Он (мой) Порок - Элена Макнамара

В общем, мы подрались с Яном. Али кинулся разнимать нас, но увидев обнажённую Вику, сразу всё понял. Сам приложил по лицу друга, зыркнул на мою сестру убийственным взглядом и просто ушёл. Я спустился вниз и нашёл Лизу. К ней клеился какой-то парень, который сразу получил в нос. После чего я затащил мышку в ближайшую комнату и трахал так, словно если остановлюсь, она вдруг исчезнет. Ощущения были именно такие, будто она исчезает из моих рук, а я всячески пытаюсь её удержать.

— Прости, — только и могу выдохнуть я, покрывая поцелуями щёку и висок. Пальцем убираю её волосы за ушко и целую мочку.

Лиза расслабляется в моих руках, а потом поворачивает голову и целует в шею. Фонари, окружающие особняк, в полной мере освещают её лицо, и я вижу, что щёки девушки пылают румянцем. Её неопытность, скромность, доверчивость и в то же время страсть, с какой она отдаётся мне — как дурманящий коктейль, которым никак не могу напиться. А может, и никогда не смогу…

— Пойдём, — приподнимаюсь с лавки и ставлю Лизу на ноги.

— Мне уже домой пора, — неуверенно произносит она, поглядывая на мою машину.

Это должно было случиться, но, как и всегда при расставании с ней, дышать становится сложнее.

— Хорошо, — вручаю ей ключи от тачки. — Иди садись, я попрощаюсь с друзьями.

Лиза чмокает меня в щёку, хватает ключи и, развернувшись, уходит, медленно исчезая во мраки ночи. А я иду к парадному входу. Мне навстречу выходят друзья. Вид у них какой-то взвинченный.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Вот ты где, — сразу выдаёт Ян. — Ты знал, что завтра вечером старика не будет дома?

— Нет, — недоумённо отвечаю я. — Прошло всего две недели с его прошлой поездки, он никогда не покидает дом чаще раза в месяц.

— Завтра День города, старика позвали на какой-то банкет как представителя одного из главных инженеров города, — объясняет Соболев. — Идеальная возможность, ты не считаешь?

Нет, я так не считаю, но согласно киваю, понимая, что другого шанса, и правда, не будет. Потому что Ян намерен сделать всё сам, и я не должен дать ему такой возможности.

— В чём дело, Сокол? — Ян подходит вплотную и прожигает меня негодующим взглядом. — Хочешь сказать, что ещё не время? — в его голосе слышится издёвка. — А когда оно будет? Когда твоя мышка станет твоей женой?

— Ян прав, — вклинивается Соболев, — другой возможности может и не быть. А девчонка и так ест из твоих рук, так что проблем быть не должно.

— Да она не просто ест из его рук, — распаляется Ян, — она так течёт от него, что беспрекословно впустит в дом и поможет перевернуть его вверх дном, чтобы найти документы. Она такая же порочная, как сам Сокол! Он в ней не ошибся!

Его слова смазываются в кашу, и я уже ничего не слышу. Потому что одна-единственная мысль болезненно и неотвратимо впивается в голову. Я не слышал, как сработала сигнализация на моей машине, а значит, Лиза её не открывала… А значит, не села в тачку… Значит, она всё ещё здесь. Рядом! Во мраке ночи! И слышит каждое слово!