Иванова, на пересдачу! - Татьяна Новикова

Такое себе удовольствие.

— Мерь!

Пришлось подчиниться под гаденькое хихиканье Иришки. Вскоре мы обе осматривали получившийся результат. Ну а что? Смысл мне стесняться Шевченко, с которой мы третий год делим спальню, а по утрам в панике ищем чистые трусы?

Вряд ли её спугнешь моей почти полностью отсутствующей грудью.

— Хорошо-о-о, — протянула подруга.

Если честно, я была с ней полностью согласна. В том плане, что этот бюстгальтер всё ещё нельзя надеть в приличном обществе, но в интимной обстановке… только для Стаса…

Он очерчивал контуры груди, зрительно приподнимал её, и темнеющие очертания сосков просвечивали сквозь ткань. Я казалась не развратницей или девушкой из интим-каталога, а вполне себе нежной.

Всё б ничего, но ценник. Не калоши Иришки, конечно, но за тонюсенький кусочек тряпочки платить такую сумму. Да ещё и не наденешь ведь никуда.

Брать или не брать?

Мы двинули к кассам, и я взвешивала все «за» и «против» покупки. «За» сулили мне вечер, полный страсти, зато «против» намекали на то, что голодным студенткам не до порнографических сцен.

В момент особо тяжелых дум мой телефон зазвонил. Номер был незнаком, и я подняла трубку.

— Дарья, добрый день, — донесся до меня приятный женский голос. — Это Анастасия Павловна. Помнишь меня?

Ой. Помню, конечно. Правда, теперь меня сильно смущает и даже пугает этот звонок. Зачем бабушке Измайлова названивать мне посреди вечера? Что-то случилось?

— У вас есть мой номер?

Неужели Стас дал, ещё и не предупредил меня об этом? Что за странное желание? Или раз уж у нас несвободные отношения, то нужно сделать общую рассылку контактов по родственникам?

— Мой внук думает, что его бабка стара и технически безграмотна, а потому не заметил, когда я переписала твой телефон себе в записную книжечку. Может быть, встретимся? Девочкам же нужно иногда общаться наедине. Предлагаю поговорить за чашечкой качественного кофе и каким-нибудь жутко калорийным пирожным. Как смотришь на то, чтобы зайти в «Кристалл»? Там великолепная выпечка.

Э-э-э. Никак. Этот ресторан не просто жутко дорогой, он ещё и жутко пафосный, жутко элитный и жутко недоступный для всяких официанток, которые едва сводят концы с концами.

М-да, комплект белья точно нельзя брать.

— Извините, пожалуйста, но мне не по карману «Кристалл». — Я протянула на кассу брюки, а комплект отложила в сторонку, с сожалением глянув на него в последний раз.

Пока-пока. Кому-нибудь ты станешь хорошим другом в интимном поприще.

— Сокровище моё, запомни: никогда не отказывай себе в качественной пище и одежде, которая делает тебя лучше, чем ты есть на самом деле. Остальное может перетерпеть. К тому же я угощаю. Согласна?

Я с сомнением посмотрела на комплект белья, со вздохом положила его перед кассиром, а затем утвердительно ответила Анастасии Павловне.

Поесть за чужой счет? Да какая студентка от этого откажется?

* * *

Когда открылись стеклянные двери, и администратор ринулся, чтобы ублажить мои прихоти, я подумала: сейчас они увидят, кто перед ними, и вышвырнут наружу. Потому что в таких заведениях просто нет места для Ивановой Даши, которая еле наскребла деньги на трусы-ниточки.

Но администратор приветливо улыбнулся мне и уточнил, ожидает ли меня кто-нибудь, а если не ожидает, то не соглашусь ли я отведать перед основным блюдом закуску от шеф-повара из угря, томатов черри и ещё какой-то гадости. Я заметила за одним из столиков Анастасию Павловну и ломанулась к ней раненой лошадью.

— Ты пунктуальна, Дашенька, — отметила женщина, отставив миниатюрную чашечку с кофе и мельком глянув на наручные часики.

Пожалуй, не буду рассказывать ей, что это чистая случайность.

Бабушка Стаса была как всегда великолепна. Белоснежный костюм из хлопка, минимум драгоценностей, прическа — волосок к волоску. Да ещё и ногти накрашены светло-бежевым лаком, да так аккуратно, что видно — работа мастера.

— Мне не говорить Стасу о том, что мы общались? — уточнила я на всякий случай.

— Почему? Хочешь — говори. Я ему сама всё выскажу, если ты мне не понравишься. Ты пойми, он мой единственный внук, я за него любую заживо закопаю. А пока заказывай всё, что душа пожелает, — она мило улыбнулась и пододвинула меню.

Душа желала ЖРАТЬ. Первое, второе, компот. Можно в одну тарелку и смешать блендером. Пообедать не успела, ещё и по магазинам прошлялись несколько часов. Поэтому сейчас я пускала слюну на красочные изображения блюд.

Но здравый смысл подсказывал, что развести бабушку любовника на ужин в ресторане — это не то, чем должна заниматься приличная девушка. Поэтому я стыдливо заказала апельсиновый чай с каким-то пирожным и подавила голодное урчание живота.

— М-да, — покачала головой Анастасия Павловна, — давай без лишней скромности. Закажи что-нибудь нормальное, иначе обижусь.

— Может быть, салат? — осторожно предположила я.

— Может быть, салат, но обязательно с мясной сковородкой. Официант! Посоветуйте моей спутнице что-нибудь вкусное. Только без этих ваших несъедобных суши. Не понимаю, как можно есть сырую рыбу.

Следующие несколько минут мы изучали друг друга. Точнее — бабушка изучала меня взглядом хищника, а я изучала стол, стулья, потолок, пересчитывала люстры. Хотелось ляпнуть что-нибудь дурацкое на тему встречи ради помолчать, но нельзя же хамить человеку, который кормит тебя задарма.

— Скажи мне, Дашенька, что связывает вас со Стасом? — вдруг отмерла милая старушка, и голос её был полон меда. — Только честно.

— Мы хорошо проводим время, ну, общаемся, гуляем, — смягчила я реалии нашего времяпрепровождения.

— Короче говоря, у вас бурная интимная жизнь, — кивнула Анастасия Павловна. — И только?



— А что ещё должно быть?

Передо мной поставили чайник с чаем, который скорее напоминал произведение искусства. Зеленые чаинки, кусочки солнечно-рыжего апельсина. А запах… м-м-м…

Официант, не спрашивая разрешения, разлил чай по чашкам. Вот это сервис! Я в кафешке брякаю чайником о стол и убегаю обслуживать следующего клиента.

— Благодарю, — кивнула бабушка Измайлов и вспомнила о моем присутствии. — Дашенька, чем вы занимаетесь, кроме секса? Это простой вопрос. Как это называется у молодежи? Хм. Вы «встречаетесь»?

— Мы…

Если честно, она застала меня врасплох.

Неужели это называется так?

А как ещё?

Что между нами происходит?

Стас сам определил, что у нас серьезные отношения, но «серьезные» и «встречаться» — две большие разницы. Встречаться — это что-то из институтской жизни. Я могла бы представить, как встречаюсь с однокурсниками. Но с преподавателем?..