Знаю, ты хочешь - Елена Сокол

Майка строго следит за тем, чтобы я надела юбку и каблуки, а не брюки. У меня и самой что-то необъяснимое клокочет в груди: толи от предвкушения чего-то нового, толи наоборот – от ностальгии по нашим с ней холостым посиделкам времен буйной молодости, но сердце так и замирает от желания надеть юбку покороче, топ с вырезом поглубже и снова ощутить на себе мужские взгляды.

Не то, чтобы я запустила себя в браке – нет. Мы с мужем пару раз в месяц выбираемся в ресторан, ходим в кино или в оперу, и тогда я надеваю свои лучшие платья, свои самые тонкие и длинные шпильки и даже укладываю волосы. Просто это скорее традиция, и я делаю это не для него, ведь Макс любит меня в любом виде, а для приличия.

Но тут мне снова захотелось почувствовать себя женщиной. Ощутить, что я еще привлекательна в глазах противоположного пола.

Натягиваю чулки, разглаживаю их на ногах, накрываю подолом узкой юбки. Майка заставляет меня накрасить губы ярко-красным.

– Блондинкам очень идет, – напоминает она.

Я сопротивляюсь только для вида, а затем достаю из косметички незаслуженно подзабытую Rouge D’Armani – яркую, но выглядящую нежно и естественно.

– Да, – кивает подруга, наблюдая за тем, как я медленно наношу ее на губы. – Я уже сама тебя хочу!

Она хохочет, а я разглядываю себя в зеркало и с удивлением обнаруживаю, что почти себя не узнаю. Кто эта молодая женщина? У нее острый, живой взгляд, она смотрит с интересом и даже с вызовом. И у меня мороз идет по коже, от того, что я вдруг осознаю, что она всё это время жила где-то глубоко во мне.

– Я уж думала, ты совсем заплесневела в этом доме, – говорит Майка, щедро поливая себя моими духами, – но теперь вижу, есть еще дрова в твоей поленнице!

– Порох в пороховницах, – поправляю я, улыбаясь самой себе.

– Никогда не выговаривала эту муть про порох и порохов-что-то там. – Хихикает она. – Но ты совершенно точно больше нравишься мне такой, как сейчас. – Подруга забирает из моих рук помаду и наносит на свои губы прямо поверх своей помады. – Не пойми неправильно, Ханна, я не имею ничего против семейной жизни, если она идет на пользу человеку, и я даже рада за тебя, если ты, и правда, считаешь себя счастливой, но… мне почему-то кажется, что, бросив карьеру и поселившись в этом элитном морге, ты похоронила себя заживо. Это сильно беспокоит меня.

– Майя, – я поворачиваюсь к ней, – у меня всё хорошо. Честно.

Она поднимает руки, как бы сдаваясь:

– Я твоя подруга, я не могла не сказать!

– Вызовем такси? – Чтобы сгладить ситуацию приходится перевести тему.

– Такси? Вот еще, у меня тачка под окном!

– Ты только что пила спиртное. – Напоминаю я.

Майка фыркает.

– Знаешь, сколько я выпиваю перед концертом? – Она хлопает меня по плечу. – Достаточно много, но это не мешает мне управляться со здоровенной виолончелью! А это – всего лишь какой-то сраный Фольксваген Гольф! Да я с закрытыми глазами, куда хочешь, на нем доеду!

– Тебе придется рассказать мне подробнее о своих проблемах с алкоголем, – качаю я головой.

– Проблемы? Проблемы?! – Она повышает тон, а затем отмахивается. – Это с мужиками у меня проблемы, а с алкоголем у нас крепкий союз. Бокал красного вечером – моя единственная радость в жизни, Ханна. Раньше я могла позвонить тебе или прийти и поплакаться, если устала, но теперь у тебя есть Макс. А у меня никого. – Видя мое огорчение, Майка беззаботно улыбается и обнимает меня. – Да ладно тебе, я ж не в упрек. Вышла замуж, с кем не бывает. Ты абсолютно не виновата, что твоя непутевая подруга еще никого себе не нашла и поэтому чувствует себя до охренительного одинокой!