Змей-искуситель - Лана Мур

Когда Рената и Виктор вернулись на поляну, их встретили вопросительные взгляды, но никто не сказал ни слова.

Рената тоже не горела желанием посвящать всех в свои проблемы и, присев, принялась чистить тех нескольких рыбок, что еще били хвостами и пытались выскочить из ведра. Нож блестел под солнцем, сверкающая чешуя разлеталась перламутровыми брызгами, пахло речной свежестью и немного тиной. Рената методично работала, время от времени убирая запястьем падающие на глаза пряди.

– Вы поругались? – присела рядом Ульяна.

– Нет, – покосившись, ответила Рената и снова вернулась к рыбе.

– А что он тебе сказал?

– Чтобы в следующий раз и его пригласили. Всегда мечтал о тройничке, – так же сухо ответила Рената.

– Так он не поверил, что ты делала Милке массаж? Почему? Ведь все остальные поверили? – изумилась Ульяна. Зная подругу, она нисколько не усомнилась в услышанном.

– Потому что я сказала, что ты все придумала. А сейчас он, скорее всего, хвастает остальным о предстоящем приключении, – Рената не смогла удержаться, чтобы не подразнить Ульяну, за ее разоблачение.

– О чем секретничаете? – присел к девушкам Макс. – Что ты из этого богатства делать собираешься? – кивнув на тушки, спросил он у Ренаты.

– Запечь хочу. Кто захочет и кому хватит – поедят. Потом схожу, все-таки поищу грибы, – ответила она.

– А вы о чем секретничаете? – Ульяна с беспокойством смотрела на беседующих Алекса и Виктора, а рядом с ними заливисто смеялась Тамила. – Что же вы Милку без присмотра оставили.

Макс недоуменно вздернул бровь.

– А она что, собачка или дите неразумное, чтобы за ней следить?

Рената хмыкнула и сунула рыбу в угли.

– Так что вы там такого интересного обсуждаете? – не унималась Ульяна.

– Витек уговаривает Алекса дать ему серф, чтобы можно было заплыть подальше. Он все еще надеется, что сможет что-то наловить. Алекс отвечает, и он прав, что волны слишком высокие, и Витек только перевернется. А Милка, как всегда, всех высмеивает. Я удовлетворил ваше любопытство, сударыня? – Макс склонил голову в шутливом поклоне.

Ульяна не смогла сдержать вздох облегчения, а Макс продолжал недоверчиво на нее смотреть.

– Но можешь подойти и убедиться сама, – предложил он, подумав, что нелегко Алексу придется с такой собственницей. Посмотрел на Тамилу – девушка по-прежнему стояла рядом с парнями и беззаботно хохотала, не обращая никакого внимания на то, чем он занимается. Такие отношения нравились Максу больше, чем тотальный контроль.

– Слушай, мне что-то ветер не нравится, – Макс посмотрел на гнущиеся верхушки деревьев. – Не против, если мы составим тебе компанию в поиске грибов?

– Если не принесете поганки, – пожала плечами Рената и проследила взглядом за Ульяной, решившей все-таки присоединиться к веселящейся компании.

Остальные тоже решили прогуляться по лесу, и вскоре вся компания рассыпалась между деревьями, внимательно вглядываясь под ноги. При этом Виктор следовал по пятам за Ренатой.

– Это чтобы ты снова не потерялась, – пояснил он, когда девушка удивленно обернулась. – Ну и подсказала, какие грибы брать нельзя.

– Что я слышу? – преувеличенно удивилась Рената. – Гроза всех речных мальков не разбирается в грибах?

– Они же не плавают, – хмыкнул Виктор.

– Смотря какие, – глубокомысленно заметила она. – Некоторые и поплывут, и полетят, и что хочешь сделают.

А Ульяна тем временем пыталась будто ненароком выспросить у Саши о чем же он говорил с Виктором и Милкой. Но тот только отшучивался, чем все больше нервировал девушку.

Под ногами пружинила палая хвоя. Острый запах смолы и прелых листьев смешивались с пряными нотками грибов, и все вместе это создавало неповторимый и непередаваемый аромат осени. Если солнце еще дарило тепло, то промозглая сырость воздуха и отдаваемая землей прохлада указывали на неотвратимость приближающихся холодов.

– Такие они странные, – заметил Макс Тамиле, поочередно переведя взгляд с одной на другую пару. – Витек смотрит на Натку, как собачка, а Янка хвостиком ходит за Алексом и ни на минуту не выпускает его из вида. Тебе не кажется, что это какие-то нездоровые отношения? – он посмотрел на Тамилу, сосредоточенно рассматривающую покрытый опятами пенек. – Красивые грибочки, – одобрил и открыл складной нож. – Мне вообще кажется, что мы с тобой здесь самые нормальные. Я не слежу за тобой, ты за мной. Занимаемся, чем хотим, и ни в чем не отчитываемся, – он осмотрелся. Сообразив, что собирать некуда, снял куртку и стал складывать на нее срезанные грибы.

– И то, что ты вместо корзинки используешь куртку, лишний раз убеждает в твоей нормальности, – усмехнулась Тамила. – Еще и с ножом. Да с тобой страшно оставаться наедине.

В итоге, когда все вернулись к костру, только у Макса и Тамилы оказалось немного опят, все же остальные пришли с пустыми руками, а Рената и Алекс выглядели раздраженными.

– Эй, Зоркий Глаз, – окликнула Тамила Ренату. – И где же ваша добыча?

– Кажется, здесь нет грибов, – Рената сердито покосилась на Виктора, который больше мешал, чем помогал.

– А это тогда что? Галлюцинации? – развернув, она показала содержимое куртки Макса. – Да, не хотела бы оказаться в необитаемой местности с такими добытчиками. Недолго и с голоду помереть. Тогда, раз мы с Максом единственные, кто сегодня хоть что-то нашел, то будем отдыхать, а вы занимайтесь грибами. И не забудьте нас пригласить, когда будет готово. А ты, – повернувшись, ткнула Макса в грудь, – обещал мне массаж.

– Всегда к вам услугам, сударыня, – Макс широким жестом указал на свою палатку и, обернувшись, подмигнул Алексу.

Но другу было не до него – перебирая вместе с Ульяной грибы, Алекс исподлобья наблюдал как Виктор и Рената, дурачась, чистят овощи для будущего супа.

Парень все время касался ее руки или плеча. Каждое его движение говорило о решительном настрое не позволить ей снова провести ночь с подругой. К тому же, кажется, и Тамила нашла себе более приятный способ провести время.

Глядя на них, Алекс все больше убеждался, что предстоящая ночь уже не будет столь же беззаботной, как и предыдущая.

Осознание, что всего в нескольких метрах, в соседней палатке Ренату будет лапать этот пацан, уже сейчас вызывало волны жгучего гнева. Что же он будет чувствовать ночью?