Отдана за долги - Лана Пиратова

Во мне борются два чувства.

Я ненавижу Милану за то, что она ломает мои устои. Что вынужден признаться сам себе, что слаб перед ней.

Но как же ахуенно у нее во рту. Никогда не понимал, когда кто-то рассказал о своей девке, что она сладкая. Не мог понять, как такое может быть.

До этого момента.

Да, Милана сладкая. Мне хочется пить ее. Кусать ее губы и язык. Проникать глубже. Вылизать ее.

И это ненормально! Нет! Она — всего лишь девка.

Мне так сложно оторваться от ее губ. Но я делаю это. Только лишь для того, чтобы от злости развернуть ее к себе спиной и нагнуть, заставляя лечь на стол.

Милана пытается встать. Я рукой надавливаю на спину, фиксируя ее. Она сводит ноги и получает сильный шлепок по заднице. Вскрикивает и опять сопротивляется. Приподнимается.

Просовываю руку ей под грудь и сжимаю ее. В ладонь упирается твердый сосок. Стискиваю его пальцами и тяну.

Милана тяжело выдыхает.

— Нет, — опять говорит она. — Не надо. Пожалуйста.

Ложусь на нее.

— Я все равно возьму то, что я хочу, — цежу сквозь зубы ей на ухо. — Ты слышишь меня? Я хочу. Не ты. А я.

Удерживая ее одной рукой, второй, наконец, спускаю шорты, засовываю руку в боксеры и вынимаю налитой член.

Он просто каменный. Ударяю им по заднице Миланы и звук получается хлесткий, звонкий.

— Отпустите! Помогите! — кричит она, на себе ощущая всю силу того, что опять окажется в ней.

Пусть кричит. Так даже лучше. Мы дома одни. А эти ее крики заводят меня больше, чем тисканье сисек.

Пальцами свободной руки раздвигаю розовые губки и ныряю туда пока средним пальцем.

Милана вздрагивает.

— Нет! — кричит.

— Да, — довольно отвечаю я, ощущая на пальце первые капли смазки.

Вынимаю палец и просовываю ладонь между столом и складками Миланы. Натираю их, пальцем слегка касаясь клитора. Он твердеет под моими ласками.

Милана извивается, раздражая член, упирающийся ей в бедро.

Сука. Не могу больше терпеть.

Убираю ладонь и обхватываю член. Приставляю его к сладкой дырке.

Милана напрягается в ожидании. Отвожу бедра назад и резко одним толчком врезаюсь в нее. С трудом. Кое-как, но протискиваюсь и замираю.

— Аааа! — кричит Милана и скребётся ногтями по столу. Как будто пытается уползти.

Опять выхожу из нее полностью. Она выдыхает и тогда я опять вставляю ей по самые яйца.

Она снова кричит. Хватаю ее за волосы и заставляю выгнуться.

В ней так тесно. И мягко. Члену точно нравится, потому что он становится ещё больше. Раздвигает упругие стеночки.

Выхожу из нее наполовину и опять проникаю. И начинаю вбиваться в нее со всего размаха. Так, что стол сдвигается с места.

Каждый раз, когда ствол рьяно входит в нее, с губ Миланы срывается крик.

Я трахаю ее. Опять. Несмотря на обещание не делать этого больше.

И, сука, мне это нравится. Я смотрю на член, блестящий и все ещё твердый. Перевожу взгляд на Милану, которая уже не кричит, а лишь тяжело дышит, прикусив губу. Она хмурится. Нет, не от боли. Я уверен.

Опять просовываю руку ей под складочки и нащупываю твердый бугорок.

Просто касаюсь его и слышу тяжёлое:

— Ах.

Ухмыляюсь. Довести ее не составит труда. Нет, не ради нее. Для моего удовольствия. Ведь она сожмет меня ещё крепче спазмами оргазма.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍