Недоступный - Лина Мур

Бросаю на маму вопросительный взгляд, а она пожимает плечами.

– Хорошо, идите, – киваю, пристально наблюдая за ними.

Они кучкой двигаются к лестнице в полном молчании.

– Что это за променад пингвинов? – Смеётся Коко, выходя из столовой.

– Отстань, женщина. Мужчины идут выпить, – шикает на неё муж.

– Лони, я уже устала и хочу домой…

– Потерпишь! Давайте, живее.

Выхожу из-за дивана, и ко мне присоединяются Кэя, Коко и Иоки. Мы все наблюдаем за тем, как эти наглецы двигаются вместе, словно пряча что-то. Но что?

Кусаю губу, обдумывая варианты. Медленно опускаю взгляд на пол и вижу что-то, блеснувшее при свете ламп. Подхожу к капле и сажусь.

– Ах вы бараны неприученные! Что вы с ним сделали? – визжу, понимая, что это кровь. Небольшая капелька крови.

– А теперь быстро уносим ноги!

– Стоять! – кричу я.

– Кент, а ну-ка сними шляпу! – приказывая, приближаюсь к толпе на лестнице.

– Это что, кровь? Боже, меня сейчас стошнит! – взвизгивает Иоки.

– Кент, сними шляпу. В нашем доме не принято не снимать головной убор, – поддерживает меня мама.

– Ну всё, попали. – Слышу шипение Ачэка.

– Так, он может ходить в шляпе столько, сколько ему захочется. Я здесь главный. И я ему разрешаю. Не снимай, Кент, пошли уже выпьем, – категорично говорит папа и выходит вперёд, перекрывая мне путь.

– Я ещё жив, напомню тебе, – вставляет дедушка.

– Ноши, пожалуйста.

– Папа, с дороги. Быстро. Иначе вам всем будет плохо. Что вы с ним сделали? – От страха за Кента и из-за непонимания того, что они прячут, толкаю отца в грудь. Он охает и отступает. Долетаю до подножья лестницы. Мужчины расходятся с виноватыми лицами. Срываю с головы Кента шляпу и издаю шумный вздох.

– Негодяи! Ненавижу вас! – кричу, ударяя шляпой каждого, кто попадается мне под руку.

– Боже мой! Канги, как ты мог?

– Билли!

– Аптечку! Кэя, неси скорее аптечку, – шепчу, с ужасом рассматривая порез на лице Кента. И мало того, с его руки тоже капает кровь. Вся его ладонь испачкана ей, и от этого у меня самой кровь стынет в жилах.

– Дженна, держи. Остаётесь без ужина и завтрака! Как вам не стыдно? – ругается Кэя, передавая мне аптечку.

– Это случайность. Так получилось. Я не удержался на лошади и упал, схватившись за ограду. Поранился. Я жив. Со мной всё хорошо, – твёрдо говорит Кент.

– А я не спрашивала у тебя, как это получилось. Мне достаточно знать свою семью и видеть это, чтобы сделать свои выводы. За мной. И никому не вякать. Никому, – шиплю, поднимаясь наверх.

– Говорил же, она взбесится, – шепчет Ванбли.

Ещё бы мне не взбеситься. Они провернули с Кентом самое ужасное из того, что я только могла представить в своих мыслях. Они его поранили! И я ни черта не верю в рассказанную им историю. Он просто прикрывает их.

– Прости, Кент, – печально бросает Ачэк.

– Мне нравится, когда она злится. Так что спасибо за…

– Кент Мёрфи, тащи свою задницу в спальню! – зло кричу я.

Меня разрывает от страха и от ярости. Как так можно? Он весь в крови. Ладно, не весь. Но на щеке Кента приличный порез. Рана на руке кровоточит, и я уверена, что они подрались, а когда поняли, что натворили, то сразу же стали паиньками! Так обычно мужчины и поступают. Натворят дел, а потом шёлковыми платочками притворяются.

– Я не маленький мальчик, Дженна, чтобы ты приказывала мне тащить куда-то мой зад, – рыча, Кент залетает в спальню, а я щёлкаю выключателем лампы, висящей у кровати.

– Ты не в том положении, чтобы сейчас высказываться, Кент Мёрфи. Иди в душ, смой с себя чёртову грязь и дай мне остыть, а потом… клянусь, я прикончу тебя! В душ, и даже не смей сейчас рискнуть спорить со мной! Как ты мог поощрить их? Ты взрослый мужчина, а ведёшь себя, как мальчишка! Как они! – кричу, распахивая дверь ванной, и включаю там свет.

– Это тебе нужен холодный душ, Дженна! А мне необходимо выпить!

– Ты выпьешь. Ты так выпьешь сейчас, что век будешь помнить, как это обманывать меня и не думать головой! У тебя вся рука в крови, Кент! Что они с тобой сделали? Они напали на тебя? Они ударили тебя? – кричу от пережитого страха и от вида этой чёртовой крови, продолжающей капать с его ладони, толкая его в грудь.

– И я ору так, потому что волнуюсь за тебя и за то, как ты сейчас себя чувствуешь! Я не могу остановиться! У тебя кровь! Ты уехал с ними совершенно целым, а вернулся с ранами на теле! Как ты думаешь, буду ли я спокойно смотреть на всё это? – Хватаюсь за голову и шумно дышу.

– Лучше бы ты пошла спать, как это было с Хэйли, – фыркает Кент.

– Вот и пойду. – Хватаю полотенце и швыряю ему в лицо.

Выскакивая за дверь, хлопаю ей и жмурюсь от вибрации двери.

Чёрт возьми, мы даже день пережить не можем без ссор и споров, а теперь ещё и ранения Кента! Я боюсь, что ему опасно здесь находиться, и твёрдо принимаю решение первым же рейсом отправить его в Чикаго. Моя семья опасна для его здоровья. А я не переживу подобного ещё раз.