Сын Дьявола - Любовь Попова

Мне хочется отказать ему сразу, кинуть обвинение в предательстве, сделать больно, точно так же, как он мне, но… Ощущение свободы, которое он предлагает так близко, словно он дарит мне крылья и шепчет, как в сказке: «В добрый путь»

Можно ведь поверить, что я в сказке? Хоть на мгновение и ждать этого прекрасного «Долго и счастливо»

И пусть он предлагает немного, но у нас с мамой не было и того, а в золотой клетке я не счастлива. «А если… — шепчет внутренний голосок, — он снова тебя предаст?».

— Максим, — останавливаю я поток речи и сладких обещаний страсти. — Почему ты это сделал? Почему отдал меня им? Тебе было наплевать, что мною кто-то воспользуется?

— Нет, — тут же отвечает он и, откинувшись на спину, закидывает руку за голову. Вынуждая меня задыхаться от вида его крепкого, идеально вылепленного тела. — Не наплевать, просто…

— Ну…

— Мы с Антоном братья по крови, любое его слово закон и верил ему я безоговорочно.

— Так… и? В чем он солгал?

— Он сказал, что не тронет тебя. Сказал, что разденет на камеру, чтобы отдать видео Самсонову и прижать твоего папашу.

Его слова кажутся разбросанной мозаикой, где ни одна деталь не сходится с другой.

— Макс, я не понимаю, — уже на грани истерики шепчу я. — По порядку, пожалуйста. Вы хотели снять видео?

— Верно, — кивает он и думает затянуться сигаретой, но поднимается и садится на против меня. — По заказу Самсонова, чтобы встать в его охрану.

— Но ты ведь и так собираешься пойти к нему?

— Если возьмет. Можно пока водителем, а там как пойдет.

— А зачем этому Самсонову… — пытаюсь вспомнить фамилию. — Мой отец?

— Он… — Максим замолкает и словно обдумывает, готова ли я это услышать. Даже страшновато. — Андронов занимается рабством. Поставляет детей из детдомов за границу. Уже много лет. Перевозит и отдает в бордели.

— Нет! — вскакиваю я, не веря своим ушам! — Нет! Ты врешь! Скажи, что ты врешь! Это же полная чушь!

— Лана… — протяжно вздыхает Максим, поднимаясь за мной. — Я… Я прекрасно помню склад, на который меня вместе с другими детьми доставили в мешках и помню, как Андронов ворвался в тот момент, когда нас уже грузили в фуру со свиньями. А рот всем заткнули кляпом, потому что слушать детский ор просто невозможно. Я не знаю почему, но меня Андронов оттуда забрал. Мне было мало лет, но именно этот момент отпечатался в мозгу, как будто я снова там и снова чувствую запах мочи и говна. Нас, знаешь ли, в туалет никто не водил…

Я слушала и слушала, уже позабыв про боль в заднице, недавнее удовольствие и голод. Слезы ручьем лились из глаз, потому что я, черт возьми, не могла поверить во весь этот кошмар. И тем не менее верила каждому слову. Потому что обрывки некоторых воспоминаний всплывали в мозгу и составляли неприятную, просто ужасающую картину.

— Хорошенькая, — сказал как-то пришедший мужик в костюме. — Будет лакомым кусочком для гарема в Эмиратах.

— Нет, — отвечал Андронов, ласково поглаживая меня по голове. — Эта останется со мной.

И это только самое безобидное, что пришло мне в голову. Откуда, только откуда берутся такие звери?! Почему их младенцами не душат в постели. Какое сердце нужно иметь, чтобы обрекать людей, детей на такое?!

— Лана… — трясет меня за плечи Максим, и я открываю глаза, смотрю в его лицо и качаю головой. Он дьявол. Андронов просто чистое зло. — Ты веришь мне?

— Да, к большому сожалению, да.

Говорить о чувствах и страхах становится уже не важно, даже как-то глупо. Но я понимаю, что Андронов действительно такой, как говорит Максим. А если его партнером является Королев старший, то и сын со временем займется этим делом.

— Ты все еще хочешь быть со мной? — спрашиваю осторожно и руками обхватываю свои замерзшие плечи. — То есть…

— Хочу. Очень хочу.

— Тогда мне нужно собраться. Я не могу совсем поехать без вещей. Когда ты хотел отправляться? — говорю серьезно и, приблизившись, касаюсь макушкой твердой, мускулистой груди. — Когда мы уедем отсюда, Максим?

— Завтра, прямо с утра. Я, наконец, домучил свой байк, та что… — напряженно смеется он и обнимает меня за плечи, касается дрожащих губ. — Давай без чемоданов.

Без так без.

Домой иду я с твердым решением собрать самое необходимое в рюкзак. Перед особняком Андронова в горле образуется ком, и я чувствую, как новая порция слез подступает к глазам.

И я жила на деньги, которые заработаны столь грязным делом? И я ведь даже ни разу не задумалась откуда средства. Ну есть и есть. Прекрасно. Или просто не хотела складывать мозаику и сознавать ту грязь, в которую меня привели. Из грязи в князи? Нет… Из грязи в грязь. Где была в детстве, там же и осталась. Только фасад прикрыли красивой тканью.

Захожу в дом, думая, что флешку все-таки отдам этому Самсонову. Теперь моя честь это меньшая из жертв, которую можно принести во благо стольких деток. Пусть Самсонов придавит Андронова, тогда и я перестану бояться, что он со мной что-то сделает.

— Света! — слышу голос в спину, делаю шаг на ступеньку лестницы и поворачиваюсь. Андронов в рубашке с закатанными рукавами и домашних брюках. А рядом Виталик. Уже без костылей. Неужто секс был столь исцеляющим?

— Купалась? — подходит он ко мне и обнимает за талию. — А чего меня не позвала?