Мой лучший препод - Эмилия Грант

    Вот только Дэн не успокаивается. Звонит еще раз. А когда я вновь не отвечаю на звонок, заваливает сообщениями.

    “Почему ты не сказала?!”

    “Кристин, ну нельзя же так!”

    “Где ты! Я тебя заберу!”

    — Кто это? — любопытствует Лера.

    — Одногруппник, — тихо отвечаю я, пытаясь сообразить, о чем таком важном я не сообщила Шервуду. — Который Дэн.

    — Аа-а-а, — тянет Лера. Она в курсе Шервуда. Пусть без лишний подробностей, но все же.

    “Кристина, ответь!”

    После этого телефон вновь вибрирует от звонка, но я скидываю. То ли на автомате, то ли из-за того, что струсила. Чем же таким он возмущен?!

    “Если ты не ответишь, я наберу твоему брату!”.

    Охренеть, какая угроза.

    Правда усмехаюсь я только в первую секунду, потом соображаю, что есть все же несколько нюансов, о которых Вадиму знать не следовало бы. Перезваниваю в тот же миг, когда до меня это доходит, но по ту сторону телефона уже короткие гудки.

    — Да что за жесть, — вслух бормочу я.

    Единственное желание, которое на меня накатывает, это просто лечь на эту раскладушку, закрыть глаза и заснуть. А со всеми проблемами можно разобраться завтра. Ну узнает Вадим о чем-то, ну и что?!

    Завтра. Все завтра.

    Сегодня уже произошло нечто глобальное. Меня выселили из квартиры.

    Примерно с этими мыслями я и проваливаюсь в сон.

    Мне снятся пирожки Валентины Павловны, танцующие на сцене бродвейского театра под руководством моей матери. И только пирожок с малиной берет очередное па, как я просыпаюсь от того, что кто-то трясет меня за плечо.

    — А-а-а, что? — спросоня я дергаюсь и резко встаю, сразу же впечатываюсь в подругу.

    — Крис, я не уверена, — Лера смотрит на меня испуганными глазами, и у меня тут же начинает сосать под ложечкой. — Но кажется, сюда едет Вадим с другом Владом. И какой-то Шервуд. Но это не точно… Он то ли рассказал, то ли уже тут, ничего не поняла.

    — Чего? — я хлопаю ресницами. Сказанное доходит до меня медленно. Слишком медленно.

    А когда доходит я протяжно стону и падаю на раскладушку. Пружины больно впиваются в спину.

    Лучше бы этот сраный смысл сказанного до меня не доходил.

    — Что сказал Вадим?

    — Кхм… — Лера вновь заливается румянцем. — Тебе цензурную версию? Она довольно короткая и я тебе уже сообщила, они едут сюда. В нецензурной он на эпитеты не скупился.

    — Он на тебя накричал?! — возмущаюсь я.

    — Не на меня, — она улыбается. — Меня он поблагодарил.

    — Значит, на меня, — вздыхаю я и откидываю одеяло.

Надо куда-то срочно линять. Что-то мне подсказывает, что даже на вокзале сейчас будет куда-как спокойнее и приятнее. 

    — Вообще-то, на твоего отца, — добавляет Лера. — На тебя совсем чуть-чуть.    

    — Меня больше волнует, за каким хреном сюда едет Влад и Дэн, — признаюсь я. — А еще из-за того, что я в душе не знаю, что мне вообще с этим всем делать.

    — Ставить чайник, — пожимает плечами Лера и выходит на кухню. Я иду за ней.

 Чайник уже закипел, когда в дверь раздается протяжный звонок. Мы синхронно вздрагиваем.

Я смотрю на Леру, она на меня. А потом мы обе поворачиваемся к темному коридору.

— Вы кого-то ждете? — сонная Валентина Павловна, прошаркав к кухне, заглядывает в дверной проем.

Вот это женщина! Она даже ничего плохого не предполагает. Вообще. Только интересуется.

— Я открою, — Лера со вздохом встает с табуретки и идет к двери.

Я следую за ней, как на поводу. От нехорошего предчувствия сжимает все органы. И оно меня не подводит. Потому что стоит Лере только открыть дверь, как на пороге вырисовывается самая невозможная из невозможных компания.

Влад, Вадим и Денис. И у всех троих вид такой, будто они в темноте дверь искали. И то и дело с косяками обнимались. А у Шервуда так и вовсе… его будто лицом в толченое стекло макали.

Валентина Павловна окидывает подозрительным взглядом эту мрачную троицу, поглядывает на нас, а потом таким слишком радостным голосом сообщает:

— Ну, вы тут общайтесь, а я пойду к соседке загляну.

— Куда? — выдыхает Лера, повернувшись к родственнице. — Ночь же на дворе!

— А у нее бессонница, — беззаботно отмахивается старушка. — Да и обещала со мной Раиса бокальчик пропустить. Что же, отказывать, раз в гости позвали?

— Кто ходит в гости по утрам, — я нервно икаю после этой фразы и поглядываю в сторону окна, за которым расцветает всеми красками ноябрьская ночь.

За это время Валентина Павловна успевает надеть тапочки, протиснуться между Денисом и Владом и скрыться в темноте подъезда.

— Ну проходите, — не слишком дружелюбно протягивает Лера. — На кухню. По одному.

Я молчу, наблюдаю, как мужчины разуваются. А после, будто нашкодившие псы, друг за дружкой двигаются на кухню. Желания разговаривать хоть с кем-то из них нет вообще. Но и выбора нет.

Благо Лера берет инициативу в свои руки. Я прислоняюсь плечом к холодильнику, потому что эти искатели дверей занимают собой почти всю малюсенькую кухоньку.

— Ну что, рассказывайте, — командует подруга, указывая на Вадима. — Начнем с вас, молодой человек. Что у вас с лицом?

— Столкнулся, — буркнул брат.

— С чем столкнулся? — уточняется Лера, а мне все это кажется настолько комичным, что не могу сдержать улыбки.

— С моим кулаком, — спокойно отвечает Денис.

И тут же моя улыбка слетает с губ.

— А теперь поподробнее, — уже произношу я, сверля этих троих петухов тяжелым взглядом.

— Если взялся за сестрой следить, то следи нормально, — бурчит Шервуд. — А он ни о свадьбе, ни о твоем выселении не знает!

— А ты откуда такой просвещенный? — я злюсь и ничего не могу с собой поделать.

— Отец встречался с Якуниным. Тот сказал, что свадьбу отложим на неделю, так как ты ломаешься.

Ах я ломаюсь?! Вот же…

А в следующую секунду настигает осознание, что Влад с Вадимом обо всем узнали именно от Шервуда, а не от меня. От этого подгибаются ножки, и я начинаю жалеть о том, что табуреток в кухне так мало. Вот не хотела же я рассказывать обо всем этом брату. Но еще больше не хотела, чтобы об этом рассказал кто-то другой.

— Так, с одним разобрались, — вздыхает Лера. — А с вами что, Влад?

Влад хмыкает, переводит взгляд на меня:

— А я не стал скрывать от лучшего друга то, кого люблю.