Дикарь для Недотроги - Анна Сафина

И тут снаружи дверь толкнули. Здоровяк вынужден был убрать свою руку.

- Девчонка пропала, - с криком внутрь залетел главный похититель.

Взъерошенные волосы, безумный взгляд, я слегка дернулась, страх достиг нового уровня.

- Нашлась пропажа, - гоготнул все время улыбающийся мужик, - бегала тут, выискивала выход.

- Ты расстраиваешь меня, девочка, - отряхнул пиджак от несуществующих пылинок парень.

Он взял себя в руки моментально. Разительная перемена от бешенства к невозмутимому хладнокровию была стремительной. И оттого более пугающей.

- Выходи, - открыл мне дверь.

Отчего у меня складывалось ощущение, что все только начинается.

Гулко сглотнула и сделала шаг вперед. Не оставалось ничего другого, как идти впереди и чувствовать сзади чужое дыхание. Зашла в комнату своего заточения и вздрогнула, как громко хлопнули врата моего плена.

- Ты хочешь сбежать от меня, Люда? – крепкой хваткой он пригвоздил меня за шею к холодной стене.

Я попыталась вдохнуть, но не смогла. Вышел только сиплый вздох. Вцепилась пальцами в его кисти, но мне не совладать с мужской силой. В голове паника, я попыталась дернуть ногами, но вышло слабо. Паника мешала здраво мыслить.

- Больше ты так не сделаешь, не убежишь с ним, гадина, - продолжал напирать он, пребывая в своих фантазиях.

И когда у меня перед глазами стали плавать черные точки, он разжал руки. И я судорожно вдыхала, кашляя и дергаясь от шока. Но он не остановился, потянул к себе за грудки и с силой приложил меня об стену. От боли я сползла вниз, руки плетьми повисли вдоль тела. А в голове туман. Но я улыбнулась, когда меня прострелило болью.

- Будешь сидеть взаперти еще долго, - произнес и достал платок, вытирая руки от крови.

Я дотронулась до носа и почувствовала влагу и запах железа. Перед тем, как потерять сознание, увидела его лакированные ботинки. Настолько же чистые, насколько черна его душа.

* * *

Влад, как выглядящий более презентабельно и внушающий доверие, был послан к бабуле. Мы с Шамилем стояли на лестничном пролете нижнего этажа и слышали, как тренькнул дверной звонок, затем открылась скрипуче дверь.

- Добрый день, - подивился, насколько располагающим голосом он поздоровался с соседкой, - я – родственник Юлии, вашей соседки, в полиции мне сказали, что именно вы подали заявление.

- Ну, допустим, я, - не спешила старушка доверять незнакомцу.

Мы с братом переглянулись и хмыкнули про себя.

- Вы что-то видели? – спросил он у нее.

- А какая разница? – вдруг набычилась, - в полиции все равно заявление не приняли, три дня говорят, ждите, за сумасшедшую меня приняли, ишь, вот тебе и система правосудия.

Чисто сработано. Нечего им мешаться под ногами.

- Я же говорю, я – ее брат двоюродный, мне тетя позвонила, что Юлька то наша на звонки не отвечает, в полиции молчат, а мы беспокоимся…

Не успел он договорить, как она его перебила.

- А мне почем знать, что ты не врешь? – интонацией выразила свое недоверие, - ошиваются тут всякие, вынюхивают.

- Я не вру, - по голосу слышно, что улыбнулся, затем что-то зашуршало, и возникла тишина, - так я вызываю больше доверия?

Я нахмурился, сжал кулаки, но выдохнул, когда она ответила.

- То-то же, - поворчала для виду, но потом ответила ему, - мне в тот вечер нездоровилось, я на балкон то вышла свежим воздухом подышать, а там глядь, и Юля стоит возле подъезда, да с молодцем каким-то заигрывает, шаболда…

Стиснул челюсть, зверея на глазах. Слова бабки были наглой ложью, но она была ниточкой, что приведет нас к похитителям.

- А потом сзади к ней еще один подошел, тряпку в лицо и все.

- Что все? – спросил с легким раздражением Влад.

- Дак все, сознание то она потеряла, потом подъехал фургон, и они потащили его к нему.

Выдохнул, понимая, что ничего эта старая не знает. И только собрался спускаться, как насторожился.

- Да вот что странно, - громким шепотом, словно тайну рассказывала, она поведала Владу то, отчего я выпрямился, готовый рвать и метать, - в машину ее грузить не стали.

- А что сделали? – мы все стояли в напряжении, пока друг выпытывал у медленной соседки информацию.

- За машиной стояла легковушка, они девушку в багажник кинули, - прошептала, - а вот между машинами был люк, они его подняли и сами спустились туда.

- Люк? – спросил удивленно друг, - он же должен быть запечатан.

- Так в этом и странность, молодой человек, я уж в этом районе давно живу, у нас все строго, все безопасно, район то спальный, а тут прям как по заказу, наверняка, ее сутенер все организовал, вот увидите, она у него деньги сперла, видели бы вы, на каких машинах разъезжала то, а была такая приличная, замужняя, тьфу на нее.

А потом осеклась. Вспомнила, видимо, что говорит то с ее братом.

- Фургон, в общем, отъехал, а затем, минут через пять, мужики с люка вышли, в машину сели и фьють, поминай, как звали. Ни девки, ни следов преступления.

- А номер вы запомнили? – наконец, он подошел к самому главному.

Все мое тело было натянуто, как струна. Малейшее движение и взорвусь.

- Ой, стара я стала, милок, память уже не та, - елейным голоском пропела, действуя мне на нервы.

- А так? – снова зашуршали купюры.

- Записывай, - довольная, она продиктовала цифры и, недолго думая, хлопнула после дверью.

Спустились и сели в машину. Влад присел следом.

- Пацанам я номер скинул, по базам пробьют, камеры сейчас просмотрим снова, так что, думаю, к вечеру найдем нашу пропажу.

Я сжал руль, да так, что костяшки побелели. Внутри вихрем закручивался ком. Все будет хорошо, красота. Я убью каждого, кто посмел к тебе прикоснуться.