Порочное влечение - Юлия Тан

ДЖОНАТАН

Сделав круг по первому этажу и, осмотрев открытое пространство, разделенное мебелью на зоны, останавливаемся между стеклянным обеденным столом на шесть персон и кухонным островом. Пусть апартаменты не слишком обжиты, в интерьере не хватает каких-то обычных житейских мелочей, в целом они выглядят уютно.

Идея покупки квартиры возникла случайно, когда я перелистывал каталог выставленной на продажу недвижимости. Никогда бы не смог представить себя живущим в Бруклине. Отчего-то воображение яркими мазками нарисовало, как я просыпаюсь здесь вместе с Эмилией. Солнечный свет, мягко падая через круглое окно, освещает расслабленное тело девушки, комфортно расположившееся в моих руках. Точно, как сегодня утром, когда я лениво открыл веки со счастливой, но слегка глуповатой улыбкой, а рядом была она, мирно посапывающая мне в шею. Вздохнув с каким-то поразительным облегчением, я неподвижно лежал, наслаждаясь этим спокойным моментом, пока Эмилия не прижалась губами к моей щеке.

— Джонатан, нам надо хотя бы принять душ и одеться, — мелодичным голоском щебечет Эмилия, обнимая меня за шею.

По ее горящему взгляду, я понял, что это место ей понравилось. Но все же, кажется, она так и не поверила моим словам.

— И мне нужно позвонить Лене, она так и не ответила на сообщение, — на ее утонченном личике появилась тень беспокойства.

— Поверь, с ней все в порядке. Джеймс сопроводил твою подругу домой. И к тому же она передала для тебя некоторые веще на эти дни.

Приподняв Эмилию за ягодицы, усаживаю на слегка прохладную столешницу. Становлюсь между ее бедер, убирая с лица несколько упавших волосинок.

— Не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко, поэтому остальное выбрал сам. Но ты так и не ответила: шалость или сладость? — очертив нежно скулу, приподнимаю ее подбородок, всматриваясь в кофейный взгляд.

— Джонатан, — прижимая к себе ногами, Эмилия продолжила: — с тобой каждая шалость имеет сладкий привкус. М-м-м, — блаженно протягивает она, дотрагиваясь кончиком своего языка к моим губам.

Могу поклясться, что одна притаившаяся бабочка со школьных времен взмахнула чертовыми крыльями, заставляя почувствовать трепетные касания где-то внизу живота. Эмилия сводит меня с ума, заставляет мечтать о каком-то не мысленном счастье и любви до гробовой доски.

— Детка…

— О, Боже! Простите меня, мистер Вуд! — восклицает женский голос. Следом слышу, как за моей спиной что-то ударяется о паркет, и быстро отдаляются шаги, скрываясь за громким хлопком двери. На секунду зажмурившись от грохота, открываю один глаз, взглянув на ошарашенную Эмилию. Припав лбом к ее плечу, громко рассмеялся.

— Похоже, нам придется искать новую домработницу, — сделал вывод я.

— Джон, как неловко, — приложив несколько пальцев к губам, Эмилия расплывается в улыбке, а на ее щеках появляется румянец. — Я же говорила, надо одеться, — слегка шлепнув меня по плечу, она заливисто засмеялась.

— Тебе не стоит волноваться, она увидела только мой зад.

На мое замечание девушка обнимает меня за талию, утыкаясь носом в грудь.

— Она могла подумать, что мы занимались сексом, — пропищала она, продолжая смеяться.

— Было бы странно, если бы она, застав нас в таком положении, продолжила, что мы тут занимаемся домашними делами.

Подхватив Эмилию на руки, направляюсь в сторону спальню. Я упиваюсь ее счастливыми глазами и очаровательной улыбкой.

***

Включаю телефон и обнаруживаю с десяток пропущенных вызовов от Лили, отца, декана и несколько звонков с неизвестного номера, который также оставил голосовое сообщение. Предположив, что это жена, мой палец застыл над кнопкой «удалить». Хорошее настроение сыграло свою роль, и я нажимаю «прослушать» содержимое послания, которое слегка отрезвило:

«Доброе утро, мистер Вуд. Вас беспокоит детектив Джаред Миллс. Ставлю Вас в известность, что офис ФБР города Нью-Йорка передал ваше дело мне, так как занимающийся ранее этим агент был отстранен. Пожалуйста, свяжитесь со мной, как только прослушаете сообщение. Нам есть, что с вами обсудить при личной встрече. Всего доброго», — проговорил низкий мужской голос.

Прослушав это сообщение еще раз, я пытался уловить в тоне детектива Миллса хоть какие-то намеки, указывающие на успешность расследования. Но ничего. Он говорил четко и без эмоций. Интересно, почему отстранили прежнего агента? Этот факт меня смутил.

Я задумался. Перебираю пальцами смартфон и всматриваясь в одну точку на виднеющийся из окна остров с высокими зданиями. Четырнадцать миллионов это не пару затерявшихся центов в кармане. Их хищение серьезно пошатнуло внутреннюю работу компании и мои нервы. Удержаться на той отметке, которую мы достигли за последние пятнадцать лет, помогли мои личные сбережения.

Я бы мог оставить Эмилию тут на несколько часов и встретиться с агентом, но… В голове поселилось слишком много «но» и впервые в жизни я бы хотел разделиться надвое. Мне не хочется оставлять ее одну. У нас не так много времени, и об этом настойчиво намекают бегущие стрелки моего предчувствия. Каждый день, час, минута имеет собственный вес для нас с ней.

Чаша с чувствами к Эмилии значительно перевесила крупную сумму с шестью нулями, останавливая меня на мысли, что несколько дней без моего участия никак не повлияют на исход расследования. К тому же вряд ли детектив захочет копаться в моем деле в период рождественских выходных.

— Джон, все в порядке? — тихий голос слева и ладошка на моем плече застают врасплох, от чего я слегка напрягся. Но как только замечаю беспокойство в карих глазах, сразу же растягиваю губы в улыбке: ей незачем знать о моих проблемах.

— Все хорошо. Просто задумался, — убедительно улыбаюсь, но тревога в кофейном взгляде не желает отступать.

— Джонатан, мне не нравится, когда мне лгут, а ты именно сейчас это делаешь. Что случилось?

Слегка отступив назад, Эмилия скрещивает руки на груди, недоверчиво всматриваясь в мое лицо. Встаю с кровати и подхожу к ней, но она выставляет ладони вперед, этим жестом удерживая на расстоянии

— Детка, это связано с компанией, но не с нами. Тебе не о чем беспокоиться, — сдаюсь я, поверхностно выдавая подробности.

— У тебя что-то произошло? — склонив голову набок, она сочувствующе смотрит на меня.

— Нет. Я же сказал: все хорошо.

Этот допрос на ровном месте слегка раздражает.

— Ты снова лжешь, Джонатан. Пусть, мы знакомы не так давно, но я чувствую это.

— Что ты хочешь услышать? — вспылил я, но лишь от того, что она говорит с отчуждением и холодностью.

— Ну что ж, ладно, — проходит мимо меня, открывая сумку возле кресла. — Не хочешь говорить — твое право. Ты не обязан делиться подробностями своей жизни. Потрахались и разбежались. Да, Джонатан? — несмотря мне в глаза, вынимает сложенную Леной одежду.

Подстегнув меня на «слабо», она задела что-то внутри. Девушка, развернувшись