Прайс на мою студентку - Ася Невеличка

— Выглядишь на все тридцать. Дети есть? Муж?

Я замотала головой. Мог бы быть и муж и дети, вот только он после дембеля не между тех ляжек стрельнул.

— Родители?

— Конечно, есть!

Его немецкая морда скривилась, снова щупая меня своими глазами.

— Как они могли допустить, чтобы выпустить молодую девушку на панель?

Он поджал губы, а меня прям взбесило!

— А оне тож так сказали, выглядишь ты, Ленка, на все тридцать, так иди въёбывай! И я пошла.

— Ленка, значит? — фриц фыркнул и вытолкал меня из лифта на седьмом этаже.

— Да как хошь. Хоть Алёнка.

Он открыл семьсот двадцать третий номер и пропустил меня вперед. Я аж отморозилась. Вот не думала, что в гостинице может быть так богато!

— Давай сначала в душ, потом поговорим, — неуверенно пробормотал немец. — Хотя… Лучше сначала я.

И снова застыл в дверях. Ага, соображает, что стоит ему снять труселя и я тут же помашу ему ручкой. Не, даже махать не буду, просто свалю как можно быстрее и дальше.

— Сначала поговорим, — уже тверже сказал фриц и кивнул мне на кровать у окна.

Я трюкнулась и уставилась на маньяка. Набрасываться и трахать он чёто не торопился. Ну а чо я хотела? Что он начнет раскладывать ножи из чемоданчика? Так у него и чемодана то нет.

— Я ректор академии, профессор, доктор педагогических наук в сфере теории и методики профессионального образования.

— Ого, — припухла я.

— И в данный момент оказался в очень щекотливой ситуации, выйти из которой можешь помочь только ты.

Я реально силилась понять, что мне втирает немец, но все на чем могла сосредоточиться, это как он приближается и нависает надо мной. Значит, точно будет трахать, а щас зубы заговаривает. Зачем? Я ж уже согласилась.

— Ну ладно…

— Отлично. Тогда набросаем условия и завтра, сразу после клиники, подпишем контракт.

Я снова кивнула, чувствуя, как кружится голова. То ли от его одеколона, то ли от странного скребучего голоса, от которого аж мурашки по заднице бегут.

— Контракт планирую на четыре месяца. Готов покрыть твои издержки. Родители не против будут твоего обучения?

Как молотком по башке получила, глаза сразу распахнулись и я переспросила:

— Какого обучения? Где?

Фриц застыл, потом съязвил:

— Не на панели. По тем наукам я докторскую не защищал.

— Вы врач?

Он закатил глаза и хлопнул себя по лбу. И я зуб готова поставить, что выдавил сквозь зубы «блядь».

— Как с тобой разговаривать? Ты хоть что-то поняла из того, что я сказал ранее?

— То что вы доктор, это я поняла. Но вот чему вы меня собираетесь учить, если сами ничё не умеете — не поняла.

— Твою мать!

Ха, ну может тогда он тоже «мать» сквозь зубы выдавил. Похоже ж.

— Но мать против не будет, — поспешно уверила его я, чтобы он еще больше не расстроился. Расстроенный клиент — плохой клиент, как учила меня Леська. Хотя вот с Лёхой после ссоры у нас всегда был отменный трах! Но не после последней. Там уже я не дала. А послала его прямым пешим к выдре.

— Мать у меня вообще в другом городе. Ей насрать. Она даже не узнает. Если, — тут же вставила я, — со мной все будет норм. Жива там, здорова. К тому же Леська ваш зад сфотала!

— Что сфотала? Кто?!

Ну не понимаю я этих немецких реакций. Я его успокаиваю, а он только сильней заводится. Достал, бля.

— Ты трахать меня будешь? Давай уже, время то идет. Утром я сваливаю.

— Четыре месяца и э-то… Черт. Я не успею. Далеко, говоришь, мать? Не узнает? Иди в душ, я сегодня похоже уже не усну.

— Чо?

— Дуй мыться! Так понятно? Смой с себя всё… это… Мне надо видеть весь ужас до конца.

Упрашивать меня не пришлось. Раз он отправляет подмыться, так это я мигом. Раз клиент созрел — мне же лучше. Щас доктора обслужу и свалю по быстрому.

— Дверь оставь открытой.

— Эт еще зачем?

— Я должен убедиться, что ты не… как это на вашем? Не шыряешься. Руки покажи. Чисто. Иди. Дверь не закрывай.

У-у, фриц! Ну ничё, ночку я потерплю, а потом надо с Леськой поговорить, чтоб под таких ёбнутых на всю башку не подкладывала.

* * *

Вот не думала, что клиенты могут быть такими мелочными.

Этот фриц неудовлетворился моим подмыванием и загнал в душ целиком, хотя я сказала, что голову перед работой только намыла. Он молча включил кран и сверху меня окатило водой. Я даже снять с себя футболку с юбкой не успела.

Всё промокло. А когда я попыталась выставить его из душа, чтоб раздеться, он ваще сложил руки на груди и подпёр стенку. Смотреть приготовился.

И ладно бы просто смотрел! Эта гнида еще перечислял, что видел и что ему, видите ли, не понравилось.

— Волосы неживые. Серые, паклей. Обрезать. Да, определенно стрижка…

— Э!

— Зубы отбелить.

— Чо?

— Кости торчат. Проверить на гельминтоз, сделать профилактику, сводить к диетологу, откормить.

— Отвернитесь, вы своей херней сводите меня с ума!

— Маникюр и педикюр. Еще полное скрабирование тела. Ты мне влетишь в копеечку, Лена-Милена.

— Вы вот щас о чем?

— Проверить моторику, рефлексы.

— Мне?!

— Тесты на память, на свето- и цветоопределение. Какое у тебя зрение?

— А я откуда знаю?

— Ага, значит, завтра помимо анализов и осмотра еще по всем специалиста прогнать.

— Меня?!

— В вашем роду были родственники с умственными отклонениями?

— Чо?

— Дауны, олигофрены? Аутисты?

— Я вас… не понимаю…

— Анамнез семьи. Да, это будет самое сложное. В семье курят, пьют?

— Да.

— Что «да»?

— Ну-у… курят, пьют…

Он закатил глаза, вздохнул и наконец-то вышел! А я поняла, что он совсем не охрененный, как мне показалось вначале. Фриц реальный псих, хоть и прикидывается доктором. Лишь бы выпустил живой!

Я замоталась полотенцем и с обреченным видом пошлёпала к своему маньяку.

Вот не думала, что быть столичной проституткой так трудно!