Бабник - Аля Алая

— Моя Юлька, — теплые губы касаются моих. На языке появляется солоноватый вкус слез.

— Ура, — раздается над нами голосом Магомеда. Его подхватывают остальные парни, хлопают в ладоши и скандируют: «Свадьба, свадьба!»

— Я тебя люблю, — обнимаю жениха за шею, — и сама за спальник прибью, — шепчу ему на ухо, — потом.

— Очень хочу поднять тебя на руки и покружить, — Иван, покачиваясь, поднимается. Я следом за ним, — но уже не сегодня.

— Ты как? — Магомед озабоченно встряхивает Ивана за плечо. — Скорую вызываем?

— Нет, — Иван отмахивается, — но если домой нас закинешь, буду благодарен.

— Могу я, — предлагает Витя.

— Не надо, у меня на твой парфюм реакция, — морщу нос.

— Юля, давай поговорим у меня в кабинете, — Артем пытается включить свой авторитет.

— И не подумаю, — выставляю перед ним руку с кольцом, — видел? Все! Мы уезжаем.

— Твою мать!

— Я на тебя обижена, Артем. Очень… Как надумаешь извиниться — звони.

— Что? — брат начинает багроветь. — Перед ним? Перед этим, который тебя?

— Поехали, пока второй раунд не начался, — Магомед подкатил свой внедорожник, в который мы с Иваном забрались. Парни нас еще раз поздравили, брат ушел к себе в кабинет в гордом одиночестве.

— Ты точно в порядке? — устраиваюсь на заднем сиденье у Ивана под боком.

— Мммм, да. Только на секунду вырубило.

— К врачу все равно надо съездить на всякий случай. У тебя уже было сотрясение и потеря зрения.

— Завтра, — он целует меня в висок.

— Ты извини Артема… Когда дело касается меня или мамы, он может вспылить.

— Он тебя любит.

Дома вместе принимаем душ. Я прикладываю к ушибленной щеке Ивана кусок замороженной курицы. Сидим на кухне, чай попьём.

— Так ты хотел красиво? — вспоминаю его слова. — А как красиво?

— В ресторане столик заказал.

— Ну, ничего, — отмахиваюсь, стараясь не огорчаться. Подумаешь, на СТО получилось. Главное не обёртка, а содержание.

— Юль, а ты высоты боишься?

— Нет, а ты почему спросил?

— Да так, есть одна мысль, — Иван отложил замороженное мясо на стол. Припухлость со щеки сошла, осталась лишь небольшая гематома. — Иди ко мне.

Пересаживаюсь со своей табуретки к нему на колени. Тихонько замираю, наслаждаясь моментом.

— Я счастлива, но мне страшно. У нас будет ребёнок. Моя жизнь меняется на сто восемьдесят градусов.

— Да. И ты увольняешься из ресторана. Больше никаких ночных смен, Юль.

— Я хочу сама зарабатывать.

— Знаю, но тебе придётся придумать другой вариант. Два придурка, которых я отдирал от тебя в этом месяце у ресторана, — это не шутка. Я и раньше с трудом с твоей работой мирился, а теперь ты беременна. Нужен нормальный график, Юль, ты должна высыпаться.

— Я знаю... Ты прав.

— И мы переедем, у меня квартира в центре. Будет ближе к работе. Тебя в частную клинику запишем наблюдаться, можно туда же, где Аня.

— Нужно ещё сделать тест, а вдруг не беременна? Может... ну... просто...

— Сделай, конечно. Я купил несколько, они в спальне в тумбочке. Но шансов никаких.

— Ты когда говоришь, так улыбаешься. Тебе совсем не страшно?

— Мне нет. Я понял, что готов к этому, причём давно. Надоела старая жизнь, я словно чего-то ждал, а чего понять не мог.

— Меня?

— Да, — Иван перебирает пальчики моей руки, — я на него сам заработал, мне было важно. Дорогое потом куплю.

— Мне это нравится, — касаюсь небольшого камушка.

Потом я делаю тесты, которые показывают по две яркие полоски. Беременность есть, она реальна и через девять месяцев появится ребёнок.

Иван только флегматично жмет плечами. Оно и понятно, если залет наш случился в спальнике, у него было очень много времени смириться с вероятностью беременности.

— Спи, Юль. Завтра будет сюрприз, — зевнул Иван мне на ухо уже в постели и обрубился. Ни секса, ни приставаний... Совсем неинтересно как-то. Я поерзала в его объятьях, о пах потерлась безрезультатно и грустная уснула.

— Доброе утро, — раздалось тихо на ушко. Я с трудом вынырнула из уютного сна, в котором мы с Иваном летели на байке навстречу закатному солнцу. Оно грело нас, словно печка, и было огромным, кроме него, мы не видели ничего, ехали прямо в него. Вот такой сон.

— Утро? — приоткрываю глаза, встречаясь с внимательным Иваном. Одет с ног до головы, бодр и свеж. Дыхание пахнет мятой. — Который сейчас час? — судя темени за окном, слишком рано, чтобы вставать.

— Четыре утра.

— Сколько? — возмущенно натягиваю на себя одеяло с головой. Тоже мне утро. Сегодня суббота, выходной, я приготовилась спать до одиннадцати, а можно и до часа дня.

— Четыре. Вставай, а то все проспишь.

— Так я не против.

Одеяло с меня начало неумолимо сползать. Я хваталась за него, тянула на себя, но все бесполезно. Иван его отобрал. Нагло и беспощадно.

Всхлипнула, сжимая в руках подушку, швырнула ей в него.

— Это должно быть что-то грандиозное, иначе ты труп, — осматриваюсь вокруг, но ничего подходящего под слово «грандиозное» не замечаю. — Ты труп!

— Давай, Юль, нас еще часа полтора добираться.

— Там мы еще и едем куда-то в такую рань? — еле поднимаюсь на ноги. Сон вообще отказывается уходить. — Куда?

— Не скажу, — он лучится противным хорошим настроением, — сюрприз будет.

— Знаешь, — откашливаюсь, складывая руки на груди, — твои сюрпризы… они… ну… как бы тебе помягче сказать…

— Вечно через задницу, — Иван встряхнул меня и словно на буксире поволок в ванную. — На душ пять минут.

— А если я не успею? — скептически поднимаю сонную бровь.

— Горячая вода перекрывается в туалете, а с холодной тебе и минуты хватит.

— Варвар, — возмущенно захлопываю за собой дверь. Угроза вполне реальная, поэтому я скидываю с себя ночную сорочку и залажу под душ. Из-за двери раздается Ванино завывание: «Ай соу ю денсинг... парам — пам — парам… энд ай невер бин зе сейм агенфошур...ууууу... Юля...»

Господи, я так его люблю, НО!!! Ему не медведь на ухо наступил, а КАМАЗ наехал своим огромным колесом. Он песню эту поет почти каждый день и все равно жутко фальшивит. Придется ему на день рождения подарить десяток уроков по вокалу. На постоянной основе таких пыток моя психика не выдержит.

СТОП!

Он ее в душе обычно поет.

А сейчас в душе я!

— Ты чего воешь… то есть поешь? — выскакиваю из ванной раньше положенного времени.

— Чтоб быстрее было, — он отбирает у меня полотенце и начинает помогать просушить волосы, лохматя их. — Глянь, сработало.

— Чтоб тебя, Иван! Что тебя! — отбираю полотенце. — Завтрак мой где?

— По дороге поедим. Суши волосы и поехали, — Иван вытащил для меня из шкафа джинсы с майкой и куртку. Ну да, сейчас на