Медная ведьма - Миранда Грин

Слишком давно у меня никого не было. До ближайшего борделя что ли дойти? А смысл? Тогда пойдём гонять слуг. Кажется, там опять что-то уронили. Возвращаю книгу на место и прочищаю горло, направляясь к основной лестнице.

4. Здравствуй, милый друг

Встречала свою "посылку" я лично, крестная решила еще раз убедиться в моей уверенности в своем выборе и левитировала усыпленного оборотня перед собой. Спеленали его, конечно, на славу, видимо, желанием увидеть меня еще раз нелюдь не горел. Отмахнувшись от выглянувшей прислуги — вдруг что понадобится — на миг замерла, решая куда пригласить, а потом решила, что раз все свои, можно и в личные комнаты. Только про завтрак бросила в пространство, зная, что меня точно услышат. Интересно, на двоих или на троих принесут? Как отреагируют на перевертыша?

— Куда его? — Веро осмотрелась, отмечая исчезновение стены между зоной отдыха и собственно спальней, вместо нее теперь стояла ширма.

— На кровать, куда же еще?

— Действительно, — развеселилась женщина, — куда еще ведьма может уложить симпатичного мужчину кроме алтаря? Только на кровать.

— Еще есть кресло, диван, ковер, стол… Вариантов много, на самом деле. И это только в доме!

Мне тоже стало достаточно смешно, я даже ухмыльнулась, пока закрепляла волка, обездвиживая его. На прикроватной тумбочке лежал ошейник. Конечно, можно было бы и сейчас его надеть, но так ведь не интересно, я хочу увидеть его реакцию. Родственница отвлекает меня на чай, одним движением заставляя ширму скрыть волка от моих глаз, в голове сразу яснеет.

Ненормально, магия идет в разнос, похоже придется наведаться в подвал. Веро понимающе кивает — после трехсот лет начинается очередной этап магического созревания, потенциал вновь растет, все через это проходят. Но ощущения не совсем такие же.

— Может и лучше, что ты взяла волка. Они хотя бы собственным магическим ядром обладают, он не будет из тебя тянуть силу на выживание сейчас.

— Я от лис такого не замечала, — есть не хочется и разворошенное пирожное возвращается на свое место. — Или им так мало надо?

— У тебя щиты хорошие, когда дар стабилен. А еще ты темная, вызываешь у них природное отторжение. Пару поколений назад был перекос, теперь процентов девяносто, если не больше, магичек светлыми рождается. Вот поэтому и котики-лисички, — она скривилась.

— А мы темные…

— Да, поэтому ты так в него и вцепилась. Он и проживет долго, и подпитать тебя магически сможет, если что. Но поставками занимаются светлые, светлых больше, хотя в армии реальную силу и составляют темные и серые, поэтому и всем остальным приходится пожинать плоды этой "моды".

— Главное, чтобы он затыкаться вовремя умел…

— А тут уж все в твоих руках!

Она отсалютовала мне чашкой. За ширмой раздался чуть более громкий вздох, сон из-за заклинания перешел в свой, натуральный сон. Мы с крестной одновременно замерли, прислушиваясь, но пробуждения и возни пока не услышали, так что можем себе позволить еще немного поперемывать косточки знакомым и повозмущаться повсеместным ущемлением темных. А повод действительно был, потому что только недавно пошли разговоры о запрете кровных ритуалов, мол, дикость и пережитки прошлой эры. Тут, правда, старые семьи и гильдии выступили единым фронтом. Те же прикормленные верхушкой власти наемники именно за счет темной магии обходили защиты и убирали смутьянов. Да и нынешнее Верховное Трио было темным на две трети, так что при них можно было чуть выдохнуть — опору своей власти они на поругание не отдадут и не в меру активного коллегу заткнут.

А там — может и маятник обратно качнется в очередной раз. За ширмой воцарилась подозрительная тишина и крестная начала прощаться, пожелав мне приятно провести день и напомнив, что двери ее заведения для меня всегда открыты. Я только кивнула, когда она попросила ее не провожать. Перегородка отъехала в сторону, сбрасывая заглушающее заклинание, лежащее на кровати. Волк безошибочно повернул лицо ко мне, и завязанные глаза ему помехой не были:

— Тея Митрэл, медная ведьма Империи, карательница… Я думал, что вчера мне показалось, после такого разряда-то, но сейчас я чувствую этот запах…

Унизанные медными кольцами пальцы дернулись. Да, запах у украшений действительно был характерный. А что до именований…В армии моих предков было много, хотя сейчас я больше занималась торговлей. А вот титул остался, также как и статус военнообязанной. И ведь не ответишь ему, что по сути дела последней карательницей в нашей семье была моя мать… Вместо этого я просто нависла над ним, с удовольствием отмечая, что след на шее не сошел, видимо, блокираторы с него так и не снимали со вчерашнего дня.

Когда матрас рядом с ним просел, оборотень напрягся, теша себя надеждой дать мне отпор в случае необходимости. Глупый волчонок… Шокового ошейника на нем нет, шея полностью открыта и отказаться от удовольствия — и мелкой, но чувствительной гадости — я не могу. Он почти успевает уловить движение, но только клацает зубами, когда я не даю ему цапнуть себя за руку, вцепляясь в горло, сжимая не до удушья, но достаточно ощутимо. А пульс-то частит.

— Ты меня боишься? — втянуть воздух рядом с тонкой кожей.

— Не дождешься, я тебе вчера все сказал, — рычит он.

— Боишься, сердце колотится как у добычи перед охотником. А вот станешь ли ты игрушкой на один раз или любимым питомцем — зависит от тебя, мой хороший.

Если бы я собралась вскрыть ему глотку, он бы отнесся к этому спокойнее, чем к неспешному вылизыванию шеи, чередующемуся с укусами и засосами. Наливающиеся цветом следы заставляли урчать от удовольствия и думать о том, что все-таки дальнее родство ведьм с оборотнями проявляется в такие моменты, есть у нас общие инстинкты, хоть мы и разошлись миллионы лет назад.

— Ты просто сама пытаешься отрицать свое настоящее желание, ведьма, — внезапно урчит он над ухом.

— Это что же я пытаюсь отрицать? — помню вчерашние его слова, понимаю, на что намекает.

Но, мой дорогой, подловить на этом меня не выйдет. Я перед собой честна. Именно поэтому стаскиваю с него повязку и, пока тот привыкает к достаточно яркому свету, удобно устраиваюсь на нем сверху, будто бы случайно принимаясь елозить. Просто устраиваясь удобнее, да.

— Я свои желания признаю, а вот ты себя обманываешь. Тебе ведь тоже этого хочется.

Ни слова против правды. Я была готова пройтись по нему заклинанием, но то ли его перед "доставкой" накачали магией по самое "не балуй", то ли все-таки где-то глубоко он считал меня привлекательной, но сидела я на однозначно ощутимом крепком стояке.

— Хочется ведь? — двигаю бёдрами вперёд-назад.

— Д… Нет, — он с шумом вытягивает воздух.

Вот сейчас, с потемневшим мутным взглядом, он ещё красивее. Вытягиваю руку в сторону тумбочки, в ладонь влетает плоская коробка. Щелчок крышки и я уже перебираю в пальцах длинную, не очень широкую полосу тёмной кожи. Оборотень низко рычит, когда я тяну руки к его шее, но ошейник я все-таки на нем застегиваю. Хорошо выглядит. Застежка на "украшении" исчезает, не давая возможности снять самостоятельно, а я начинаю ощущать потоки его магии, странной, отличающийся от того, что я ощущала раньше. Спокойно сидеть сложно, а волк старательно смотрит в сторону, хотя алые пятна на щеках и покрасневшие уши выдают его с головой.