Мистер Денежный Мешок - Пенелопа Уорд

– Я думаю, что большую часть вчерашнего вечера была в шоке, но теперь до меня, кажется, все это начинает доходить. И реальность меня жутко пугает.

– Не тебя одну, Бьянка. Мне тоже страшно. На самом деле я не могу вспомнить ничего, что когда-либо пугало меня больше за всю мою жизнь.

Его слова отозвались во мне невыразимой печалью. На глаза навернулись слезы. Я тосковала о том времени, когда мы еще ничего не знали.

– Я очень скучаю по тебе, – прошептала я.

– Но я здесь, – тихо сказал он. – Я никуда не делся. – После некоторого молчания он продолжил: – Нам нужно узнать правду. Хотя это и убивает меня. Ты готова все выяснить? Я не собираюсь настаивать, пока ты не будешь готова.

Я так и не поговорила с матерью в тот вечер, когда Декс поспешно ушел. Но теперь мне предстоял более сложный разговор, так как надо было не только рассказать ей о Дексе, но и выяснить, мог ли Декстер-старший оказаться отцом Александры и даже моим. Короче, полная задница!

– С чего мне начать? Я чувствую себя такой беспомощной, – тяжело вздохнула я.

– Я должен убедить отца согласиться на тест ДНК. Я думаю, тебе нужно как можно скорее поговорить с матерью и сестрой. Мы не можем больше откладывать, особенно теперь.

– Ладно, – согласилась я. – Сегодня вечером я устрою экстренное совещание, и мы попробуем уговорить Алекс тоже пройти тест.

– Ты хочешь, чтобы я был с тобой, когда ты им все скажешь?

– Вообще-то, думаю, будет лучше, если я постараюсь справиться со всем сама. Для моей сестры этот разговор слишком тяжелый. Думаю, нам с ней лучше поговорить вдвоем.

– Ладно, по крайней мере, честно. Делай так, как считаешь нужным. Я просто хотел быть рядом, чтобы поддержать тебя, если ты вдруг почувствуешь, что нуждаешься во мне. Я не хочу, чтобы тебе пришлось справляться со всеми этими трудностями в одиночку.

Сама мысль, пришедшая в голову в этот момент, показалась мне невыносимой.

Видимо, Декс почувствовал что-то в моем молчании.

– Скажи, что у тебя на уме.

– Ты сказал, что не хочешь, чтобы я справлялась с трудностями в одиночку, а я вдруг поняла, что мне, возможно, нужно смириться с тем, что теперь придется жить одной, без тебя. Может быть, чем скорее я пойму, как это сделать, тем будет лучше.

Голос Декса прозвучал почти сердито:

– Не говори так, Бьянка. Даже не думай об этом.

Мой голос неожиданно окреп. Я поняла, что должна быть сильной.

– Это правда, Декс. Думаю, мы должны быть готовы к худшему. Мы просто не хотим признать очевидное.

– Неужели ты думаешь, что я могу просто взять и исчезнуть из твоей жизни, если все обернется не в нашу пользу?

– Ну, мы, конечно, не можем оставаться… близкими людьми. Это было бы слишком больно, тебе так не кажется?

– Что касается меня, то я думаю, что гораздо более мучительно было бы не видеть друг друга. Я просто не могу представить свою жизнь без тебя. Если случится так, что… – Он запнулся. – Боже, я даже не могу этого произнести. Я даже подумать об этом не могу, черт побери!

Я продолжила за него:

– Если случится самое худшее и мы с тобой…

– Даже если случится самое худшее, я хочу всегда быть в твоей жизни. Как бы безумно это ни звучало, ты слишком дорога мне, чтобы я мог отпустить тебя.

Я была сбита с толку и не совсем поняла, что он имел в виду.

– Так что… мы теперь будем… встречаться как друзья?

– Не думаю, что мы действительно могли бы так назвать наши отношения, но…

– Ты что, готов к тому, чтобы видеть меня с другими мужчинами?

В трубке повисла мертвая тишина.

– Черт побери! Нет… я не могу сейчас даже вообразить ничего подобного. Но мне придется как-то смириться, потому что я хочу защищать тебя, даже если это меня убьет. Я не хочу, чтобы ты просто исчезла из моей жизни.

Я почувствовала, как мои глаза вновь наполняются слезами.

– Это ты сейчас так говоришь… но, боюсь, это будет слишком сложно, Декс. Не думаю, что смогу выдержать, видя тебя с другими женщинами. Ты женишься, у вас когда-нибудь появятся дети, а я… Боже… дети… я буду думать, что они могли бы быть моими…

– Пожалуйста, Бьянка! Не надо! Умоляю тебя не думать об этом сейчас, хорошо? Просто давай забудем весь этот кошмар на время. Это единственный хороший момент в предстоящем нам ожидании в эти дни. Я не предлагаю тебе притворяться, будто ничего не произошло, но постарайся ничего не придумывать, пока все не выяснится. Ладно? Ты можешь сделать это для меня, малышка?

Я крепко зажмурилась, чтобы сдержать слезы.

– Ты не должен меня так называть… пока мы не узнаем, – выдавила я.

– К черту все это. – Я почувствовала, как он стиснул зубы. – Ты – моя Малышка Джорджи. И я всегда буду называть тебя так, как захочу. Я не собираюсь скрывать свои чувства до того дня… до той секунды… Мне это совершенно необходимо.

Я проглотила слезы.

– Надеюсь, эта секунда никогда не наступит. 

* * *

Мы обе долго молчали, сидя рядышком на диване в гостиной сестры. Александра выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок. Я ненавидела себя сейчас, но мой поступок диктовала необходимость правды. Я даже почувствовала облегчение из-за того, что этот разговор наконец состоялся, потому что держать все в себе было просто невыносимо.

В последние полчаса я выложила все, что знала и о чем подозревала. Декс дал мне несколько фотографий своего отца в молодости, чтобы я могла продемонстрировать сестре их необыкновенное сходство. Она не стала спорить, да, собственно, тут и спорить-то было не о чем.

Моя мать, конечно, была шокирована, когда я рассказала, кто такой Декс. Однако, узнав об этом, она, казалось, уже ничуть не удивилась моим подозрениям насчет биологического отца Александры.

– Но я действительно даже и не думала, что это… – начала она, выслушав мои предположения.

– Что? – перебила я ее с возмущением. – Что мы об этом когда-нибудь узнаем? Неужели ты никогда не замечала, как она похожа на него?

– Разумеется, заметила. Но это стало очевидно уже потом, когда она немного подросла. К тому времени было уже слишком поздно. Отец, дорогая, – обратилась она к Александре, – это твой настоящий отец во всех смыслах слова. Он любит вас обеих больше жизни. И формальное выяснение отцовства на самом деле ничего не может уже изменить.

– Но ты допускаешь такую возможность, что… – у меня перехватило горло, – что старший Труитт может быть не только отцом Алекс, но и моим тоже?

– Я не могу этого исключить. Я совершила огромную ошибку, поставив нас всех в такое затруднительное положение. Но я была молода и безрассудна. В то время я чувствовала себя в ловушке, и Декстер стал для меня выходом из нее. Я не думала о долгосрочных последствиях и, уж конечно, никогда не могла предположить, что одна из моих дочерей влюбится в его сына много лет спустя. Я бы все отдала, чтобы изменить свое прошлое, но это попросту невозможно.