Виноградные грёзы. Книга 2 - Джулия Романтик

Почему ты бросил меня здесь сгорать?

Я слишком юна, чтобы переживать всю эту боль.

Чувствую себя такой подавленной в гостиничных номерах.

(с) Camila Cabello «I Have Questions»

Ари

Едва слышно работал телевизор, по музыкальному каналу показывали клип новой рок-группы: смазливый вокалист, заедающий ритм, штампованный текст. Я сидела на кухне в номере отеля, накрывшись пледом. В окно через жалюзи проникал рассвет. Цветы за ночь завяли, выглядели понуро. Стивен на встречи в отелях дарил мне что-то приятное: цветы, шоколад. То, от чего можно избавиться утром без особых сожалений.

Я глотнула воды из стакана и посмотрела на запястье: браслет с гравировкой. Подарок Стивена мне восемнадцатилетней. И почему не избавилась? Почему в жуткую ломку и бедность предпочла добыть деньги телом, а не продала кусок белого золота с бриллиантами?

Резким движением я кинула стакан в стену.

Шум разбудил Стивена.

– Ари? Ты чего?

– Ничего. Упал и разбился.

Я, откинув плед, встала со стула и в одном нижнем белье, голыми руками, принялась собирать по полу осколки. Колени заныли от жесткой плитки, спина покрылась неприятными мурашками из-за сквозняка. А может быть, не только поэтому. Браслет словно прибавил в весе и тянул руку вниз. Пальцы не слушались, я размазывала воду, сгребая осколки.

В итоге оставила бесполезное занятие – уборщица справится лучше – и подняла глаза на одетого в брюки и рубашку Стивена: в любую минуту готов бежать из отеля – такова учесть любовников.

– Упал? – беззлобно усмехнулся Рэтбоун. – В стену?

– Да. Именно так.

От моей язвительности Стивен поморщился, словно съел дольку лимона, и перестал смотреть на пятно – я испортила белые обои кухни номера «люкс». Стив ушел, а вернулся с полотенцем: наклонился и аккуратно приложил к моей ладони, вытирая воду.

Пораниться я не успела. Немного физической боли, возможно, привело бы меня в чувства, остановило поток мыслей. И я бы не спросила:

– Стивен, я дура?

Он с тревогой и любопытством глянул на меня. Из-за короткой стрижки его лицо казалось выразительнее: густые брови, высокие скулы.

– Почему ты дура?

Я вернулась на стул и накинула на плечи кофту. Бороться с собой, а особенно с мыслями, игра заведомо проигранная, мысли рвутся наружу.

– Из-за меня всё это… быть любовниками. – Воспоминания о страстной ночи отразились внизу живота пожаром. – Ты не подумай, если бы Эмилия и Джеймс были здесь, я ныла бы им. Но я не могу лишить их удовольствия побыть вдвоем, ясно?

– О чем ты говоришь, Ари?

Стив бросил полотенце в раковину и скрестил руки на груди.

– Я дура, потому что устроила всё это? Скрываемся, врем, изменяем.

Он задумчиво хмыкнул, прислонился к тумбе. Его вовсе не удивил мой вопрос. Скорее, озадачил.

– Нет, – в итоге сказал Стивен. – Ты боишься и не веришь, я понимаю. Единственный шанс быть с тобой – вот так, это я тоже понимаю. У твоих поступков есть логика, значит, ты не дура. – И он нервно рассмеялся.

Мне было не до смеха.

– Заметил? Мы поменялись местами. Ты когда-то боялся, что узнают, я твоя девушка…

– Из-за контракта, – уточнил Рэтбоун. – Не сравнивай. Я начал карьеру, отношения с тобой всё бы испортили. Тогда группа для меня была важнее.