Сердце бандита - Дана Стар

Марс лежит на постели, листая какой-то журнал. Увидев меня, он отшвыривает его в сторону, дёргается, чтобы встать, но я его тут же осаждаю:

— Нет, не надо! Лежи. Тебе нельзя пока вставать.

Он собирается что-то ответить, но я быстро затыкаю его речь напористым поцелуем. Мы слишком долго целуемся, но я не могу себя контролировать. Оторвавшись, пытаемся отдышаться.

— Ого, — счастливо присвистывает мужчина. — И что это было?

— Я соскучилась, глупый, — хихикаю, жадно его рассматриваю.

Он выглядит намного лучше, чем вчера. Уже не такой бледный. А его глаза наполненный ярким блеском.

— С возвращением, — нежно обнимаю крепкое и такое любимое тело. Щекой о грудь трусь, не могу им надышаться. Целую вечность бы так сидела, прилипнув к любимому мужчине.

Я отрываюсь на короткий миг и злобно щипаю Марса за нос.

— Ай! А это за что?

— За то, что едва не довёл меня до психоза! За то, что заставил волноваться! За то, что едва не погиб…

И опять плакать начинаю, печально всхлипывая.

— Малыш, перестань, иди ко мне. — Марс укладывает меня на грудь, жалеет и лелеет как маленькую девочку. — Ну как ты? Как дела?

— Уже более-менее. Арслан мне прохода не даёт. Задалбливает извинениями, — вздыхаю. — Но я не могу его простить. По крайней мере сейчас.

— Это твоё право, родная. Как скажешь, так и будет.

— Нет. Я не смогу… Не могу его видеть. Мне нужно время.

Марс кивает.

— Хочешь, мы просто возьмем и уедем в другую страну? Мы можем вернуться на Бали и жить там вечно.

— Обязательно. Но! Лишь после того, как вылечим твоё сердце.

— Идёт, — подмигивает.

— Я поговорила с Лилией Ивановной. Она отличный специалист. Она порекомендовала мне одну клинику в Германии. Услуги там дорогие, но эффективные. Все те деньги, что ты мне завещал, я, не задумываясь, отдам им. На твое спасение.

— Малыш…

— Цыц! — палец на его губы бросаю, как прищепкой их защипываю. — Они найдут тебе другого донора. Приступы должны прекратиться. Ты будешь жить, Марс. Очень и очень долго. Потому что я так просто не позволю тебе умереть! — ногой яро топаю. — Я никогда не сдаюсь и не сдамся! Только через мой труп, усёк?

— Воу, воу, красавица, полегче! — смеётся. — Такая строгая. Я аж вспотел от страха.

— Не придумывай.

— М-м-м… Что это? — он отвлекается от разговора, кивает в сторону столика. — Фрукты?

— Ах, да. Арслан приволок целую корзину, — скрещиваю руки на груди.

— Кстати, я голоден. Теперь твоя очередь меня кормить, — весело играет бровями.

— Ах ты ж! — легонько шлёпаю мужчину по плечу.

Я понимаю, на что он именно намекает. Неужели хочет прямо сейчас устроить фруктовые шалости?

— О, да-а-а! Сделай это, детка! Прямо сейчас!

Я встаю на ноги, беру один апельсин из корзины, чищу его, делю на дольки. Беру одну дольку и подношу к губам Марса.

— Ну уж нет, — фукает он. — Давай, сделай так, как я тебя учил! Забыла, что ли?

Я улыбаюсь. Он невыносим!

И как я только жила без него полжизни?

— Садись на меня сверху. Давай! — хлопает по коленям.

— Как это? Нельзя же.

— Садись, говорю! Седлай меня, детка.

Я залезаю на больничную кровать, раздвигаю ноги, осторожно сажусь к Марсу на колени. Хоть бы никто не вошёл.

— Бери в рот, — рычит он, хищно поблескивая синими глазами.

Краснея, я беру ломтик апельсинки в рот. Наклоняюсь. Припадаю губами к губам Марса и очень нежно его целую. Проталкиваю кусочек апельсина ему в рот, утопая в таком сочном, страстном поцелуе.

— Вою ж мать, малыш! — хрипло стонет. — Я соскучился за твоим ротиком.

Оторвавшись от поцелуя и счастливо улыбаюсь.

Мы смотрим друг другу в глаза. Это бесценный миг… Видеть его живого, реального. Тепло его кожи чувствовать. Биение сердца…

— Я люблю тебя.

Просто шепчу ему эти волшебные, такие заветные слова, мягко опускаюсь ему на грудь, крепко обнимаю, закатывая глаза от непередаваемого блаженства.

Марс гладит меня по волосам. Наклоняется. Ласково целует в макушку.

— А я тебя… в миллион раз сильнее, девочка моя.

Я верю, что у нас всё будет хорошо. Пока Марс был без сознания я изучила много литературы, разговаривала со многими специалистами и узнала, что надежда есть. Например, Рокфеллеру пересаживали сердце семь раз. И он прожил до ста лет. Вот и у нас так будет!

Мы вместе. Мы — единое целое. Одна команда! И вместе будем бороться за его жизнь. Я полна сил и решимости. Потому что я его очень сильно люблю. И ни за что так просто не отпущу.

Он и только он делает меня живой и счастливой. А я… заставляю его сердце жить и биться на полную мощь.

Конец