Её невыносимый лжец - Жасмин Майер

По католической традиции, все подарки открывали рождественским утром, и пока дети распаковывали игрушки, Андрей вдруг встал на одно колено и достал ту самую коробочку, при виде которой я разучилась дышать.

Все разговоры стихли, а Андрей произнес самую проникновенную, хотя и очень короткую речь:

— Я люблю тебя, Соня. Выйдешь за меня?

Аля была на седьмом небе от счастья от того, что она побывает на самой настоящей свадьбе. Она обещала нести шлейф, и букет, и кольца, а остаток каникул в Англии нарисовала с десяток свадебных нарядов, которые предназначались мне.

С самой церемонией мы решили не торопиться. Ради Лены, чтобы она смогла нормально приехать в Питер со всем семейством. И влезть хоть в одно приличное платье. После вторых родов ей потребовалось куда больше времени, чтобы прийти в форму.

Обратно в Россию мы летели все втроем, и Аля сидела между нами. Расслабиться Андрей не мог, прислушивался к каждому маневру и рокоту моторов. Если бы было возможно, он, наверное, вломился бы в кабину пилотов, чтобы контролировать процесс лично. Я сказала, что в следующий раз пусть летит за штурвалом. Так действительно будет спокойней.

Моя мама, как я и предполагала, осталась в полном восторге от Андрея. Особенно когда увидела размер камня. Она сказала, что знаки никогда не врут.

Вернувшись из Англии, мы стали искать квартиру. Андрей вернулся к работе, но каждую свободную минуту проводил с нами.

Поскольку в следующем году Але пора было идти в школу, то и квартиру мы выбирали поблизости от той школы, на которой я остановилась. В марте после небольшого ремонта мы переехали.

И даже завели кошку, которую по традиции запустили в квартиру первой. Эпоха «Щенячьего патруля» закончилась, и теперь Аля фанатела по мультикам «Мой маленький пони». Каждые выходные Андрей возил ее на ипподром кормить лошадей и кататься.

Я ушла от Давида Марковича, хоть он и обещал золотые горы, если я начну вести колонку с советами о том, как разнообразить интимную жизнь после десяти лет брака. Я сказала, что таким опытом не обладаю, и ушла. Эта работа никогда и не приносила такого удовольствия, как танцы. И была больше вынужденной.

Теперь я могла заниматься тем, что приносило мне настоящее удовольствие.

Света уговорила меня вести не только обязательные группы, но и заниматься собственной карьерой. Сказала, что еще несколько выигранных конкурсов и, сделав имя, смогу открыть собственную студию. А если не захочу, то всегда могу стать для ее студии не только тренером, но еще и партнером.

— Это особенно удобно будет, когда уйдешь в декрет, — подмигнула она мне.

Той же весной Ира разошлась с двоечником Лехой, потому что поняла, что размер не главное. Со временем ей стало не хватать хорошего заботливого бывшего мужа-отличника, который, оказывается, был не так уж плох в постели, а еще идеально мыл полы и уж точно не исчезал сразу после секса, в отличие от Лехи, который, как актер театра, не задерживался после финала ни одной лишней минуты.

С родителями Андрея я почти не общалась. Андрей звонил им с поздравлениями от нас двоих на все основные праздники, но тесного контакта и сам больше не поддерживал.

Они так и не развелись.

Я долго не решалась планировать второго ребенка. После первых родов и беременности, изматывающих месяцев кормления и одиночества, я никак не могла поверитьв то, что сейчас все может быть иначе. Что я больше не останусь один на один с орущим младенцем. И не придется собираться в дождь за продуктами, потому что больше некому.

Я боялась спугнуть сказку, но, кажется, она не собиралась заканчиваться.

Я решилась на этот шаг только в нашу первую брачную ночь, надеясь сделать ее хотя бы кое в чем по-настоящему первой.

И не пожалела.

Из Андрея вышел прекрасный отец.

Он даже выучил гимн «Израиля». Поскольку наш сын, Алексей Романов, не признавал других колыбельных.

Уж не знаю как, но музыкальные вкусы у обоих моих детей оказались одинаковы.

Конец!