Тихоня для мажоров - Лили Ред

— Егор, белье не такое тяжелое.

Достаю еще комплект и он проделывает то же самое. Я тихо хихикаю над этим, подхожу к дивану и начинаю застилать постель. Только заканчиваю, беру пижаму и иду в ванную, Егор что-то смотрит в планшете, а я неожиданно понимаю, что это ничуть не раздражает меня. Воспоминания того, как Вася сидел за компьютером и бесцельно прожигал время все еще живут внутри меня. И он действительно бесил меня, а Егор… Я понимаю, что он работает. А что делал Вася? Играл и девок рассматривал. Сейчас это кажется мне диким, а тогда казалось, что у нас идеальная семья.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты можешь тоже принять душ. Чистые полотенца на сушилке, еще там есть халат, но переодеться у меня не во что, — говорю сразу, как выхожу из ванной.

— Ничего страшного, я бы был удивлен если бы были вещи, Юль.

Он оставляет меня одну, и я слышу, как включается вода. Стараюсь не думать о том, что он сейчас обнаженный встает под горячую воду и водит по своему телу ладонями.

Боже, о чем я вообще думаю? Хватит…

Включаю телевизор и ложусь под одеяло, на экране показывают мелодраму, но едва ли я слышу то, что там говорят. Гораздо больше меня интересует мужчина, принимающий ванну и тот, кто завтра пойдет на операцию. Где-то в голове витает мысль, что они оба дороги мне, как бы странно это не звучало. И Артем и Егор, каждый по-своему, заслуживают моего внимания и будоражат мою душу.

Егор выходит из ванной и зовет меня. Я даже замираю на мгновения, потому что уже разделась, надела шелковую пижаму и забралась под одеяло.

— Я здесь, — кричу ему и натягиваю одеяло повыше.

Он приоткрывает двери и заходит. Единственное освещение в комнате — небольшой ночник неподалеку от кровати. И это еще больше нервирует меня. Сердце пропускает удар, еще один, а затем пускается в галоп, потому что я осознаю, что Егор в одном халате, по которым, вполне возможно, ничего нет. Это будоражит меня сильнее адреналина от быстрой езды, но я стараюсь не показывать этого.

— Спишь? — аккуратно интересуется Егор, не подходя ближе.

— Нет.

Черт, что я несу? Мне стоит сказать — да, сплю, но вместо этого я смотрю на то, как Егор приближается к кровати и садится рядом.

— Как себя чувствуешь? — вполне спокойно и заинтересованно спрашивает мужчина.

Я выдыхаю и отвечаю:

— Хорошо.

— Будешь ложиться? Спокойной ночи, — он собирается встать, а я сама не понимаю, как обхватываю его за руку.

Егор удивленно приподнимает брови, но все же садится обратно. Я чего-то жду и с силой сжимаю его руку. Облизываю пересохшие губы и решаюсь поднять взгляд на мужчину, сидящего рядом. Он смотрит на меня с долей удивления и некой растерянности, а я сама не знаю, что нужно делать. Что говорить? Попросить его побыть со мной? Смешно же. Сказать, что мне страшно? Тоже.

— Юль, — наконец, он нарушает молчание. — Я ждал, когда ты сделаешь первый шаг…

По тому, как дергается его кадык и ходят желваки на скулах, понимаю, что ему очень сложно дается это признание.

— Егор, я…

Наверное, я пытаюсь оправдаться, потому что даже руку его отпускаю. Слегка отстраняюсь, но тут же оказываюсь на его руках в плену объятий крепких рук. Одеяло осталось позади, кровать тоже. Сейчас существует только он и его руки, хриплое дыхание, опаляющее мою кожу и руки, блуждающие по спине.

Я не сразу понимаю, что он меня целует, точно так же не сразу отвечаю на легкое касание губ. Все происходит настолько нежно и целомудренно, что я даже не могу пошевелиться. Впрочем, мое тело, кажется, живет отдельной жизнью, потому что осознаю, что сжимаю его шею в объятиях так сильно, как только могу, а губы сами углубляют поцелуй, не желая отстраняться.

Я перебрасываю ногу и оказываюсь прижатой грудью к его груди. Егор слегка откидывается назад, и я следую за ним. Мне немного неудобно из-за живота, но сейчас это не так важно как то, что я чувствую. А чувствую я дикое возбуждение вперемешку с гулко бьющимся сердцем.

— Хочу тебя, — шепчу, не понимая, что говорю.

У меня так долго не было мужчины, что, кажется, я вовсе теряю рассудок, едва он появляется рядом. Или это Егор так действует на меня?

— Юля, — он мотает головой, но все же целует меня снова.

Аккуратно укладывает меня на кровать и вынуждает лечь на спину. Устраивается рядом, накрывает мои губы своими и ласкает языком, кружа и захватывая дыхание. Его руки гладят мою талию, сжимают набухшую грудь, меня прошибает электрическим разрядом, кожа моментально покрывается мурашками, а его пальцы не останавливаются и спускаются ниже. Мысли окончательно затуманиваются, когда его рука гладит меня по ноге. Простое, невинное касание вызывает во мне дикий ураган чувств.

Я издаю протяжный стон и слегка выгибаюсь, непроизвольно свожу бедра вместе и чувствую, как Егор пробирается под шелковые шорты. Аккуратно отодвигает их в сторону и касается поверхности трусиков, медленно проникает под них, и я не выдерживаю. Разрываю поцелуй и говорю:

— Да.

Сжимаю простыни руками, мотаю головой из стороны в сторону и жалобно всхлипываю, потому что внизу живота собирается тугой узел, который становится сильнее с каждым разом все больше и больше. Егор легонько водит подушечками пальцев по моему клитору, нежно, будто чего-то остерегаясь толкается внутрь и снова возвращается к чувствительной горошинке.

— Боже, да, — мой голос охрип, губы едва шевелятся, а между ног так влажно, что я уверена, хватило бы на всю пустыню Сахара.



Я делаю глубокий вдох и, наконец, чувствую, как тепло разливается по всему телу. Ноги дрожат, пружина, все это время скручивающаяся внизу живота, наконец, отпускает, и я ослабеваю настолько, что не могу ни говорить, ни даже глаз открыть.

— Юля, — шепчет его рядом с моим ухом. — Ты охренительная.

— Иди ко мне, — все, что я могу выдавить.

Тяну его на себя, но он внезапно отстраняется. Перехватывает мои руки, покрывает их поцелуями, после чего говорит:

— Не сейчас, малыш, — спокойно говорит он.

— Почему? — едва шевелю губами, а глаза сами по себе закрываются.