Пятьдесят оттенков свободы - Эрика Леонард Джеймс

Сойер отъезжает от тротуара, и машина вливается в поток движения.

– Знаешь, эта дополнительная охрана сильно не по вкусу Грейс и Миа, – замечает Кейт.

Что? Я недоуменно смотрю на нее.

– А ты не знала? – недоверчиво спрашивает она.

– Не знала что?

– Что Греи утроили меры безопасности. Повсюду.

– Правда?

– Он тебе не сказал?

Я чувствую, что краснею.

– Нет. – Черт возьми, Кристиан! Как же так? – А ты знаешь, из-за чего?

– Джек Хайд.

– А что Джек? Я думала, ему нужен Кристиан. – Ну почему он ничего мне не сказал?

– С понедельника, – добавляет Кейт.

С прошлого понедельника? Хм… Джека мы опознали в воскресенье. Но почему повсюду? Что происходит?

– А ты откуда все это знаешь?

– От Элиота.

Конечно.

– Тебе ведь Кристиан ничего этого не сказал, да?

Я снова краснею.

– Нет.

– Ох, Ана, тебя это не раздражает?

Вздыхаю. Кейт, как всегда, попала не в бровь, а в глаз, да не пальцем, а, в своей обычной манере, кулаком.

– А ты знаешь, в чем дело? – Если Кристиан не желает ничего говорить, то, может быть, Кейт просветит.

– Элиот сказал, что дело в какой-то информации, хранившейся на компьютере Джека Хайда в ту пору, когда он был в SIP.

Ничего себе.

– Не может быть. – Я вспыхиваю от злости. Как же так? Кейт знает то, чего не знаю я?

Поднимаю глаза и вижу, что Сойер наблюдает за мной в зеркало заднего вида. Красный глаз светофора меняется с красного на зеленый, и Сойер подается вперед, переводит взгляд на дорогу. Я подношу палец к губам, и Кейт кивает. Уверена, Сойер тоже все знает, а я – нет.

Надо сменить тему.

– Как Элиот?

Она глуповато улыбается и выкладывает все, что мне надо знать.

Сойер паркуется в конце проезда, ведущего к кафе «ЗигЗаг», и Прескотт открывает дверцу. Я выскакиваю первой, Кейт выбирается следом. Мы идем под ручку дальше, Прескотт с мрачной миной вышагивает за нами. Боже мой, речь всего лишь о походе в кафе! Сойер отъезжает на стоянку.

– Так откуда все-таки Элиот знает Джиа? – спрашиваю я, пробуя второй клубничный мохито.

Бар уютный, атмосфера интимная, так что уходить не хочется. Мы болтаем наперебой. Я уже и забыла, как мне нравились такие посиделки с Кейт. Какое это удовольствие – так вот расслабиться в ее компании. Может, отправить сообщение Кристиану? Подумав, я все-таки отказываюсь от этой мысли. Он только разозлится и отправит меня домой, как провинившегося ребенка.

– Не напоминай мне об этой стерве! – взрывается Кейт.

Ее реакция вызывает у меня смех.

– А что смешного, Стил? – резко, но не всерьез, бросает она.

– Разделяю твои чувства.

– Да?

– Да. Она подкатывала к Кристиану.

– И с Элиотом крутила, – хмуро сообщает Кейт.

– Да ты что!

Она кивает и поджимает губы – фирменная гримаса Кэтрин Кавана.

– Недолго. Думаю, в прошлом году. Карьеристка. И я нисколько не удивляюсь, что она нацелилась теперь на Кристиана.

– Кристиан занят. Я ей так и сказала: либо оставишь его в покое, либо останешься без заказа.

Потрясенная, Кейт смотрит на меня большими глазами. Я с гордостью киваю, и она, расцветая улыбкой, поднимает стакан.

– Миссис Анастейша Грей! Так держать!

Мы чокаемся.

– У Элиота есть оружие?

– Нет. Он против всякого оружия. – Кейт помешивает трубочкой в третьем стакане.

– Кристиан – тоже. Думаю, это влияние Грейс и Каррика, – говорю я слегка заплетающимся языком.

– Каррик – хороший человек, – кивает Кейт.

– Он настаивал на брачном контракте, – грустно вздыхаю я.

– Ох, Ана. – Кейт тянется через стол, берет мою руку. – Он ведь думал только о своем мальчике. А у тебя на лбу, как мы обе знаем, было написано «проходимка». – Она улыбается мне, а я показываю ей язык.

– Взрослейте, миссис Грей, – говорит Кейт почти тем же тоном, что и Кристиан. – Придет время, и ты сама сделаешь то же самое для своего сына.

– Для сына?

Я смотрю на нее, открыв рот. Мне как-то и в голову не приходило, что мои дети будут богаты. Ничего себе. Они ни в чем не будут нуждаться. Вообще ни в чем. Это все надо как следует обдумать… но только не сейчас. Бросаю взгляд в сторону Прескотт и Сойера. Они сидят неподалеку, наблюдают за нами и за компанией в сторонке. У каждого в руке – стакан с искрящейся минералкой.

– Может, поедим? – предлагаю я.

– Нет, давай выпьем.

– Что с тобой такое сегодня?

– Просто слишком редко тебя вижу. Вот уж не думала, что ты выскочишь за первого парня, который вскружил тебе голову. – Она качает головой. – Честно говоря, вы так быстро поженились, что я даже подумала, не забеременела ли ты.

Я хихикаю.

– Все так думали. Только давай не будем больше об этом. Пожалуйста. И мне надо в туалет.

Прескотт идет за мной за компанию. Молча. Впрочем, и без слов все ясно. Если бы ее осуждение превратилось в радиацию, я получила бы смертельную дозу.

– Я никуда не выходила с тех пор, как вышла замуж, – бормочу я, обращаясь к закрытой двери и зная, что Прескотт стоит по ту сторону ее и ждет, пока я справлюсь. И вообще, что Хайду делать в баре? Кристиан, как всегда, перестраховывается.

– Кейт, уже поздно. Нам пора.

На часах – четверть одиннадцатого, и на моем счету – четыре мохито, эффект которых уже чувствуется: мне жарко, мысли разбегаются. С Кристианом все устроится. Как-нибудь. В конце концов.

– Конечно, Ана. Рада была встретиться. Ты теперь такая… такая… не знаю… уверенная. Замужество определенно пошло тебе на пользу.

Чувствую, как горят щеки. Такие слова от мисс Кэтрин Кавана – большой комплимент.

– Так и есть, – шепчу я, и глаза пощипывает от подступивших слез.

Мне так хорошо, что лучше и быть не может. Да, у него, как говорится, свои тараканы, но все равно мне повезло встретить и выйти замуж за мужчину своей мечты. Торопливо меняю тему, чтобы отвлечься от сентиментальных мыслей, потому что иначе точно расплачусь.

– Чудесный вечер. – Я сжимаю ее руку. – Спасибо, что вытащила!

Мы обнимаемся, потом Кейт отстраняется, а я киваю Сойеру, и он передает Прескотт ключи от машины.

– Эта ханжа Прескотт наверняка уже нажаловалась Кристиану, что я не дома. Вот будет крику, – тихонько говорю я подруге. Может, он даже придумает какой-нибудь восхитительный способ наказать меня. Надеюсь, так оно и будет…