Он меня погубит - Оливия Лейк

Мелена

Свой день рождения я провела в самолете на рейсе «Большой Кайман – Ванкувер», потом еще час летела до маленького городка Россленд, затерянного высоко в горах Монаши.

С одним чемоданом и большим животом я оказалась в совершенно другом мире: здесь не было неги и ленивой расслабленности Малого Каймана, зато была мощь и величие горных хребтов, покрытых яркой зеленью. Это не тропический рай, наполненный сладостью диких цветов, а буйная природа с терпким запахом хвои и свежим ветром.

На такси добралась до главной улицы Россленда и там же нашла уютную гостиницу с черничными пирогами и крепким сладким кофе. Марк любит как раз такой. Я передернула плечами, отгоняя настойчивый образ. Не буду думать о нем! Эту страницу я перевернула. Он хотел отнять у меня права быть матерью, я отниму у него возможность быть отцом!

Я решила не сваливаться на голову тете Розе вместе с вещами и деликатным положением, но в гости отправилась без предварительного звонка. Увидеть ее спустя годы, показать себя, спросить совета.

– Мелена?! – воскликнула тетя Роза, с минуту рассматривая меня на пороге. – Это правда ты?!

Мы не виделись лет семь точно, и обе изменились: я повзрослела и стала женщиной, он просто постарела, увы.

– Тетя Роза, это правда я, – глаза непроизвольно увлажнились, когда она раскрыла мне объятия. Я упала в них. Как же я нуждалась в матери! В женской поддержке!

Мы пили чай с лимонным пирогом: я говорила – тетя слушала. Мне было приятно довериться ей и почувствовать родное тепло. Я искала в ней схожие с мамой черты: они были, но немного. Мама в свои сорок была невероятно красива, юные девочки завидовали! Сейчас ее не было. Вообще не было… Тетя Роза была ближе к пятидесяти и выглядела на свой возраст, но она располагала к себе, это главное.

– А где дядя Гарри? – спросила, меняя тему. Хватит себя жалеть.

– На лесопилке. Будет позже. – Она осмотрела меня и удивленно спросила: – А где твои вещи?

– Я остановилась в гостинице.

– Нет-нет! – замахала тетя Роза. – Ты остановишься у нас, пока не решишь, как быть дальше.

– Это так неловко…

– Что за глупости! Мы вдвоем живем. Дети разъехались, – она вздохнула, как любая мать по улетевшим из гнезда птенцам. – Нам будет приятно, если ты поживешь у нас.

– Спасибо, – я благодарно сжала ее руки.

– Гарри вернется, и я отправлю его за твоими вещами, а пока отдохни. Такой тяжелый перелет.

Мы поднялись наверх, и передо мной распахнули двери небольшой спальни.

– Это комната Лары. Я только вчера перестелила белье. Думала, приедет родителей навестить, так нет – умотала с друзьями на выходные в Монреаль.

– Мне очень нравится, – улыбнулась, почувствовав усталость в ногах. Нужно немного поспать. Даже малышка пиналась, очевидно, протестуя, что мать у нее такая неугомонная.

Проснулась к самому ужину и обнаружила, что страшно голодна. Жаркое из телятины с овощами и сладким картофелем, салат с копченым беконом и томатами, два куска мясного пирога и даже немного сливочного торта – такими темпами я стану слонихой. Я не особо располнела за семь месяцев, но слышала, что последние два – самые жесткие: тут и вес резко вверх стремится, и ноги как тумбы. Но в плане физиологии я чувствовала себя отлично, а это самое главное. И неважно, что внутри меня в клочья разодрали. Не нужно было дикого льва в душу пускать. Сама виновата.

Уже вечером перед сном я открыла новостные сайты: про кого нынче пишет желтая пресса?.. Да, я хотела увидеть его. Узнать о нем. Или, наоборот, не хотела. В глубине души теплился огонек надежды: может быть, Марк переживает? За меня. Именно за меня! То, что он взбесится, не обнаружив меня на вилле – факт: шлюха и вещь посмела своевольничать! Но, возможно…

На глаза попался заголовок «Дейли Ньюс»:

Миллиардер, филантроп, плейбой и просто красавчик Марк Нортман нашел новую пассию. Кто эта таинственная незнакомка? Не прочитаете – не узнаете! Одно скажем точно: из Берроузов выжали все соки и перешагнули!

У меня внутри все сжалось тугой пружиной, когда снимок под заголовком рассматривала: Марк полусидел на барном стуле, а рядом – сочная блондинка с красными губами. Быстро он нашел мне замену. На то, чтобы забыть меня, судя по дате, ушло менее двенадцати часов. Хотя нет, Марк не забыл, он в принципе не впускал меня в себя, в сердце свое, заледеневшее, черствое. Эти грязные заголовки печатались с его подачи – это я точно знала. Значит, Марку я в принципе больше не нужна и таким способом мне сообщалось, что все – полная отставка.

– Странно… – я прислушалась к себе чутко. Когда пришло осознание, что все случившееся между нами – близость, фантастическая общность, нужда и даже любовь… Да-да, мне казалось, что Марк полюбил меня, просто еще не готов принять свои чувства. Когда это все рухнуло, оглушило пониманием, что это лишь мои мечты, пришла боль, острая, ошеломляющая. А сейчас я смотрела на его снимок, представляла, как он раздевает эту женщину: если она хорошо ему знакома, то Марк трахнет ее во всех позах и в каждое отверстие, если нет, то вставит член в рот и отымеет по полной. Он в любом случае кончит. Она – как повезет.

Я думала об этом и внутри разрасталась глухая печаль. Мне было больно, но это уже не то чувство, что раздирало в кровь сердце. Это просто грусть. Возможно, я выздоравливаю от зависимости? Мне больше не нужен темногривый лев. Я сама буду вожаком своего маленького прайда.