Они под запретом - Алайна Салах

Когда я спускаюсь вниз, Луиза уже лежит на шезлонге, занятая тем же, чем и большую часть обеда: с улыбкой печатает в телефоне. Почувствовав мое приближение, поднимает голову и быстро окидывает меня взглядом с ног до головы. Мне становится немного неловко. Я выбирала купальник с целью подразнить Арсения, но едва ли стоило забывать, что у сестры тоже есть глаза. Верх и низ держатся на тонких бретелях, а треугольнички, прикрывающие стратегически важные места, куда скуднее, чем я ношу обычно.

— Красивый купальник, — замечает она и снова опускает глаза в телефон. Судя по короткому писку, ей пришло новое сообщение.

Ведь нет ничего подозрительного в том, что я вдруг решила сменить купальник? Они у меня разные: закрытые и не очень. Просто сегодня я решила выбрать более откровенный. Это могло быть простой случайностью.

Замотав волосы в высокую гульку, я тоже присаживаюсь на шезлонг. Хочу дождаться Арсения, а уже потом пойти в хамам. Красное лицо точно не добавит мне привлекательности.

О его приближении я узнаю по звуку разговора. Арсений заходит в спа с телефоном возле уха. На нем надеты только шорты, и я могу свободно пожирать глазами его торс. Луиза все равно ничего вокруг себя не замечает.

— Еще не плавали? — он по очереди смотрит на сестру и на меня.

Луиза его вопрос игнорирует в силу увлеченности перепиской, а для меня он становится сигналом к тому, чтобы встать.

— Как раз собиралась, — улыбнувшись ему одними уголками губ, я расправляю плечи, чтобы позволить Арсению как следует себя разглядеть. Он ведь не думал, что я пошутила насчет купальника?

Его взгляд быстро ощупывает мои ключицы, спускается к округлостям груди, едва прикрытые тканью. Между лопаток и внизу живота вспыхивает жар, который в следующее мгновение перебивается ликованием. В его глазах я вижу в его так много оттенков: шутливый упрек, неприкрытую похоть и восхищение. Всего лишь взгляд, который сказал так много.

Не позволяя паузе затянуться, я иду к бассейну. Стараюсь делать это как можно соблазнительнее, но и не перебарщивать с покачиванием бедер. Нарочитость ни к чему. Судя по разносящему по пояснице покалыванию, Арсений продолжает на меня смотреть. Все-таки есть что-то особенное в необходимости держать все в тайне. Когда нужно сдерживать взгляды и прикосновения, отчего они становятся в десятки раз острее и ценнее.

Спустя минут десять в бассейн ныряет Луиза, которой кажется надоело переписываться. Расспрашивать ее о Мише по-прежнему не время, поэтому я продолжаю сосредоченно перемещаться от одного бортика к другому и представляю, как Арсений за мной наблюдает. Это добавляет процессу особое удовольствие. Однако, когда наплававшись, я вылезаю из воды, его нигде нет. Разочарование. Я оглядываюсь. Куда он ушел? В хамам или сауну?

Прямо сейчас я бы предпочла сауну, но вспоминаю, что Арсений тоже любит сухой пар. Не хочу, чтобы сестра думала, что я пошла туда нарочно, чтобы привлечь его внимание. Лишний раз утверждаться в статусе разлучницы мне ни к чему.

— Давай сначала в хамам! — выкрикивает Луиза, плывущая к краю бассейна. — Арс наверняка торчит в сауне.

Так моя дилемма с выбором места оказывается решена.

Я толкаю запотевшую дверь и вместе с паром, осевшим на коже, ощущаю растущее сердцебиение. Потому что Арсений находится не в сауне, а здесь.

— Решила меня проверить? — доносится сквозь жаркую туманную завесу его ироничный голос.

Из легких вылетает взволнованный смешок. В нашей ситуации простое нахождение в замкнутом пространстве становится волнительным приключением.

— Планировалось, что ты пойдешь в сауну, — я опускаюсь на каменный пьедестал и поворачиваю голову к Арсению. Его глаза мерцают в полумраке, взгляд беззастенчиво ощупывает мое тело. — Как дела?

— Нормально, — кивок на мой живот. — Это и есть тот самый купальник?

— Это не самый открытый, если ты об этом, — жеманно замечаю я, покачивая плечами. В отсутствие яркого света проще быть смелой, а тем более, когда Арсений разглядывает меня так. — Решила тебя пощадить.

Усмешка.

— Очень благородно с твоей стороны, Аина.

Всего какой-то жалкий метр между нами. Не будь его, мы бы уже целовались. За дверью смеется Луиза. Она снова разговаривает по телефону. Какой-то жалкий метр.

— Сюда иди, — голос Арсения меняет свою тональность, становясь требовательным и низким.