Пятьдесят оттенков свободы - Эрика Леонард Джеймс

– А чего ж ты тогда ухмыляешься? Нравится выводить Кристиана из себя?

– Вообще-то нет, но он сам легко заводится. Любит, чтобы все было так, как он сказал. Любит все контролировать.

– Я уже заметила.

Мы останавливаемся у дома, где живет Кейт. Обнимаемся.

– Не забывай, – шепчет она, целует меня в щеку и выходит из машины. Я машу ей, и меня вдруг охватывает острое чувство меланхолии. Как же мне не хватало таких вот девчоночьих посиделок. Было так здорово, так весело. Праздник души. Напоминание о том, что я еще молодая. Надо бы почаще встречаться, но дело в том, что мне нравится в своем пузыре, с Кристианом. Накануне мы вместе были на благотворительном обеде. Столько солидных мужчин в костюмах, столько холеных, элегантных женщин, и все разговоры только о ценах на недвижимость, экономическом кризисе и положении на биржах. Скукотища. Так что возможность оторваться с ровесницей – это как глоток свежего воздуха.

В животе урчит. Да я же не ела совсем. Черт, Кристиан! Я роюсь в сумочке, достаю «блэкберри». Ну ничего себе… Пять пропущенных звонков! И одна эсэмэска…

«ТЫ ГДЕ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ?»

И еще один мейл.

Откого: Кристиан Грей

Тема: Сердит. Такого сердитого ты еще не видела

Дата: 26 августа 2011 г. 00:42 ВПВ

Кому: Анастейша Грей

Анастейша

Сойер говорит, что ты в баре, хотя и обещала, что не пойдешь.

Ты хотя бы представляешь, как я сейчас зол?

До завтра

Кристиан Грей,

генеральный директор холдинга «Грей энтерпрайзес»

Душа уходит в пятки. Вот же гадство! Мое подсознание бросает укоризненный взгляд и пожимает плечами, как бы говоря: что ж, как постелешь, так и поспишь. А чего я ожидала? Может, позвонить? Хотя нет, там уже поздно, и он, наверно, спит… или расхаживает по комнате. Пожалуй, достаточно будет и эсэмэс.

«Я В ЦЕЛОСТИ И СОХРАННОСТИ. ОТЛИЧНО ПРОВЕЛА ВРЕМЯ. СКУЧАЮ. ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ЗЛИСЬ».

Смотрю на «блэкберри», заклинаю ответить, но он зловеще молчит. Вздыхаю.

Прескотт останавливается возле «Эскалы». Сойер выходит и открывает дверцу. В вестибюле, пока мы ждем лифт, я решаюсь его спросить:

– Когда вам звонил Кристиан?

Сойер краснеет.

– Около половины десятого, мэм.

– Почему вы мне не сказали? Я могла бы поговорить с ним.

– Мистер Грей распорядился ничего вам не говорить.

Поджимаю губы. Приходит лифт. Поднимаемся молча. В какой-то момент вдруг понимаю, как хорошо, что Кристиан сейчас далеко-далеко и впереди у него целая ночь, чтобы остыть и успокоиться. И у меня тоже есть время. С другой стороны… я без него скучаю.

Дверцы кабины расходятся, и я в недоумении смотрю на столик в фойе. Что это с картиной? Цветочная ваза разбита, осколки разлетелись по полу, цветы разбросаны, столик перевернут…

Сойер хватает меня за руку и втягивает в кабину.

– Оставайтесь здесь, – шипит он и выхватывает пистолет. Делает шаг в фойе и исчезает из виду.

О нет!

Я отступаю к стенке. Что происходит?

– Люк! – доносится из комнаты голос Райана. – Синий код!

Синий код?

– Ты его взял? – отзывается Сойер. – Господи!

Я забиваюсь в угол. Да что же тут происходит? В крови гудит адреналин, сердце колотится у самого горла. Слышу приглушенные голоса, потом передо мной снова появляется Сойер. Он останавливается прямо в лужице, убирает в кобуру пистолет.

– Выходите, миссис Грей.

– Что случилось, Люк? – едва слышно спрашиваю я.

– У нас гость. – Он берет меня за локоть, что весьма кстати – ноги у меня как ватные.

Мы проходим через двойные двери.

На пороге большой комнаты стоит Райан. Из пореза над глазом течет кровь, губа разбита, и весь он какой-то взъерошенный. Но, что самое поразительное, у ног его лежит мистер Джек Хайд.