365 дней - Бланка Липинская

— Очень хорошо, малышка, а теперь покрепче для меня, - прошептал он, и я почувствовала, что он уже весь внутри.

Он медленно вытаскивал его из меня и вставлял, не прерывая движения пальцами, давление которых сводило меня с ума. Через некоторое время он ускорился и скользнул свободными пальцами в мою киску. Он присутствовал во всех местах на моем теле. Я извивалась под ним и громко кричала. Почувствовав, что нахожусь на грани, я просочилась в него.:

- Сильнее!

Черный выполнил мою команду, трахая меня с такой силой, что оргазмы сыпались один за другим. Я скрежетала зубами, не в силах справиться с волной удовольствия, и звук его бедер, ударяющихся о мои ягодицы, напоминал аплодисменты. Я почувствовала, как в какой-то момент он взрывается, и его движения замедляются. Все тело Черного начало дрожать, а сам он издал мощный стон, похожий на рев разъяренного животного. Он опустился мне на спину и некоторое время не шевелился. Я чувствовала, как его сердце скачет, а он пытается унять бешеное дыхание.

Он выскользнул из меня и опустился на пол, тяжело дыша. На ватных ногах я пошла в ванную принять душ.

Когда я вернулась, Массимо нигде не было. В ужасе я двинулась к двери и схватилась за ручку - она была заперта. Я включила свет и увидела, что ключ лежит рядом с моими трусиками на полу, а дон Массимо, завернутый в полотенце, спускается по лестнице.

- Я не хотел тебя беспокоить, поэтому воспользовался ванной наверху, - сказал он, разматывая полотенце с бедер и бросая его на лестницу.

Это зрелище снова заставило мои колени подогнуться. Его стройные длинные ноги переходили в аппетитные тренированные ягодицы. Он медленно спускался в мою сторону, не отрывая от меня взгляда. Раненая грудь его ничего не потеряла от своей привлекательности и даже приобрела новый шарм. Он был идеален и хорошо понимал, как он выглядит. Он подошел и поцеловал меня в лоб.

- Все хорошо, маленькая?

Я кивнула и взяла его за руку, ведя в спальню.

- Хочу еще, - сказала я, ложась на кровать.

Массимо засмеялся и накрыл меня одеялом.

- Ты ненасытна. Мне это нравится. Но правда в том, что мы забыли заехать на станцию за резинками, - он пожал плечами. - Так что либо я еще раз оттрахаю эту милую попку, либо ничего, потому что, видимо, для ребенка еще не время.

Я удивленно смотрела на него, устраиваясь перед ним.

- Так что мы будем делать? - спросила я.

- А что делают люди в Польше по воскресным вечерам?

- Они ложатся спать, потому что утром встают на работу, - сказала я с улыбкой.

Массимо обнял меня и потянулся к пульту от телевизора.

- Значит, сегодня мы будем, как они, и ложимся спать, а завтра нас ждет тяжелый день.

Я поднялась и с тревогой посмотрела на него.

- Что значит тяжелый?

- У меня с Карло есть кое-какие дела, и я хотел бы, чтобы ты сопровождала меня. Надо ехать в Щецин. Мы бы полетели, но я знаю, как тебе это не нравится, так что мы встретимся с ним на месте. Ну, если ты не хочешь остаться, но считай, что охрана не отступит от тебя ни на шаг.

При этих словах я вспомнила, что сказала мне Моника.

- Люди Карло будут защищать меня?

- Нет, мои, я купил квартиру напротив, так что они будут как можно ближе, не мешая тебе. В каждой комнате есть камеры, благодаря которым в мое отсутствие я знаю, что здесь происходит, и они могут следить за тобой.

- Что, простите? Дон Массимо, вы не преувеличиваете?

Черный с наслаждением перекатился на кровати ко мне и, лежа на боку, обхватил меня ногой.

- Дон Массимо, почему бы вам сразу не дон Торричелли, если вы хотите быть такой официальной? А как твоя маленькая дырка? - спросил он, поглаживая меня между ягодиц. - Лаура, чтобы у нас была ясность: у меня все еще есть желание убить его, и я сделаю это, если он еще раз посмеет насмехаться надо мной.

Я задумалась, глядя на него.

- Это так просто - убить человека?

- Это никогда не бывает просто, но если есть причина для этого, это становится определенно легче.

- Тогда позволь мне поговорить с ним.

Черный глубоко вздохнул и перевернулся на спину.

- Массимо, я люблю тебя... - произнесла я, когда до меня дошло, что я только что сказала.

Он поднялся и сел напротив, испытующе глядя на меня. Я села так, чтобы быть на одном уровне с ним, закрыла глаза и опустила голову. Я не была готова к этому признанию, хотя оно и было правдой.

Он пальцем поднял мою бороду вверх и серьезным, спокойным тоном сказал::

- Повтори.

Несколько секунд я нервно переводила дыхание, и слова застревали у меня в горле.

- Я люблю тебя, Массимо! - выпалила я на одном дыхании. - Я поняла это в тот момент, когда ты бросил меня на произвол судьбы, а потом, когда я думала, что ты мертв, я уже была абсолютно уверена в этом. Я отталкивала от себя это чувство, потому что ты был моим мучителем и держал меня в плену, прибегая к шантажу, но когда ты отпустил меня, я уже сама хотела быть рядом с тобой.

Когда я закончила говорить это, из моих глаз брызнули слезы. Мне стало легче, я хотела, чтобы он это знал.

Черный встал, не говоря ни слова, и исчез в гардеробной. «Ну вот, - подумала я, - сейчас он соберется и уйдет». Я села на край кровати и накрылась полотенцем, которое лежало на полу. Когда он вернулся, он был в брюках от спортивного костюма и сжимал что-то в кулаке.

- Не так все должно было выглядеть, - сказал он, опускаясь передо мной на колени. - Лаура, я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. - И он открыл черную коробочку, которую держал в руке.

Моим глазам предстал самый большой камень, который я когда-либо видела в жизни. Ошеломленная, я уставилась на него, пытаясь вдохнуть воздух. Я чувствовала, как давление в моем теле растет, а сердцебиение учащается, меня затошнило. Черный заметил, что происходит, и потянулся к тумбочке за таблеткой, которую сунул мне под язык.

- Я не позволю тебе умереть, пока ты не согласишься, - с улыбкой прошептал он, надевая мне на палец кольцо.

Я чувствовала, как напряжение покидает мое тело, и с каждой минутой мне становится лучше. Массимо не отставал.

Стоя на коленях передо мной, он ждал решения.

- Но я ... - начала я, не понимая, что хочу сказать. -Это слишком быстро. Мы не знакомы и вообще начали как-то так... - лепетала я.

- Я люблю тебя, малышка, я всегда буду защищать тебя и никогда не позволю, чтобы кто-то отнял тебя у меня. Я сделаю все, чтобы ты была спокойна и имела все, что пожелаешь. Если я не буду с тобой, Лаура, я не буду ни с кем.

Я верила всему, что он говорил, чувствовала, что каждое из его слов правдиво, и эта романтическая откровенность дорого ему обошлась. На самом деле мне нечего было терять. Всю свою жизнь я поступала так, как ожидали другие, или так, как это было наиболее правильно. Я не рисковала, потому что боялась того, что принесут с собой перемены, и не подведу ли я кого-нибудь. Кроме того, от помолвки до свадьбы еще далеко.