Его игрушка - Оливия Лейк

— Почему же, — начал врач. По голосу молодая женщина, — сейчас можно взять генетический материал из утробы. Данную процедуру проводят, если есть подозрения на патологию развития плода, но и для установления отцовства, если ответ нужен немедленно.

— А как это происходит?

Я покачал головой. Ну и нахера ей это вот прямо сейчас?!

— Через переднюю брюшную стенку вводится игла. Мы пунктируем пуповину и производим забор крови.

— Вот этой иглой?! — шокировано воскликнула Дэдэ. — Нет-нет, мне это не подходит! А вдруг она заденет глаз или еще что-нибудь, нет-нет!

Я даже улыбнулся. Волнуется, значит, не совсем кукушка.

— Миссис Сторн, это исключено. Процедура проводится под контролем узи и полностью безопасна, как для плода, так и для матери.

— Нет, — с явным сомнением проговорила Дэдэ. — Мне это не нужно.

— Миссис Сторн, вы не уверены относительно отцовства вашего мужа? — деликатно спросил доктор.

Вот и мне интересно. Знает, Дэдэ, кто отец?

— Нет, я точно знаю, но… — она замолчала, словно с духом собиралась. — Доктор Сандерс, то, о чем я хочу вас просить, может показаться неэтичным и аморальным, но, пожалуйста, выслушайте до конца, прежде чем принять решение.

Я напрягся. Не нравился мне ее голос, не нравился.

— Мне нужен документ о том, что я прошла этот кордоцентез с последующим тестом днк. Мой муж не должен значиться отцом ребенка, понимаете?

Я сжал кулаки. Вот сейчас я вообще ничего не понимал! Какого черта Дэдэ удумала?!

— Подождите, — ответил доктор, — вы беременны от мужа, но хотите, чтобы он думал иначе?

— Именно.

Ага, как же, отпущу я тебя! Теперь, птичка моя перелетная, ты никуда от меня не денешься. Моя от макушки до пяток!

— Доктор Сандерс, у нас с мужем сложные отношения, — тем временем говорила Дэдэ. — Джейсон хочет развод и не хочет детей, я тоже хотела бы уехать. Нам просто нужна свобода. А ребенок… Мы не планировали. Я вообще пила противозачаточные! В общем, нам обоим так будет лучше.

— Миссис Сторн, — достаточно жестко ответила доктор Сандерс, — вы понимаете, что то, о чем вы просите, преступление?

— Понимаю, — голос Дэдэ звучал очень искренне. — Но кому от этого хуже? Я не пытаюсь навязать мужчине ребенка, а просто хочу, чтобы всем было удобно!

— А вы не подумали, что лишаете мужа права отцовства?

Да, черт подери! Меня она спросила вообще? Нужна ли мне такая забота? «Дура!» — в сердцах выругался, но про себя.

— Джейсон не хочет детей, мать которых я! — безапелляционно отрезала Дэдэ. Я услышал нотки обиды, разочарования и боли. Все, наслушался. Легонько постучал и через пару секунд полноценно оказался в кабинете.

Дэдэ широко распахнула глаза, полные смятения и страха.

— Что ты здесь делаешь? — прошептала бескровными губами.

— Это ведь и мой ребенок, дорогая, — мягко улыбнулся я. Дома мы поговорим предметно, решим вопрос раз и навсегда. Чтобы мыслей интриговать против меня больше не возникало. Это мой ребенок. И Дэдэ тоже моя. И таковой останется!

— Доктор Сандерс, познакомьтесь — мой муж, Джейсон Сторн.

Нас провели в соседнюю комнату. Дэдэ устроилась на кушетке, приспустив брюки и оголив живот. Доктор Сандерс приглушила свет и устроилась у монитора.

— Присаживайтесь, — указала на стул рядом с Дэдэ.

Я пребывал в смешанных чувствах. Буквально несколько минут назад мое отцовство стало полностью реальным, и я еще не знал, что ощущаю по этому поводу. Вероятно, будь у нас с Дэдэ все ладно с самого начала, был бы счастлив и горд. Но сейчас, видя, как она отвернулась — в фильмах обычно муж за руку держит любимую, — горечь от последних событий нахлынула с новой силой. Я виноват перед Дэдэ. Никогда бы не подумал, что такое случится, но легче от необычности не становилось.

— Так, посмотрим, кто у нас тут.

Доктор Сандерс выдавила гель на слегка округлившийся живот и начала водить какой-то хреновиной.

— Ого! — удивился доктор, потом посмотрела на Дэдэ и сказала достаточно сдержанно: — Поздравляю, у вас будут близнецы.

Понимаю, если помнить их с Дэдэ разговор. Подождите, подождите, что она сказала? У нас будут близнецы?! Сразу двое детей?! Я ошеломленно втянул воздух и взглянул на жену. Она бросила на меня короткий взгляд и обратилась к врачу:

— Близнецы, вы уверены?

— Смотрите…

Доктор Сандерс начала показывать на мониторе два сердца, затем вообще включила звук, чтобы мы могли послушать, и мы услышали: два сердца бились в одном ритме. И я наконец понял, что чувствую: я хочу, чтобы Дэдэ родила мне детей, хочу, чтобы рядом была. Хочу снова услышать:

Джейсон, я люблю тебя…

Кажется, я заново влюбился в жену.

— Я уже вижу пол, хотите знать?

— Нет! — мы сказали это в один голос. Доктор Сандерс понимающе хмыкнула и улыбнулась, словно с нами ей все ясно. Надеюсь, что так, потому что я пока вообще не знал, как мне заново брать эту крепость. Как жену вернуть? Холодное равнодушие — совсем не то, что должно быть между нами.

Домой мы ехали молча и, только оказавшись в гостиной, Дэдэ бросила сумочку на диван и спросила:

— Как ты узнал, где я? — сложила руки на груди, смотрит холодно, закрывается от меня. Снова.

Я не ответил. Что тут скажешь. На правду она разозлится, а адекватной лжи я не приготовил.

— Ты следил за мной?!

Догадливая моя девочка. Но вслух я этого не сказал. Вряд ли в данной ситуации Дэдэ понравится.

— Это отвратительно.

Я себя даже виноватым почувствовал. Немного. Я ведь не просто так это сделал. Я беспокоился за нее.

— Да, — согласился спокойно, — ты права, но я волновался за тебя и ребенка. Детей, — поправился, кивнув на живот.

— Будто тебе не все равно, — бросила, поправляя волосы. Волнуется. Она всегда так делает, когда переживает. Я заметил. — Срок брачного контракта истекает через месяц, — начала она, воинственно вздернув подбородок. — Нет смысла терпеть друг друга, лучше разъехаться.

Ага, понятно. Сбежать захотела. Еще думает, что это возможно. Нет, сладкая моя, теперь тебе не убежать от меня.

— Нет.

— Нет? — переспросила удивленно.

— Мы будем жить вместе до родов, потом ты решишь: остаться со мной и детьми или уйти. Насильно держать не буду.

Да, я снова вел себя по-ублюдски, но лучше она будет меня ненавидеть, чем смотреть сквозь, словно меня нет. От ненависти до любви один шаг. Дэдэ сама так сказала.

— Что?! — она аж задохнулась от возмущения. — Это мои дети! Я мать!