Ты будешь просить еще - Екатерина Аверина

Как куклу, не спрашивая мнения или желания, меня посадили в частный самолет отца и отконвоировали на небольшой личный остров Дмитрия Александровича Дрейка. Друзья детства пришли на песчаный пляж, чтобы встретить и обнять. Отец, мама и Карина, семейный психолог, сошли следом.

Марк и Саша подхватили сумки, Лиска виснет у меня на плече. Так и идем по узкой дорожке среди деревьев к дому на холме. Я молча глотаю слезы и ненавижу весь мир. Хочется заглушить в себе весь спектр чувств от невыносимой любви к двум предателям до страха, что больше никогда их не увижу. Отец четко дал это понять. Карина весь перелет пыталась говорить со мной о том, что случилось. Мамочка тоже пыталась. Но я не стала отвечать. Эмин жив, он в руках Стаса и Ангела, а значит это ненадолго.

«Я не убийца» — убеждала себя.

Остаток дня пролежала на постели, а к вечеру вышла на балкон, чтобы посмотреть на закат. Он здесь невероятный и в других обстоятельствах я бы искренне восхищалась. Сейчас мне просто нужно отвлечься и решить, как жить дальше. За ужином отец обещал сделать какое-то важное объявление, ведь уже рано утром он полетит обратно, оставив остальных здесь до того, пока все не разрешится.

— Как ты? — ко мне вышла Алиса и встала рядом, сильно наклонившись через перила.

— Не хочу говорить, Лис. Не готова, — голос предательски дрожит, в ярких зеленых листьях экзотических деревьев я вижу теплые глаза Давида, а в синеве воды — Лекса. Они преследуют меня, стоит закрыть глаза или посмотреть в зеркало. Странно, что я совсем не думаю об Эмине. Будто мысли о нем вытеснили два ревнивых и наглых придурка, лишивших меня покоя.

— Девчонки, вот вы где, — нам на плечи легли тяжелые руки Филиппа. — Я соскучился, сестренка, — брат чмокнул меня в щеку. — Они дождутся тебя, — вдруг совсем тихо говорит он.

— Ты тоже меня предал! — скидываю его руку и ухожу в комнату. — Ты знал! Я думала мы — одна команда.

— Прекрати, — из беззаботного мальчишки Фил тут же превращается в молодого мужчину, слишком похожего на отца. — У меня не было выбора! А ты все равно сделала глупость. За каким чертом тебя к нему понесло?! — закипает младший брат.

— Зато я узнала правду, — отталкиваю его плечом и ухожу.

Хочется сбежать из дома и никого не видеть. Я пока не готова слушать оправдания от самых близких людей.

— Дура! — орет Филипп мне в спину. — Я тут чуть с ума не сошел! Идиотка! Он мог убить тебя! Изнасиловать! Сломать!

— Это вы сломали меня, — оборачиваюсь на лестнице и ловлю взгляд его серых глаз. Алиска шмыгает носом за его спиной.

Я сбегаю вниз, распахиваю двери и врезаюсь прямиком в отца. От него пахнет свежим сигаретным дымом и привычной туалетной водой. Папа бережно берет меня за плечи, а потом крепко прижимает к себе. Я скатываюсь в истерику вцепившись пальцами в его футболку. Все, что копилось во мне до этой секунды вырвалось наружу.

Нехватка воздуха, дрожащие ноги, боль, скручивающая каждый орган и череда картинок перед глазами с того самого момента, как узнала о предательстве любимых людей.

Отец поднимает меня на руки, выносит на улицу сжимая в объятиях до легкой боли.

Он вынес меня на пляж, опустился на песок у самой кромки воды и не говоря ни слова прижался губами к виску.

— Мне больно, — хриплю буквально сгибаясь пополам. — Почему так больно?!

— Любовь - очень странная штука, — шепчет папа мне в волосы. — Она вроде должна приносить счастье, но чаще приносит боль. Наверное, это участь семьи Дрейк. Сначала пройти все круги Ада, чтобы потом обрести душевный покой.

— Значит я не хочу больше быть Дрейк!  — пытаюсь его оттолкнуть.

— Это у тебя в крови, — тихо смеется отец. — Не фамилия, состоящая из нескольких букв, делает тебя тобой, София. Ты справишься. Нужно время. Я слишком дорого заплатил за тебя самой жизни, чтобы отдать непонятно кому. Это моя ошибка. Ненужно было их к тебе подпускать. Думал, не буду давить, оставлю дома под присмотром и все смогу утрясти с Эмином, как всегда, незаметно для вас. Но моя вечно влипающая в неприятности дочь перевернула планы вверх дном. Надо было отправить тебя в Германию или Штаты учиться. Испугался, — папа вновь целует меня куда-то в волосы, а я слушаю как громко бьется в груди его сердце.