Виноградные грёзы. Книга 1 - Джулия Романтик

Окно распахнуто настежь, ветер трепал мои волосы и покрывал кожу мурашками. Стивен крутился у плиты, как подобает гостеприимному хозяину. Фартука не хватает. Я внимательно изучала мужскую спину, широкие плечи… Безопаснее отвернуться к окну и смотреть на огни ночного города. Именно это я и сделала, забравшись с ногами на табурет.

– Ты извини Джера, – заговорил Стивен, перекрикивая шипящие масло, – он за машину волнуется больше, чем за жизнь. – Стив выключил плиту и повернулся, облокотившись на тумбу.

Я не обижалась на Джерада: разве можно обижаться на человека, благодаря которому я здесь, в квартире Стивена, наблюдаю за тем, как он мне готовит?

– Я люблю водить, – продолжил Стивен, – но Джерад повернут на машинах. В туре автомобиль напрокат берет, девчонок катает. А сейчас, когда мы застряли в Сан-Диего, он потребовал привезти его «малышку», – Рэтбоун засмеялся. – Джер не такой плохой, он даже не такой, каким выглядит в интервью. Намного умнее. Полагаю, мы сможем замять ситуацию?

Я медлила, любуясь Стивеном вблизи. И казалось, будто я раздумываю над ответом, прикидываю, какую компенсацию потребовать.

– Ари?.. – Мое имя на его устах звучало как самый сладкий яд.

– Да, да, конечно. Я ни в коем случае не считаю Джерада виноватым.

– Отлично, – довольно улыбнулся Стив.

Он поджал губы, не зная, что еще добавить, потом отвернулся и открыл шкафчик с посудой.

– А ты… – Я чувствовала себя неловко и боялась сказать что-то не то, но смертельная опасность, состояние аффекта, любопытство, и я выпалила: – Ты тоже не такой, как в интервью?

Стивен застыл с тарелкой в руках.

– Я пытаюсь быть искренним. – Он обернулся. – Но проще быть идеальной картинкой. У меня, как и у всех, есть плохие черты характера, слабости, – пожал плечами. – Скажу в свое оправдание, я хорошо воспитан и действительно романтичен. В песнях я ни разу не врал.

У меня отлегло от сердца. Я ободряюще кивнула, показывая, что верю. Для меня творчество группы авторитетнее каких-то статеек. Да и интереснее.

– Вот… – Рэтбоун вновь смутился. – Кушай. Осторожнее, готовил сам. Яичница, конечно, не очень подходит для ужина, но, – рассмеявшись, он поставил передо мной тарелку, – готовил от души!

– Спасибо, Стив… Стивен. – Я приступила к еде.

Стивен положил локти на стол и внимательно наблюдал за тем, как я ем. Он вел себя осмотрительно и вежливо. Привычка знаменитостей – не показывать эмоции всем подряд.

– Спасибо, – поблагодарила я, вытирая рот салфеткой, и добавила чуть тише: – Не только за еду.

– За что еще? – напрягся Стивен.

– У меня здесь нет родных, парень оказался козлом, а ты предложил мне остаться на ночь, – протараторила я, сминая салфетку в кулаке. – Не волнуйся, завтра утром…

– Что? Нет!

Я удивленно посмотрела на него. Стивен опустил глаза.

– Хотел сказать, не торопись. Завтра я отвезу тебя в больницу.

– Со мной всё хорошо. – Я, прищурившись, наблюдала за тем, как он выкручивался. Неосторожно брошенное слово? Или?.. – В чем дело, Стивен?

Тревога в его глазах, неловкость в жестах, застенчивость в голосе придали мне уверенность. Грань «звезда – поклонница» стерта.

– Останься, если некуда идти. Ты выглядишь растерянной, хрупкой… И я больше не могу находиться один в таком большом помещении!

Я пропустила легкий смешок, а потом вскинула бровь – серьезно?

– Правда! Я бы завел пса, но его некому кормить пока я на гастролях.

– Его могу кормить я.

Пришла очередь Стивена удивиться. Мы будто разыгрывали сценку, явно не всерьез.

– А что? Сам напросился. От меня сложно отделаться!

Мы засмеялись.

– Теперь рассказывай, что произошло? – Стивен вмиг стал серьезным. Он присел на табурет и внимательно на меня посмотрел.

– Ничего… – Я принялась водить вилкой по пустой тарелке.

– Нет уж, – Рэтбоун отнял столовый прибор, – вдруг ты человека убила, а я тебя от полиции прячу…

Я поперхнулась воздухом.

– Всё просто. Меня предали. – Я прикрыла глаза, сдерживая слезы. – Жила у друга, а он… ну… изменил.

– Прости.

Холодная ладонь накрыла мою, вызвав дрожь. Я не могла сказать, что чувство неприятное. Напротив, очень… хорошо. И неловко. На мне, кроме рубашки и нижнего белья, ничего. Неловкость сменила горячая волна желания. Стивен Рэтбоун восхитительный мужчина, мы одни…

– В порядке? – Стивен убрал руку.

Похоже, и ему не по себе.

Воздух искрился, будто оголенный провод. Я кивнула, гоня прочь опасные мысли. Остынь, Ари, он не посмотрит на тебя в этом смысле. Стивен порядочный, добрый человек, он согласился помочь, но его уровень – модели, а не восемнадцатилетние девчонки. Я стиснула зубы от обиды. Лучше бы не было встречи на дороге, лучше бы я уехала домой с мыслью «судьба когда-нибудь сведет нас», чем получала от него жалость, как к побитой собаке.

– Еще раз спасибо, – сдавленно пробормотала я и понесла тарелку в раковину. Смотрела под ноги, только бы он ничего не понял. – Вкусно.

Завтра я уеду. Завтра всё закончится, так и не начавшись.

– Я сам! – вызвался Рэтбоун, когда я открыла кран.

– Не стоит, я же ела, а не ты, – прозвучало тихо, губы дрожали.

По мне видно: сейчас разрыдаюсь, обманутая собой. Может, у него хобби приглашать девушек с концертов, а потом издеваться над ними – дарить надежду и забирать? Спал бы он лучше с фанатками, под стать его лучшему другу Джераду Андерсону. Жестоко, но честно.

Стивен подошел к раковине и забрал тарелку. Я слышала, как бьется его сердце, как медленно он дышит, и сделала шаг в сторону – давай, мой посуду и отправляй меня спать в гостиную. А потом мы купим пса, я буду его кормить. Ха-ха. Стивен держал в руках тарелку, вода из крана лилась и убегала в трубу. Молчание ощущалось почти физически. Приходилось делать усилия, чтобы вдохнуть и выдохнуть. Я моргнула, смахнув слезы, и потянулась к губам Стивена. Пусть он оттолкнет меня. Пусть выгонит. Но я вспомнила Адама, которому не хватало того самого, и подумала, какого черта?! Жалеть не буду.

Не оттолкнул и ответил на поцелуй. Я обвила шею Рэтбоуна, прижалась. Голову покинули все разумные мысли, мы целовались, и я думала только о том, насколько это прекрасно.

Тарелка выскользнула из рук Стива и со звоном разбилась. Я отпрянула, пробормотав извинения. А Стивен взял мое лицо в ладони и настойчиво поцеловал. Он. Меня. Поцеловал. Обнимая Стивена, я запустила пальцы в жесткие локоны на его затылке. Страсть овладела телом и разумом, я не понимала, что происходит, да и не хотела понимать.

Стивен отстранился первым. Выключив кран, он достал из джинсов сигареты.