Любовница на неделю - Сьюзен Джонсон

— Даже не думай засыпать! — раздался неожиданно голое Кейт.

Приоткрыв глаза, Дермотт увидел округлые формы Кейт и ее улыбающееся лицо.

— Разве я звонил?; — проговорил он с улыбкой.

— Учти, дорогой, я не видела тебя уже целую неделю — сказала Кейт, забираясь в ванну. — Так что тебе не придется спать до тех пор, пока ты не доставишь мне удовольствие.

— Не придется? — усмехнулся Дермотт.

— Да, дорогой. Я ужасно по тебе изголодалась. А если бы не была такой воспитанной, то набросилась бы сразу — как только ты вошел в комнату.

— Значит, надо как-то вознаградить тебя за сдержанность, не так ли?

— Меня надо очень щедро вознаградить за сдержанность, — заявила Кейт, усаживаясь графу на бедра.

— Что у тебя на уме? — Дермотт снова усмехнулся, он вдруг почувствовал, что ему уже совершенно не хочется спать.

— Что у меня на уме? — Кейт рассмеялась. — О, дорогой, ты сегодня даже сильнее, чем обычно, — проговорила она, сжимая отвердевшую мужскую плоть.

— Говоришь, сильнее, чем обычно? Мне кажется, это нам еще предстоит выяснить.

— А ты не слишком устал? Ты не против?

— Разве я когда-нибудь был против?

— По слухам, ты уже с пятнадцати лет никогда от этого не отказываешься, — с усмешкой проговорила Кейт.

— С четырнадцати. Благодаря усилиям весьма привлекательной матери Харви Николса. Эта леди очень любила соблазнять приятелей своего сына.

— Говорят, она и сейчас интересуется мужчинами.

— О… без сомнения. Она чрезвычайно страстная женщина. Как и ты, дорогая Кейт. Давай-ка я покажу тебе, как ужасно без тебя скучал.

Дермотт и Кейт возобновляли свои дружеские отношения, а Изабелла тем временем осматривалась в уютной спальне, где ей предстояло провести ближайшие дни. Рядом с девушкой суетились две служанки, наливавшие воду в ванну.

Дожидаясь, когда ванна наполнится, Изабелла стояла посреди комнаты, и ей казалось, что она наблюдает за театральным представлением — словно кружевные занавески, хрустальные люстры и французская мебель были всего лишь красивыми декорациями, а запах ароматизированных свечей ощущался так остро лишь потому, что она сидела в первом ряду партера. Служанки, выполняя свои обязанности, то и дело кланялись ей, но делали все в полном молчании.

— Желаете, чтобы служанки помогли вам помыться? — неожиданно раздался голос Молли.

Изабелла повернулась и, увидев перед собой хозяйку, вернулась к реальности.

— Благодарю вас, миссис Крокер, но я предпочла; бы, обойтись без них.

— Да-да, конечно, — кивнула Молли. — Я велела нашему шеф-повару принести сюда поднос с ужином. А вот это должно согреть вас после ванны, — добавила она, подавая Изабелле роскошный кашемировый халат,

— Я очень ценю вашу… — Изабелла замялась, — вашу доброту и…

— Вы можете в любой момент передумать. — Молли улыбнулась.

— Вы чрезвычайно великодушны, — пробормотала девушка.

— Я просто благоразумна. Все мои леди находятся здесь по доброй воле. По-другому и быть не может. Хотя некоторые из них оказались здесь по причинам, в чем-то сходным с вашими. У них тоже не было особого выбора. Впрочем так часто случается с женщинами в мире, который принадлежит мужчинам. Ну, устраивайтесь поудобнее, — щебетала Молли, — а утром мы еще поговорим. Ваше решение пока ведь еще не выбито на камне. Возможно, вы вспомните кого-то, кто мог бы помочь вам, и тогда вашим презренным родственникам останется только повеситься, — Молли снова улыбнулась.

— Это было бы замечательно! — воодушевилась Изабелла. — Я постараюсь как следует подумать.

— И не забудьте поесть. Гийом очень огорчается, когда приготовленные им блюда остаются нетронутыми.

— Об этом не беспокойтесь! — рассмеялась Изабелла. — Я просто умираю от голода.

— Тогда увидимся за завтраком.

В следующее мгновение дверь за хозяйкой закрылась, и Изабелла осталась наедине со своими мыслями.

Осталась в самом шикарном лондонском борделе. Если бы еще несколько часов назад кто-нибудь сказал ей, где она будет ночевать, Изабелла сочла бы этого человека безумцем.

Впрочем, как верно заметила миссис Крокер, у нее еще оставалось время на раздумья — впереди целая ночь.

Через несколько секунд Изабелла уже сидела в ванне, на краю которой стоял поднос с ужином. Вскоре выяснилось, что Гийому не следовало беспокоиться: Изабелла, по достоинству оценив его кулинарное искусство, готова была съесть все до последней крошки, а потом еще и вылизать тарелку. Когда дедушки лежал при смерти, она почти не ела и только сейчас почувствовала, что проголодалась.

Отправив в рот последний кусочек миндального пирожного, Изабелла удовлетворенно вздохнула и поставила поднос на стол. Ей к ужину принесли и бутылочку шампанского, которое подействовало на нее самым благотворным образом.

Выбравшись из ванны, Изабелла тщательно вытерлась мягким полотенцем и, накинув кашемировый халат, устроилась в стоявшем у камина шезлонге. Из-за болезни дедушки Изабелла целый месяц почти не спала по ночам, поэтому неудивительно, что уже через несколько минут она заснула прямо в шезлонге.

Молли, зашедшая проведать Изабеллу, укрыла ее теплым одеялом и, отступив на несколько шагов, невольно залюбовалась ею. На лице спящей девушки трепетали багровые отсветы пламени, и в эти мгновения она казалась прекрасным воплощением невинности.