Неистовый - Л. Дж. Шэн

– Как ты терпишь меня, сестренка? Серьезно. Я, наверное, худший человек в мире, ведь всю неделю вела себя как избалованный ребенок только потому, что на несколько жалких секунд почувствовала себя на твоем месте. Не центром вселенной.

– Боже, Рози, не преувеличивай. Ты, конечно, не блистала в Вегасе, но…

– Нет, Милли, дело не только в этом, – пробормотала я.

Осмелюсь ли я сказать правду? Ведь так будет лучше. Она поделилась со мной своим секретом, и будет справедливо, если я открою ей свой.

– И?.. – Милли высвободилась из наших объятий и с любопытством посмотрела на меня.

Я уселась и прислонилась спиной к изголовью кровати. А затем принялась так пристально рассматривать свои руки, что даже перед глазами все поплыло. Я согрешила. И пришло время платить за это.

– Я переспала с Дином.

Я побоялась поднять глаза. Осознание, что я могла причинить сестре боль, внезапно ударило болезненным уколом. Почти двадцать лет на меня практически не возлагали ответственности. На самом деле мне многое прощали снова и снова, пока я принимала лекарства, ходила на сеансы физиотерапии и чистила дыхательные пути дважды в день. И теперь мне следовало попросить прощения. Показать свое раскаяние. А затем пережить последствия.

И начать стоило с человека, которому я никогда не желала причинить боль – со старшей сестры.

Я была готова все исправить. И даже отказаться от Дина, прекрасно осознавая, что он единственный, кого я могла полюбить, единственный, кого я когда-либо полюблю, потому что считала сестру важнее. Важнее, чем он, и важнее, чем мои чувства.

И вот, затаив дыхание и прикрыв глаза, я ожидала вердикта Милли. Хотя легкие уже сжимались в спазме, горели, умоляли сделать вдох. Мне хотелось, чтобы она залепила мне пощечину, пнула в живот, назвала худшим человеком в мире и вышвырнула из собственного дома. Главное, чтобы у меня еще был шанс все исправить.

– И как он? – Ее голос прозвучал словно издалека.

Что?

– Э… ох… прости?

– Он оказался хоть немного хорош? – Теперь уже Милли приподнялась на кровати и села рядом со мной. А затем закинула одну ногу на другую и постучала по губам пальцами. – Мы переспали с ним всего один раз. Честно говоря, он едва прикоснулся ко мне. Большую часть времени мы целовались, пока я делала за него домашнюю работу. – Она хихикнула, и, черт возьми, от услышанного я почувствовала себя лучше.

– Он… – Я прищурилась и внимательно посмотрела на сестру.

Она напилась? Или под кайфом? Хотя я сомневалась в этом, ведь в ее духовке сидела булочка. Но, похоже, ее нисколько не волновал Дин. Я знала, что она позабыла его. Знала, что они никогда не любили друг друга. После того, как Милли сбежала в Нью-Йорк, я присматривала за каждым ее шагом, чтобы убедиться, что ее сердце не разбито. Она испытывала сожаление и грустила из-за расставания с Дином, но не тосковала по нему. Так что она явно не залечивала разбитое сердце. Но это… тоже казалось странным.

– Он?.. – опустив подбородок, подбодрила сестра.

Похотливый и сексуальный. Потрясный и грубый. Умопомрачительно безжалостный. И лучший из всех, кто у меня когда-либо был.

– Ну, – я кашлянул в кулак, – давай просто скажу, что хотя и критикую его как личность, я никогда не стану жаловаться на него в постели. Так ты действительно не злишься?

Она пожала плечами.

– Он один из Грешников, Рози. Они настолько плохи, что даже не знают слово «хороший». Но, думаю, ты и сама это знаешь. И пока ты защищаешь свое сердце, – она положила ладонь на левую сторону моей футболки с изображением группы Anti-Flag. – Я буду поддерживать тебя, что бы вас ни связывало. Главное, чтобы тебе было хорошо. Он же делает тебя счастливой?

Делал ли Дин меня счастливой? Я не могла ответить на этот вопрос. Честно. Когда мы оказывались вместе, я либо была пьяна, либо злилась. А иногда и то и другое. И всегда вызывала у него чувство вины, из-за чего каждый наш секс оказывался приправлен сомнениями. Даже прижимая его к себе в ту ночь, когда Вэл ушла от Трента, я не позволяла своему сердцу поддаваться Дину. Потому что сначала хотела получить разрешение Милли.

– Думаю, это вполне ему по силам, – ответила я, чувствуя волнение и благоговейный трепет, которые закружились в животе.

– Тогда не вижу проблем. Даю тебе свое благословение. – Она хлопнула в ладоши и улыбнулась.

Я не собиралась легкомысленно относиться к ее благословению – в конце концов, для меня оно стало билетом к счастью, – и дала себе обещание, что в воскресенье стану лучшей подружкой невесты в истории. Полной противоположностью Энни. И от возможности искупить свои грехи, сердце забилось быстрее.

– Спасибо, Милли. – Я выдохнула воздух, который задержала, как только мы начали этот разговор, и легкие затрепетали от облегчения.

– Не благодари меня. Благодари любовь. Она побеждает все.

– Даже Дина «Бабника» Коула? – пошутила я.

Рассмеявшись, сестра хлопнула меня по бедру.

– Ох, у меня такое чувство, что особенно его.