Продавец "мини" и "макси" - Стенли Морган

Я перелистал несколько альбомных листов с невероятно вычурными и расфуфыренными костюмчиками, разукрашенными кружевами и виньетками, как викторианский сервант.

— Ну как? — с придыханием спросил Питер.

— Клево, — сказал я. Френсис хихикнул.

— Мы держим в городе магазинчик мужской одежды, — пояснил Питер, — но до сих пор продавали готовое платье. Теперь же мы решили сами заняться дизайном, а для этого нужна машинка.

— Замечательная идея! — сказал я.

— Да, — произнес Френсис, с сомнением воззрившись на "мини". — Но все-таки, мой утеночек…

— Вам кажется, что она маловата, — перебил я.

— Да, милый. Может, у тебя есть что-нибудь покрупнее?

— Есть, — кивнул я. — Но она и стоит подороже.

— Ну естественно, — отмахнулся Френсис. — Тащи сюда, и мы полюбуемся.

— Не задерживайся, цыпочка! — подпел Питер.

Вы не поверите, но эта парочка начала мне чем-то нравиться. Была в них какая-то легкость и искренность.

Выбравшись к машине, я позволил себе посмеяться. Никогда я ещё так тесно не общался с двумя гомиками, а ведь прежде я их на дух не переносил. Теперь же я даже получал удовольствие от общения.

Когда я вошел в гостиную, оба засуетились, помогая мне устанавливать и подключать "макси". На этот раз под стол влезли оба, получая, должно быть, море удовольствия, от столь тесной близости.

— Ну вот, красавчик, — промурлыкал Питер. — Теперь твоя очередь.

Я снял с "макси" футляр.

— Ух ты! — выпучил глаза Френсис.

— Ой, какая прелесть! — залился Питер. — Совсем другое дело.

— Она дорогая, — предупредил я.

Френсис бережно погладил машинку, словно перед ним была фарфоровая ваза эпохи Минг.

— Сколько она стоит? — спросил он.

— Сорок девять фунтов и десять шиллингов, — выпалил я.

Я ждал хоть какого-то проявления чувств, но гомики просто молча стояли и любовались машинкой. Я даже испугался, не вогнал ли их в транс.

— Разумеется, — быстро сказал я, — мы торгуем в рассрочку.

Питер потряс головой.

— Нет, киска, мы в такие игры не играем. "Деньги на бочку" — вот наш девиз. Правда, Френсис?

— Да, ангел. Деньги на бочку. — Он повернулся ко мне. — Расси, душка, а что она умеет? Покажи, будь ласков.

— С превеликим удовольствием, — улыбнулся я.

Я лихо прострочил кусок ткани, а Питер вдруг сказал:

— Слушай, Френсис, а давай спросим Рассика, что он думает насчет… сам знаешь чего. — Он кивнул в сторону кухни.

— А что, — расхохотался Френсис. — Давай. Принеси три стаканчика, дорогой.

Я озадаченно посмотрел на них, но мне ничего не объяснили.

Питер отчалил на кухню, и я услышал, как там звякают стаканы и льется жидкость. Минуту спустя он вернулся с тремя полными стаканами на подносе.

— Рассел! — торжественно произнес он. — Нам важно услышать твое мнение. Этот рецепт придумал сам Френсис, и лично мне напиток кажется просто божественным. Скажи, что ты о нем думаешь.

Он раздал стаканы и провозгласил:

— За осуществление наших замыслов!

Я не большой любитель пунша. Мне кажется, что смешивать разные спиртные напитки с яблочным соком, значит просто убить их вкус. Я предпочел бы выпить все по отдельности, а потом запить яблочным соком. Однако, чтобы не рисковать сделкой, я решил уважить хозяев, и залпом осушил стакан.

Как я и ожидал: похоже на яблочный сок, но слегка пощипывает горло.

— Восхитительно! — похвалил я.

Гомики запрыгали от восторга.

— Правда? Ты и в самом деле так думаешь, Рассик?

— Угу, — проурчал я, приканчивая пунш.

— Осторожней, — захихикал Френсис. — Он очень крепкий.

— Да что вы — он мягкий, как компот, — возразил я.

— Еще стаканчик? — игриво предложил Питер.

Я пожал плечами.

— Почему бы и нет.

Они допили, и Питер помчался на кухню.

— У нас сегодня ожидается маленький междусобойчик, — вкрадчиво произнес Френсис. — Соберется несколько самых близких друзей. Сегодня у нас годовщина.

Он не уточнил, что за годовщина, а я не стал проявлять излишнее любопытство.

Вернулся Питер.

— А вот и я. Я так рад, что тебе понравился наш напиток, Расси.

— Я рассказал ему, что у нас сегодня вечеринка, — сказал Френсис.

Питер пригубил напиток и спросил:

— Ты не мог бы остаться, Расси? Мы будем очень, ну очень рады. Познакомишься с интересными людьми — художниками, дизайнерами… даже актерами.

— Это очень любезно с вашей стороны, но…

— Останься, прошу тебя, — взмолился Френсис. — Ты такой славный. Ты всем понравишься.

Я отхлебнул немного яблочного сока. Странно! Я готов был поклясться, что "макси" приподнялась и повисла в дюйме над столом. Я поморгал и помотал головой, пытаясь рассеять туман, которым вдруг заволокло мои глаза.

— Фу! — выдохнул я. — Что вы намешали в этот пунш?

Питер хихикнул.

— Ага! Говорил же я тебе! С изобретениями Френсиса нужно держать ухо востро.

— Так что в нем есть? — не унимался я.

Френсис пожал плечами.

— О, капелька бренди…

— И?

— … чуть-чуть водки…

— И?

— … немного сидра…

— И?

Френсис визгливо расхохотался.

— Ой, я уже всего и не упомню. Итак, чуток одного, щепотка другого.

— Зря ты не записал, — вознегодовал Питер. — Сегодня ты самого себя превзошел.

— А что положено в основу? — настаивал я. — Бензин?

Педики так и покатились со смеха.

— Ладно, — махнул рукой я. — Я покажу вам, как работает машинка, пока ещё хоть смутно различаю, где она находится. Сначала — лапки. С помощью этой вы можете…

Я углубился в демонстрацию.

Прикончив за следующие полчаса ещё два или три стакана адского зелья, я научился летать. Во всяком случае, мне удавалось совершенно запросто парить дюймах в трех-четырех от пола. Голоса доносились до меня гулко и раскатисто, словно раздавались в длинном и извилистом туннеле; мой собственный голос слышался со стороны — слева и почему-то чуть сзади. Все это я говорю вам лишь для того, чтобы вы поняли — назюзюкался я просто вусмерть.

Не помню, когда стали прибывать гости, но время от времени из голубоватой дымки выплывали очки… или борода, которые участливо интересовались, летаю ли я, и несли какой-то вздор. Я, пошатываясь, добрел до туалета, а потом заблудился и оказался на кухне. Решив передохнуть, я привалился к двери.