Я хочу тебя трогать - Виолетта Роман

- Джаным, это только сон... только сон. Я с тобой, слышишь, - шепчет неустанно на ухо, гладит волосы, укачивая меня, будто маленького ребёнка, в руках.

Паника отходит, возвращая спокойствие. Мы дома. Вместе. Вот он, рядом. Отстраняюсь. Берк заглядывает в глаза. Киваю, робко улыбаясь. Даю понять, что я вернулась, что все в порядке. Кошмар остался там, в прошлом. Здесь совсем другая жизнь. Здесь мы счастливы, мы вместе.

- Иди сюда, - он утягивает меня за собой, укладывается на подушки.

Молчим. И говорить ничего не нужно. Мы оставили прошлое позади, но есть демоны, которые до сих пор не оставляют в покое. Веду пальцем по его груди, спускаюсь ниже. Под правым ребром неровность. Маленький круглый шрам, а под ним еще два. Пули застряли в его теле. Он почти погиб. Там, в клубе. Оля успела в последний момент. Операция длилась несколько часов. Это были самые страшные, самые темные часы в моей жизни. Но Берк выкарабкался. Помню, первое, что он спросил у меня через два дня, когда пришел в сознание. Посмотрел на мой живот, и сразу такое тепло разлилось по телу.

- Мальчик? - его голос был еле слышен.

- Не знаю, - я пожала плечами, а в глазах стоял слезы. - Нам скажут только через два месяца.

- Мальчик, - утвердительно кивнул. - Я видел его. У него твои глаза, джаным...

Потом он уснул. А я не могла поверить. Неужели Берк слышал мои слова, что я говорила ему в клубе? Ведь он был без сознания. Когда Берка выписали, я спрашивала, что значат сказанные им слова, но больше он не ничего не сказал. После тех событий Берк вообще был особенно молчалив.

Весь подвал клуба сгорел, вместе с телами убитых. От них остались обугленные кости. Братьев Берка отдали ему через несколько дней, после проведения всех процедур. Мы похоронили их со всеми почестями. Рядом с Уфуком.

Метин. Тезер. Керем. В тот день ради меня Берк пожертвовал всем - жизнями своих братьев, своей жизнью. Не описать ту боль, которая была в его глазах. Он пытался ее скрывать от меня, не хотел расстраивать, но я все чувствовала, каждую ее унцию.

Мы вернулись в Россию. Дом был пустым без папы. Казался совсем чужим после всего произошедшего. А может, просто я другой стала?

Аристарх словно постарел за этот месяц на несколько десятков лет. Он еле ходил. Проводил нас на могилу отца. Рассказал о последних днях его жизни. Слезы душили меня. Боль была такой сильной, мне хотелось кричать. Берк обнимал меня. Гладил, не выпускал из своих рук. Только он мог понять меня и всю тяжесть утраты.

Некоторое время мы пробыли в России. Я разбиралась с делами, вступала в наследство. Как оказалось, Сережа увел половину капитала отца. Его план практически удался.

В сказанные им слова об отце и его сестре я не верила до конца. Не хотела в этом копаться, решила, что не стоит тревожить умершего папу и память о нем. Хотела оставить все как есть. Но не смогла. Просто в один день встала с четким пониманием того, что должна разобраться во всем.

Я позвонила старому приятелю отца, полковнику ФСБ. Он долго не хотел сознаваться, но когда понял, что я знаю, рассказал. Сережа говорил правду. Отец действительно изнасиловал его сестру. Он был тогда пьян. Не знаю, что толкнуло его на такой шаг, но факты - штука упрямая. С ними не поспоришь.

Оказывается, я совсем не знала своего папу. Тогда он откупился от наказания. Девочка покончила с собой. Отец предлагал деньги родным, но они не взяли. Серёжа на тот момент был 15-летним подростком. Вот тогда-то он и придумал свой план мести и все это время жил только ради него.

Сергей был сумасшедшим, он был одержим этой идеей. Ужас охватил меня, когда я поняла, что каждый его шаг, каждое действие было четко продуманным планом - знакомство со мной, наши отношения, работа с отцом.

Он связался с Миротворцем. Берка сделали исполнителем. Сережа хотел крови. Он хотел, чтобы меня насиловали, издевались надо мной и снимали все это на видео. Он хотел, чтобы мой папа видел мои страдания.

Берк отказал Миротворцу, тогда тот решил передать меня в руки Юсуфа. Но Берк не дал этому свершиться.

Отец же, узнав о моем похищении, слег в больницу к ночи второго дня. Ему становилось все хуже и хуже, а Сережа, пользуясь его отсутствием, разваливал компанию папы. Он действовал грязно и быстро.

Папа так и не вышел с больницы. Он умер. А потом Сергей должен был прилететь в Стамбул. Хотел разыграть спектакль, будто нашел меня и сильно горевал. Он хотел насильно женить меня на себе, после чего меня бы убили, а он вступил бы в наследство. Но Берк спутал их планы, и все пошло под откос.

Помню, когда вся правда раскрылась, мне было невыносимо плохо. Выбежала из того кафе, казалось, что в легких ни капли кислорода не осталось. Стояла там, на морозе, и глотала ртом воздух. Берк словно почувствовал что-то. Он был дома. Позвонил, а я и слова вымолвить не могу. Рванул ко мне. Москвы не знает, не понимаю, как добрался до парка, в котором я была.

Прижал меня к себе, обнял. И только так, уткнувшись носом в его грудь, вдохнув его аромат, смогла дышать нормально. Он взял мое лицо в ладони, заставил в глаза ему посмотреть... и столько любви в них было. до одержимости просто. И эта его одержимость и помогла нам выбраться, не утонуть в боли и страхах.