Шантажист - Диана Билык

Ласковые прикосновения щипали перекисью, влага стекала по ноге и шипела на ране. Арсен чуть наклонился и мягко подул на колено, затем передвинулся ко второму.

– Тая, – он поднял взгляд и сурово свел брови, – что случилось?

– Бывает, люди падают, – заулыбалась я. Он показался мне таким родным в этот миг. Не брат, не друг, а кто-то намного ближе. – Зачем тебе журнал, Лиманов?

– Что за вопрос? – он быстро налепил пластырь на оба колена, ранки оказались не такие и большие, и поправил мое платье, уводя глаза в сторону, стараясь не смотреть в запретную зону.

– Мне интересно, зачем такой творческой личности, самодостаточному фотографу, бабский журнал?

Он прищурился, спрятал в узкой щели век темные радужки, но остался рядом и все еще стоял передо мной на коленях.

– Изучала мою жизнь?

– Ты же изучал меня. Почему мне нельзя? Или тебе есть что скрывать?

– От тебя ничего не скроешь, – ладонь мужчины вдруг легла на бедро, поплыла вверх. – Я и не собираюсь ничего таить – все на виду.

Я отклонилась и легла на спинку дивана, расслабилась и раскрыла шею. Волосы просыпались на плечи.

– Все-все? – спросила в потолок. Нежные прикосновения разгоняли кровь. Они были слишком пряными, ванильно-карамельными, но приятными. Я позволила больше не потому, что хотела этого мужчину, а потому что мне хотелось узнать границу моего желания. Хотелось понять, почему Ворон, а не Арсен заставляет меня нырять с головой в безумную страсть.

– Я купил журнал из-за одной красивой женщины, которая не помнит меня в упор. Или делает вид, что не помнит, – теплые пальцы забрались под платье и побежали к центру. Я сжалась от ощущения распирания и незнакомых мне эмоций.

– Где это мы с тобой встречались раньше? – напряглась, положила на его руку свою, останавливая в сантиметре от…

– На международной выставке картин, – ответил Лиманов и, склонившись, поцеловал мою кисть, скользнул языком по коже. – Ты тогда была в таком эротичном костюмчике. Белоснежном. И нежно-голубой блузе, что подчеркивала цвет твоих глаз. Делала их бездонными.

– Влюбился с первого взгляда? – меня все больше настораживало то, что он говорил.

– Та капец как. Отдал последние деньги за сомнительное предприятие.

– Это наш журнал – сомнительный?

– А что нет? Я тут вернулся из Болгарии и нашел на своем столе распечатанную пачку презиков. Интересно, кто тут развлекался, пока меня не было?

– Подозреваю, что это любвеобильный бухгалтер с Зиночкой – забей в мозг каблук.

– Напомни, – Арсен откинул мою руку и потянулся выше, прижимая меня к дивану, – чтобы я запретил этой бабе носить такие туфли.

– Почему?

– Тебя раздражает стук каблуков, а я сделаю все, чтобы тебе было комфортно, – коснулся губами губ. Невесомо. Скользнув по касательной. Словно проверял мою реакцию. И, то ли слабое опьянение, то ли адреналин, что взорвал мою душу час назад, но я подалась к нему и запустила пальцы в густые волосы. Совсем на миг поцелуй показался обжигающе-знакомым, а потом Арсен оторвался, приподнял меня и потянул на себя, поворачивая на диване, но делал он это осторожно, стараясь не задеть мои колени.

– Лиманов, не слишком ли далеко мы заходим?

– Что предлагаешь? – он остановился, но продолжал дышать тяжело, отчего широкая грудь поднималась высоко-высоко. Он держал руки на моих бедрах, платье постыдно задралось почти до талии.

Виски сдавило, сердце било в грудь беспощадно, губы искали его губы. Плевать, я должна выбить черную мразь из головы. Арсен прекрасно подходит для клина, который выбивает другой клин.

– Без обязательств? – цапнула слегка его за губу, расстегнула ширинку.

– И не мечтай, – пальцы скользнули под платье, и Арсен удивился, что я без белья. – Оу… горячая.

– Просто секс? – я погладила его через трусы. Лиманов откинулся назад с рыком, толкнул палец в мою глубину и замотал головой.

– Еще чего, Тая. Ты будешь моей.

– С чего это ты решил?

– Я просто никогда не отступаю от своей цели, – два рывка вверх, высекая из меня искры, подпуская к пику на близкое расстояние, затем приподнял над собой, позволил схватиться за шею. Я всего мгновение сомневалась, пока теплые руки мешкались между нами и высвобождали член из белья, но все же сама подалась вперед и наполнила себя его твердостью. Стало горячо и тесно.

Острие нашего единения оказалось таким болезненным, что я закричала, обняла Арсена крепче ногами, сжалась внутри.

– Тая… – он качал меня на себе мягко и осторожно. – Я тебя обожаю. И не отпущу, кто бы ни стоял между нами.

– Замолчи, – шикнула я. Недавний оргазм оттягивал мой пик, по жесткому выражению лица Лиманова, я понимала, что он едва держится, руки сильно сдавили мои ягодицы и тащили на себя. – Кончай уже.

– Ты… – тяжело выдохнул он, придерживая меня над собой.

– Я не смогу, – признавать поражение не трудно. Тело скручивалось спиралью, а высшее наслаждение выскальзывало, будто синица из рук. Я уперлась в спинку дивана, плотнее сжала мужчину своими ногами и задала немыслимый для себя темп. Мне хотелось высвободиться, но…

Арсен захрипел, запульсировал, обдавая внутри горячим семенем, задергался в моих руках, а потом устало откинулся назад, выставив подрагивающий кадык и крепкую шею. Показалось, что скулой есть тонкая царапина, но я не успела посмотреть.

– Нет, так не пойдет, – прошептал он и облизнул губы. – Я тебе сделаю приятно иначе, – приоткрыл глаза и погладил бережно по щеке. – Все в порядке?

– Кажется, – сглотнула я.

Было хреново. Очень сильно. Я словно предала что-то важное, кого-то важного. Изменила. Горечь не давала дышать, глушила мысли и попытки сдержать слезы. Они лезли из глаз и скатывались по щекам.

Я привстала, выпустив Арсена. Мне пришлось упереться коленями, чтобы не рухнуть на пол. От боли ноги свело судорогой. Арсен перехватил меня и усадил на диван, развел бедра.

– Я научу тебя всему, – проговорил, наклонившись ко мне, целуя нежно губы, поглаживая и успокаивая ладонью между ног. – Закрой глаза, Тая. Закрой их.

– Не нужно, Арсен. Это вовсе не обязательно, – я попыталась его скинуть с себя, отодвинуть подальше.

– Нужно.

– Лучше подай салфетки. Мне неприятно.

– Сейчас, – он исчез на пару секунд из поля зрения, я успела разглядеть ночной город за окном и подавиться злостью на себя. Я должна желать нормального мужчину, а не призрака, потому придется дать Лиманову еще один шанс.