Не люби меня - Элена Макнамара

Я смотрю на неё вопросительно.

- Ты с ним не договоришься, - выдыхает девчонка.

– Почему?

– Это тот самый мужчина, с которым я боролась за такси, – быстро шепчет она. – Я швырнула его папку на тротуар, чтобы забраться в машину первой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍У меня нет слов, чёрт возьми! Только странная, неизвестно чем вызванная, глуповатая и совершенно не стирающаяся улыбка на лице. При виде которой, Райян тут же оскаливается:

- Эй! Он назвал меня пигалицей!

И не один!

Чёртова заноза в заднице...

***

Что ж... Я бы тоже выкинул его папку. Только не на тротуар, а на проезжую часть. Очень неприятный мужик, возомнивший себя господом Богом.

Райян суетится возле него, пытается извиняться, а я просто стою на месте, наблюдая за происходящим исподлобья. Ситуация достигает апогея, когда трое молодых бизнесменов, приехавших с агентом, чтобы посмотреть это место, начинают открыто потешаться над Райян. Один из них без стеснения шарит взглядом по её заднице, пока девчонка, ничего не замечая, доказывает агенту, что мы были первыми.

Я всё-таки приближаюсь. Оттесняю Райян в сторону.

– Послушайте, мистер... – обращаюсь к человеку с папкой.

– Бёрт, – подсказывает он мне.

– Мистер Бёрт, – исправляюсь сухо, – мы прождали Вас здесь слишком долго...

– Что? Вы меня... Вы ждали меня!? Какая неслыханная ложь! – однако его глаза вмиг становятся испуганными.

– Вы называете меня лжецом? – спрашиваю надменно и предупреждающе.

– Я?.. Нет... Я не это имел в виду...

– Тогда что?

– Я не дождался звонка от «Торес-индастриз», поэтому пустил этот объект в работу, – оправдывается мужчина.

А я замечаю, как лица молодых бизнесменов меняются. Похоже, они знают о большом влиянии Тореса в строительной индустрии Нью-Йорка.

– Значит, Вы отказываете «Торес-индастриз», а именно Джейкобу Торесу? – подливаю масло в огонь и перевожу взгляд на троицу в костюмах. – В пользу... – щёлкаю пальцами, – как там вас?

Никто из них не озвучивает название фирмы. Да и выглядят они так, словно готовы распрощаться и испариться.

Мистер Бёрт в нерешительности перекидывает папку из руки в руку, не смотря ни на кого из нас. Бизнесмены отходят в сторону и коротко совещаются. И, видимо, решение их единогласно, потому что через минуту они жмут руку Бёрту, мне и даже Райян и быстро удаляются.

Ну а потом... сделка, подписание договоров, перевод кругленькой суммы денег. А я всё никак не могу отделаться от мысли, что Бруклин мне нравится значительно больше, чем Манхеттен. И я вполне мог бы здесь задержаться.

Лучшие друзья, которых оставил в родном городе, не знают, что я никогда не вернусь. Нет, я буду приезжать время от времени. Однако после свадьбы с Патрисией Торес мой дом будет здесь. В Нью-Йорке. В городе, который мне чужд и неприятен.

– Спасибо тебе большое, – тут же выпаливает Райян, когда мы отъезжаем от теперь уже нашего куска земли. – Спасибо, что всё так быстро урегулировал. Не знаю, что бы мы делали, если бы потеряли это место.

– Мы? – я вскидываю брови. – Ну, для начала, ТЕБЕ не следовало швыряться папками! А вашей известной фирме не следовало тратить моё время на гетто.

– Сказал парень, который только что прикрылся известностью нашей фирмы, – тут же ощетинивается девчонка. – Если бы не громкое имя «Торес-индастриз», эти трое ни за что бы не уступили.

– Послушай, давай вернёмся на минуту назад, когда ты просто меня благодаришь.

Она фыркает и надувает губы. Видимо, с благодарностью мы проехали.

– Где тебя высадить? – спрашиваю после пяти минут гробового молчания.

Она бросает взгляд на миниатюрные часы на запястье. Словно с досадой поджимает губы. Хватает мой телефон с панели и сама вбивает адрес в навигатор. Вообще-то, я не люблю, когда трогают мои вещи, поэтому одариваю её грозным взглядом.

– Что? – в недоумении спрашивает Райян. – Я просто написала адрес, а не вбила свой телефон тебе в контакты.

– Спасибо и на этом, – роняю я, сосредотачиваясь на дороге.

Мы пересекаем Бруклинский мост, возвращаясь на Манхеттен. Стрелка на карте навигатора очень быстро несётся к цели. Похоже, я наконец избавлюсь от пигалицы. Потом, возможно, засяду в каком-нибудь баре возле отеля, в котором поселился. Найду себе девушку на ночь...

– Можешь не парковаться, просто останови вон там.

Райян выдёргивает меня из мыслей, и я смотрю, куда мы приехали. Какой-то старый обветшалый фитнес-клуб или типа того.

– Серьёзно? Ты пойдёшь на тренировку в... – смотрю на часы на электронной панели, – в семь вечера?

– Я не тренируюсь. Я тренирую. А именно – учу детей танцевать.

Неожиданно.

– И во сколько ты закончишь? – вдруг спрашиваю я, что ещё неожиданнее.

Райян прячет улыбку, закусывая губу.

– В девять, – отвечает она после паузы в пару секунд. – Хочешь подвезти меня?

Я не знаю... Ещё не решил. Однако вслух я говорю совсем другое:

– Если только не придётся снова тащиться в Бруклин, – поддеваю её с ухмылкой.

Она хватается за ручку на двери и быстро выпрыгивает на улицу. Оборачивается.

– Нам по пути, Доминик. Нас поселили в одном отеле!

Потом захлопывает дверь и через секунду исчезает в старом здании, даже не обернувшись. Я ещё долго смотрю ей вслед, до конца не понимая то, что она только что  сказала. Зачем, живя в Нью-Йорке, селиться в отеле? У неё же наверняка есть дом! И она живёт с родителями или с парнем. Или снимает комнату с подругой, в конце концов...

Я всё-таки отъезжаю от фитнес-клуба, беря курс к новомодному отелю, который любезно предоставил большой босс. Он всего в паре кварталов, и Райян вполне может добраться сама... Но мной вдруг овладевают злость и ярость. Потому что единственное объяснение, которое я нахожу – что девчонку поселили рядом для слежки. Чтобы она знала о каждом моём шаге. И этот шаг вполне может быть не связан со строительством. Джейкобу Торесу интересно всё моё грязное бельё! Чем я занимаюсь днём и с кем провожу время ночью.