Жених поневоле - Сьюзен Джонсон

— Ты этого не сделаешь! — воскликнула пораженная до глубины души Алиса.

— Можешь проверить, — ответил Ники невозмутимо. — Я бы хотел бокал шампанского, — повторил он.

Алиса упрямо сидела на месте, вся кипя от возмущения, глаза ее гневно сверкали. Она решила, что скорее умрет с голоду, нежели станет выполнять его приказы.

— Ох, милая, боюсь, с тобой будет нелегко. А я так рассчитывал на приятный вечер!

Ники снова закрыл крышками блюда с горячим и сам налил себе шампанского. Он сидел в кресле, пил шампанское, смотрел на огонь и время от времени обращался к Алисе с каким-нибудь вопросом, но она сидела, поджав губы, напротив него и не удостаивала его ответом.

Неспешно выпив бутылку «Вдовы Клико» и откупоривая вторую, Ники сказал извиняющимся тоном:

— К сожалению, не могу больше ждать. Прошу простить мою невежливость, но я примусь за ужин.

Он положил себе всего понемногу и начал неторопливо есть, запивая все шампанским. При этом он продолжал беседовать с ней, нахваливал утку, отметил, что соус к рыбе удался как нельзя лучше, и у Алисы в буквальном смысле слова потекли слюнки — она сидела и судорожно сглатывала, чего Ники нарочно предпочитал не замечать. Она с утра почти ничего не ела, да и все время в дороге приходилось перекусывать наспех. Сейчас ее обуял безумный голод, который лишь усиливался от вида и запаха блюд, которыми угощался Ники. Ну что за негодяй! Она умирает от голода, а он сидит и тщательно жует каждый кусочек!

Через несколько минут Ники мягко повторил:

— Я бы выпил шампанского, — и протянул Алисе свой бокал.

Проклиная его, себя и все на свете, Алиса встала и налила-таки пенящейся жидкости в бокал.

— Ну, теперь я могу поесть? — спросила она язвительно.

— Потерпи немного, дорогая. Сначала покорми меня. Пора учить тебя послушанию. Прежде всего следует заботиться обо мне.

Стиснув зубы и подавив в себе ответ, вертевшийся на кончике языка, Алиса встала, подошла к Ники и положила ему на тарелку еще рыбы. Он одобрительно улыбался, делая вид, что не замечает взглядов, которые она на него бросала. Когда же Алиса вернулась на свое место и потянулась было за едой, Ники кончиком серебряного ножа остановил ее руку в воздухе.

— Прости за задержку, но я должен преподать тебе еще один урок. Я так и не получил надлежащих ответов на вопросы, которые задал тебе в первый вечер нашего путешествия. Надеюсь, ты продумала ответы. Я сказал, что не потерплю ухаживаний других мужчин. Припоминаешь?

Алиса угрюмо покачала головой.

— В этом богом забытом углу такое едва ли возможно. Случись где бал, все равно до него целых триста верст езды.

— Может статься, ты здесь не навсегда. Так я жду ответа. — Нахмурившись, он взглянул ей прямо в глаза. — Собираешься ли ты в будущем кокетничать с другими мужчинами?

Алиса не отвела взгляда, но промолчала.

— Так собираешься? — повторил Ники.

— Возможно, — ответила она, зевнув.

Черт побери, волю ее сломить было весьма непросто!

— Что?! — прошептал он с угрозой и негромко повторил: — Что ты сказала?

Алиса попыталась взглянуть на него воинственно, но ее остановил гневный блеск его глаз.

— Не собираюсь, — едва слышно выдохнула она.

Он откинулся в кресле и чуть заметно улыбнулся.

— Ты учишься быть благоразумной, радость моя. Иди сюда, сядь ко мне на колени. Теперь я тебя покормлю.

— Я вполне в состоянии накормить себя сама, — заявила она, глядя на него с ненавистью.

— Иди сюда, — негромко повторил он, и ей пришлось повиноваться.

Усадив Алису на колени, Ники неторопливо ее кормил. Она ела и не могла насытиться — еда была изысканной и разнообразной.

— Больше не хочу, — сказала она наконец. — Могу я вернуться на свое место?

— Еще чуть-чуть, — настаивал Ники.

— Нет! — Алиса, как капризная девочка, сжала губы и отвернулась.

— Ну, любовь моя, еще несколько кусочков. Я хочу, чтобы мой ребенок был крепеньким и здоровым, к тому же мне нравится, как ты округляешься, — шепнул Ники, просунув руку ей под рубашку. — Грудки такие полные, мягкие… — пробормотал он. — Словно так и ждут, когда к ним кто-то припадет! Сними рубашку, дорогая, я хочу их поласкать.

— Нет, Ники, — ответила она и сама почувствовала, что ее голос звучит как-то неубедительно. — Они так болят в последнее время…

— А если я буду осторожен? — хрипло произнес он и, склонив голову, поцеловал ее грудь.

Едва его губы коснулись ее сосков, Алиса тут же позабыла про все свои возражения.

— Ах, любовь моя! — вздохнул Ники, проведя ладонью по ее округлому бедру и заглянул в ее глаза, уже затуманившиеся от желания.

Алисе казалось, что мир растворяется и уплывает куда-то, она таяла в неге и наслаждении.

— Вот видишь, ты уже передумала. Я тебя знаю лучше, чем ты сама, — шептал он. — Ты многому научилась, только никак себе не сознаешься в том, что создана для любви. Нет ничего постыдного в том, чтобы отдаваться своим желаниям. — Его чуткие пальцы умело возбуждали ее, распаляя огонь страсти. — Твое тело ждет меня, хочет меня так же, как я хочу тебя! — Ники взял ее на руки и понес на кровать. — Скажи, что ты хочешь меня, — прошептал он.

— Ники, я тебя хочу… — В голосе ее звенело чувство, руки ее сами искали его.