Узы одержимости - Тата Кит

Не думать об этом! Нет!

Артур обеспечил усиленную охрану, удвоив, а то и утроив её количество. Посе ничего не угрожает, она под надежной защитой.

Всё именно так и никак иначе.

Пожалуйста…

Села на пол и прислонилась спиной к двери, обхватив руками колени. Бурным потоком слёзы хлынули из глаз, затуманивая взор. С каждой пролитой слезой ощущала себя всё более ничтожной и бесполезной для всех.

Я слабая.

Слабая для того мира, в котором с самого раннего детства живёт Артур. Я не умею принимать удары судьбы, сохраняя при этом непроницаемое лицо.

Чтобы выжить в этом мире, нужно быть одиночкой.

Любовь — уязвимость. Слабое место.

Я слабая…

Когда шагов за дверью не стало слышно, поднялась с пола, держась за ушибленные места. Дышать было тяжело, словно через тоненькую пленку воздух поступал в лёгкие. Боль адским пламенем растекалась по венам, мешая мне выпрямиться. Каждый шаг отдавался болезненными ощущениями в ребрах, от чего хотелось сжаться в маленький комочек и перетерпеть, переждать.

Надеяться на то, что всё это очень скоро кончиться, если сидеть тихо и не провоцировать похитителей, для которых я являюсь инструментом для манипулирования Артуром.

Но природное упрямство не позволяло мне сидеть, сложа руки и ждать у моря погоды. Я должна действовать. Должна что-то делать, чтобы как можно скорее оказаться на свободе.

В комнате имелось одно маленькое оконце почти под самым потолком. Стекло в нём было давно выбито, но наличие на раме решетки не позволяло мне выбраться прямо сейчас. Поднесла стул и подставила под окно. Встав на него, с силой дернула за решетку, но она не поддалась. Дернула сильнее и резче, но так ничего и не произошло. Повторила это действие десятки раз, чувствую прилив новых слёз.

Ничего. Решетка осталась недвижима, а в комнату, держа в руке свернутый матрас, вошёл парень с татуировкой.

— Что ж тебе не сидится-то, а? — злобно произнёс он и бросил матрас в угол.

Спрыгнув со стула, выставила его между нами как барьер и прижалась спиной к стене. Отступать дальше было некуда, а парень всё продолжал ко мне приближаться, сверкая голубыми глазами.

— Любишь по-плохому? — его голос звучал тихо, интонация опасно, не предвещая для меня ничего хорошего.

Дернув стул за ножку на себя и выхватив его из моих рук, парень отшвырнул мой импровизированный щит в сторону. Схватил за волосы и развернул лицом к стене, вдавливая меня в её поверхность своим телом.

— Люблю горячих сучек, — прохрипел он мне в затылок, в то время как его рука пробралась мне под блузку и сжала грудь. — А ты очень горячая.

— Саня, — послышался за спиной возмущенный голос второго парня. — Сказали же, пока, её не трогать. Потом отымеешь, когда Палыч команду даст.

— Он не узнает, — холодно произнёс Саня и отодвинул чашечку бюстгальтера в сторону. — И ты ему об этом не скажешь.

Дёрнулась, чтобы скинуть с себя его грязные лапы, но плечо прострелило острой болью от того, с какой силой он завел мне руку за спину.

— Отстань от девки, — повторил парень. — Сейчас должен Леший приехать. Хочет посмотреть на неё. Иди, встреть его и проводи сюда.

— Пошёл он нахуй! — рыкнул татуированный. — Сам дорогу найдёт.

— Боишься, что опять тебе нос сломает? — ехидно произнёс парень.

— Заебал, — раздраженно произнёс Саня, выдохнув мне в затылок. — Сейчас схожу. Без меня её не трогай. Я первый.

Отпустив мои руки, татуированный вышел из комнаты, оставив меня наедине с парнем.

— Не бойся, — произнёс он и подмигнул мне, как старой знакомой, пока я растирала запястье, на котором, скорее всего уже сегодня вечером выступят синяки.

— Не трогали мы её, — услышала я уже знакомый голос татуированного из темного коридора. В этот раз его интонации звучали не столь дерзко, а, скорее, боязливо.

Шаги становились всё громче. Первым в комнату вошёл Саня, вернее, его втолкнули, так как он чуть не упал лицом в пол, запнувшись о брошенный, им же ранее, стул.

Следом за ним грозной тучей, сверкая молниями из голубых глаз, в комнату вошёл Максим.

