Лютый, властный, любимый - Мила Ваниль

— Альтан, пожалуйста… — Она обвила его шею руками и уткнулась носом в плечо.

— Это не «больше, чем хотелось бы», Теона. Это совсем ничего.

Он чувствовал, что сейчас нельзя рычать и давить. Мышка не испугается угроз, да ему и не хотелось угрожать. Виола напомнила ему, насколько непредсказуемы женщины. И пусть его жена не такая глупая, но и он не дурак. Какой-нибудь пустяк не заставил бы ее врать и упрямиться.

— Ты меня накажешь, — грустно вздохнула Мышка.

— Вероятно, — согласился Альтан. — Но не выпорю, если ты честно расскажешь, что случилось.

— Даже за обман? — усомнилась она.

— А больше пока и не за что, — усмехнулся он. — Тео, милая, я предпочел бы, чтобы ты доверяла, а не боялась. Я многого хочу?

— Не больше, чем я, когда прошу о доверии, — призналась она. — Аль, мне… стыдно… говорить об этом.

— Это останется между нами, ты же знаешь.

Его уже потряхивало от волнения. Что же произошло с Теоной? И, главное, когда? Нельзя было отпускать ее после утреннего разговора!

— Нам… нам лучше не заниматься… этим…

— Чем — этим? — Он действительно не понял.

— В постели…

С ума сойти! И с чего бы это?

— Ты считаешь, что нам с тобой не надо заниматься сексом. — Альтан предпочитал называть вещи своими именами. — Позволь узнать, почему?

Он был уверен, что сейчас Мышка припомнит ему изнасилование. Это естественный страх, его можно понять.

— Если у нас появится ребенок, ты не сможешь со мной развестись.

Та-а-ак… Это уже интересно.

— А ты хочешь, чтобы мы развелись?

— Ты сам захочешь, — выдала Мышка, понурившись. — Ты же не чувствуешь нашей связи…

Это не так, но Альтан кивнул, лишь бы она продолжала говорить.

— Значит, можешь полюбить любую женщину.

Даже в теории это невозможно. Связь не односторонняя, в этом Альтан уже убедился. Но что заставило Мышку усомниться в его порядочности?

— Ты намекаешь на то, что рядом есть кандидатки?

Он пошутил, но попал в яблочко.

— Наверное… — промямлила Мышка едва слышно.

— Например? — насторожился Альтан.

— Ну вот… Виола…

Хотелось смеяться. Нет, ржать! Громко и неприлично. Демоны, как она могла подумать? Виола?! Ха-ха! Это мелкое недоразумение, которое он может разве что удочерить из жалости? Да никогда!

Не хотелось обижать Мышку насмешками. Эдак она потом никогда ему не доверится.

— Так ты ревнуешь, маленькая? — Альтан едва прятал довольную улыбку. — Ревнуешь меня к Виоле?

— Нет! — запротестовала Мышка. И тут же сникла: — Да…

Альтан поцеловал ее, сминая мягкие губы, вторгаясь в рот языком.

— Ты — моя женщина. Понятно? — пророкотал он так нежно, как мог. — Я хочу только тебя. Хочу во все твои дырочки, до одурения. Хочу выжать тебя досуха. Оттрахать так, чтобы в твоей белокурой головке не осталось никаких мыслей. А потом повторить — снова, снова и снова.

Он положил ее руку на член и крепко прижал ладонь.

— Чувствуешь, как я тебя хочу? Тебя, глупый мой мышонок, а не какую-то Виолу. Ты единственная, кто мне нужен.

Он прикусил ее за мочку уха, и Теона судорожно всхлипнула: скорее, от неожиданности, а не от боли.

— А что я могла подумать? — дрожащим голосом возразила она. — Ты вдруг напомнил мне, что истинная связь — это что-то не настоящее…

— И ты сразу решила, что у меня появилась другая женщина. Попроси прощения, Тео. И больше никогда не придумывай то, чего нет. Пожалуйста. И прости меня за то, что напугал тебя утром.

— Прощаю… — Мышка слабо улыбнулась и, потянувшись, поцеловала его в щеку. — И ты меня прости, пожалуйста.

— Прощаю, — кивнул Альтан. — Но не за обман. За обман накажу.

— Но ты обещал, что не будешь, — запротестовала она.

— Пороть не буду, — напомнил он.

— В угол поставишь?

— Нет. Скоро узнаешь.

— Когда?

— Позже, в спальне.

— А-а-аль…

— Заодно поучишься терпению, — засмеялся он. — Ох, да… Где там твоя папка?

Цифры — прекрасный способ избавиться от возбуждения. Особенно когда под рукой нет бочки с ледяной водой.

