Они под запретом - Алайна Салах

— Сегодня мне написала Луиза. Спросила, приеду ли я в Одинцово в выходные.

Арсений кивает официанту, который вопросительно застыл с бутылкой минералки над его стаканом, и смотрит на меня.

— А ты что ответила?

— Сказала, что приеду, — и спохватившись, уточняю: — Не нужно было?

— Нет, почему?

— Просто хотела узнать твое мнение. А ты сам приедешь?

Еще один кивок.

— Конечно.

Я начинаю улыбаться. Мы с Арсением проведем выходные под одной крышей. Эту неделю нам не удавалось видеться так много, как мне бы хотелось. Дважды Арсений заезжал за мной на работу, чтобы отвезти куда-нибудь перекусить, а после он отвозил меня домой.

С тех самых выходных в моей квартире у нас больше не было секса. Я намеренно не приглашала Арсения подняться ко мне, не желая в очередной раз форсировать события, а он в свою очередь инициативы не проявлял. Это ставило меня в тупик. Неужели ему... не хочется? Потому что я почти каждое утро просыпаюсь взбудораженная и неудовлетворенная.

— И как мы будем себя вести?

— Себе на колени я тебя сажать не стану, если ты об этом, — иронизирует Арсений, кривя рот в усмешке. — Пока рано.

Я невольно вспыхиваю и тут же закатываю глаза к потолку, чтобы спрятать свое смущение.

— Я ничего такого и не ждала.

— А губы почему тогда надула?

Арсению нравится меня подначивать, как я уже успела заметить. Но если раньше это вызывало во мне обиду, то сейчас становится необъяснимо хорошо. Мне мало что получается от него скрыть, и я с этим почти смирилась. Конечно, хочется показать себя лучше, чем я есть, но что если не получается? Может быть, я и впрямь нравлюсь Арсению такой: смущающейся, не умеющей контролировать мимику, немного неуклюжей и порой не сразу понимающей, что он имеет в виду?

— Я не надула, — возражаю я больше по привычке. — Ну так как мне себя вести? Как раньше?

— Пока да. Придется.

Спорить у меня не возникает желания, хотя бы потому что я и сама с трудом представляю, что будет, когда отчим узнает о нас. Вдруг он сочтет меня предательницей, порушившей его планы породниться с Ладыгиными? Ну или обвинит меня в аморальности, потому что Арсений и я вроде как состоим в родстве. Об таком даже подумать страшно.

— Ну если так, тогда я возьму с собой самый развратный купальник, — предупреждаю я, призывно облизывая губы. Если уж у нас нет секса, то можно хотя бы просто флиртовать.

Взгляд Арсения соскальзывает в декольте моей рабочей рубашки, на которой я намеренно расстегнула лишнюю пуговицу, и возвращается к глазам. В его пляшут знакомые огоньки. Может быть, это станет стимулом, чтобы ко мне подняться. Наши свидания и разговоры мне безумно нравятся, но как же хочется большего.

— Десерт? — Арсений многозначительно смотрит на мою опустевшую тарелку.

— Ты задался целью меня раскормить? — не задерживаюсь я с ответом. — Чтобы выглядеть на моем фоне накачанным красавчиком?

А еще мне нравится то, какой я становлюсь рядом с ним — более дерзкой и веселой. Будто часть его иронии и уверенности передались мне. И что самое ценное, Арсений не пытается ставить меня на место, хотя запросто мог бы. Просто посмеивается, будто такое положение вещей его устраивает. Как я могла считать его бесчувственным и холодным? Рядом с ним я будто обретаю новую себя.

— Ты поднимешься ко мне? — шепчу я, разорвав наш затянувшийся автомобильный поцелуй.

Обещала себе молчать, но не смогла удержаться. Между ног так сильно ноет, что я готова наплевать на все, чтобы затащить его к себе в квартиру.

Арсений несколько раз проводит по моей щеке подушечкой большого пальца, после чего заводит двигатель.

— Надо ехать, — звучит приговором.

Я чувствую глубокое разочарование. Ну почему? Мы уже занимались этим. В чем причина?

**********

— Серьезно? Нет, я не знала. В Дублине я кстати ни разу не была.

Вот уже полчаса сестра расхаживает по гостиной с телефоном, заставляя меня медленно умирать от любопытства. С кем она говорит? Точно не с одной из своих подруг. Ее тон слишком… интимный.

— Так, ты с дизайнером связалась, Аина? — голос отчима, прозвучавший за спиной, заставляет меня обернуться.

На кончике его носа — очки, взгляд немного рассеянный. Мыслями он находится в работу, но при этом и процесс моего ремонта контролировать не забывает. Удивительный человек.

— Да, мне Татьяна с работы посоветовала, — подтверждаю я и внутренне подбираюсь, заслышав звук хлопнувшей двери их спортзала. Арсений закончил тренировку.

За три часа, проведенных в Одинцово, мы пересекались дважды. Арсений вел себя как обычно: был вежлив, но немногословен, а я... терялась. Все никак не могла подобрать тон, каким с ним разговаривать и не знала, куда смотреть. Казалось, если заговорю слишком холодно — обижу его, а если слишком по-дружески — вызову подозрения. Поэтому стоило нам оказаться в одной комнате, я сразу же спешила уйти.

— Обед когда? — остановившись в метре от меня, Арсений смотрит на Луизу.

Меня раздирает от желания на него взглянуть, поэтому после секундной борьбы я сдаюсь и поворачиваю голову. На нем спортивные шорты и влажная футболка, короткие волосы блестят от пота. Даже на расстоянии от него пышет жаром и выработанным тестостероном. Под пупком начинает покалывать. Это вообще нормально, что я так легко возбуждаюсь?

— Скушай яблочко, малыш, — беззлобно огрызается Луиза, тыча пальцем в трубку. — Не видишь, я по телефону разговариваю.

— Я скажу Лидии, чтобы накрывала на стол, — неожиданно для себя выпаливаю я, вскакивая из-за стола. — Я тоже кстати голодная.

Обычно кухонными приготовлениями заведует Луиза, но ведь ничего плохого в том, что сейчас это сделаю я? После тренировки Арсений привык есть, а мне хочется о нем позаботиться.

Наши глаза встречаются, и мне чудится, что Арсений улыбнулся. Даже сердце екает.

— Ладно, ладно, — слышится ворчание Луизы. — Миш, я тебе перезвоню чуть попозже. Тут мой прожорливый брат навалял груше и теперь требует калорий.

От изумления я на секунду забываю про Арсения и впиваюсь в нее глазами. Она разговаривает с Мишей? С Борзаковым?