся.

Вячеслав поставил передо мной крошечную чашечку с ароматным кофе и по лезвию ножа влил в него несколько капель ликера. К чему этот пафос? Это же не слоистый коктейль, право слово.

— Карина — мое прошлое, — после сел рядом со мной. — Но она недовольна своим статусом, несмотря на то, что именно она меня оставила.

— Сочувствую, — усмехнулась я. — Полагаю, было неприятно, м? Она предала тебя?

— Да, — ответил он спокойно.

— Оу, наверное, было очень больно? — я с любопытством подалась вперед. — По шкале от одного до десяти — восемь или девять?

— По шкале? Хм, пожалуй, что шесть.

Я сделала небольшой глоток и откинулась на стул. Разговор выходил у нас странный. Слава держался с достоинством, оправдывался грамотно, что еще больше злило меня.

— Итак, я бы хотела прояснить несколько вопросов. Во-первых, когда ты освободишь меня от своего назойливого присутствия, и, во-вторых, когда…

— Назойливого присутствия?! — спокойствие мигом схлынуло, и он практически зарычал. Но я не позволила себя смутить:

— Учитывая сцену у бассейна — знаешь, даже если бы я взяла те деньги… Тут уже ты мне должен и не в финансовом эквиваленте. Ты выставил меня перед чужим человеком напоказ, ты даже не поспешил хоть чем-то прикрыть мое тело! — У меня сорвался голос, и я поспешно поднесла к задрожавшим губам чашку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Вика… — Слава понял, что с моей стороны это всего лишь бравада. Но я не хочу выглядеть жалко, поэтому продолжила, хотя голос мой срывался:

— Я не закончила. Женщины для тебя не более чем кусок мяса, верно? Можно приобрести по сходной цене. Иногда хочется благородной мраморной говядины, а иногда тянет на упитанную сельскую курочку.

Мне было больно и обидно. Память услужливо припомнила произошедшее снова и снова, и я вновь и вновь ощущала свою беспомощность. Связанная, не способная прикрыть себя, не способная защититься. А еще страх. Ведь на краткую секунду я поверила, что он будет трахать нас обеих. Что он разложит ее рядом со мной, и что после такого опыта…

— Ты мудак, Славик, — с горечью выдохнула и сделала поспешный глоток, силясь не разрыдаться. Не хочу, чтобы видел меня в слезах. — Феерический мудак. А если бы она согласилась? М-м-м, ты бы попытался заставить нас ласкать друг друга? Или воспользовался бы моей беспомощностью? Ты мог бы поставить ее раком и взять на моих глазах.

— Это твоя фантазия? — теперь криво усмехнулся Слава. Кажется, обозвав его мудаком, я перегнула палку и… разбудила в нем нечто темное, что он старательно скрывал от меня.

— Это ты думал об этом! Разве не так? — стоило ему отгородиться стеной, я поняла, что тех отношений, что между нами были еще недавно, больше нет — и уже не будет. Сердце сжалось. Кажется, боль в грудине ощущалась даже физически.

— Думаешь, в моей жизни этого не было?! — Слава не повышал тона, однако его спокойствие было подобно холодной стали хирургического ножа — четкие, выверенные надрезы, препарирующие душу и чувства!

— Что в твоей жизни было — то было. У всех разные пристрастия. Но меня в эту грязь не тяни! Видит Бог, я твои проклятые деньги не брала! — хотела еще много чего сказать, только поняла — это все излишне. — Назови условия, дату завершения отработки и расстанемся. После я сделаю все, чтобы мы больше никогда не встретились.

— Вика, — неожиданно спокойно, даже мягко обратился Слава. — Ревность тебе совсем крышу сорвала? Я, конечно, понимаю, что гормоны, эмоции, но следи за словами. Язык без костей и оскорбления собеседника до добра не доведут. Хочешь, расскажу тебе одну историю?