Сопротивляйся мне - Ольга Вечная

Я воображаю себя дерзкой и смелой. Мысленно посылаю Дымарского куда подальше, а у самой дыхание сбивается. Я так сильно поджимаю пальцы ног, что щиколотки сводит. Становится больно, и я всхлипываю, как маленькая. Наклоняюсь и начинаю стучать по икре.

— Анжелика? — спрашивает Владимир. — У вас всё в порядке? Может быть, я позвонил не вовремя?

А как ты сам думаешь? Ты-то в двадцать первом веке живешь, в большом развитом городе. А за невестой поехал в нашу дыру.

В груди печет от негодования.

Ладно у нас город крошечный, там свои порядки. И руководство строго следит за тем, чтобы они соблюдались. Но во всей стране договорные браки давно вне закона!

Я тебя не люблю и никогда не полюблю. Оставь меня в покое. Очевидно же, что адекватный человек никогда не согласится на подобный брак. А от неадекватных я предпочитаю держаться подальше.

— Всё в порядке, Владимир. Давайте созвонимся в другой раз, я очень устала за день. Выложилась на учебе, писала важную контрольную.

Лгу и не краснею. Полдня я целовалась с Тарасом.

Черная дыра — будущий муж — молчит пару мгновений.

— Хорошо, — милостиво соглашается. — Запишите себе мой номер, Анжелика. Если вдруг вам понадобится какая-то помощь или… захочется со мной связаться по любому поводу, для вас я доступен круглосуточно.

Не захочется.

— Конечно. Это очень мило с вашей стороны. Спасибо.

Слушаю его голос, а у самой волоски на коже дыбом. Взрослый чужой мужчина.

Тарас — мой ровесник, мы росли вместе, ходили в один детский сад, пересекались на улице. Он понятный и безопасный.

А Владимир… Начинаю считать. Сколько же ему лет? Когда мне только исполнилось одиннадцать, ему уже было… двадцать или двадцать пять? Не помню. Мы отмечали вместе юбилей отца. Пышно отмечали, в каком-то шикарном ресторане, который потом закрылся. Я была маленькой девочкой, сыновья Дымарского казались мне взрослыми дядями.

Мне страшно. Так сильно страшно, что после сброса звонка я еще минуту не могу опомниться.

Из оцепенения выводит новый входящий на сотовый. «Любимая Маринка» — обожаемая мною надпись на экране. И бабушка всё еще в кухне, мы могли бы спокойно поговорить. О чем только?

Я сбрасываю вызов и иду в ванную опять умыться. Хочется себя мочалками тереть.

Я знала, что ничего не получится. Мы с Тарасом никогда не сбежим вместе, никогда не будем счастливы. Возможно, мне просто нравилось об этом мечтать. О свободе, о праве выбора. О счастье, что не навязано родными, а выбрано по велению души. Если бы у меня хватило смелости отказаться. Если бы только я решилась на бунт.

На следующий день я сбегаю с последней пары и долго брожу по улицам. Просто так, без цели. Думаю о пресловутой революции, просчитываю, чего мне может стоить непокорность отцу. Жизни? Готова ли я пожертвовать собой ради шанса быть с любимым?

Папа пообещал, на него надеются важные люди. Подвести папу? Кто я такая? Боже… мне нужно немного времени, чтобы осознать и смириться. Слезы застилают глаза. А когда я, наконец, успокаиваюсь, обнаруживаю себя на лавочке. Передо мной тату-салон. Я долго смотрю на заманчивое название. А потом поднимаюсь на ноги.

«Привет», — приходит с неизвестного номера.

Неформальное, бодрое. Дружелюбное?

На самом деле номер известный, но я не стала заносить его в телефонную книгу из чувства протеста. Зато запомнила. Номер заканчивается на «3646».

Я уже спать собираюсь, начало одиннадцатого. Рана прямо под левой грудью болит. Колет, зудит, но чесать нельзя. Она совсем крошечная. Всего шесть букв, Resist, что в переводе — сопротивляйся. Короткое помутнение, которое может дорого мне обойтись. Я сначала хотела зайчика на лопатке, но на рисунки в салоне очередь в несколько месяцев. А вот короткое слово мне выбили на перерыве.

Быстро улыбаюсь, вспоминая, как попросила выбить эту надпись сначала мне на лбу. Но мастер категорически отказался.

Эта надпись — мой секрет. Я сделала это со своим телом, потому что оно принадлежит мне. Пока что.

«Добрый вечер», — отправляю Владимиру.

«Чем занимаетесь, Анжелика?» — пишет он мне. Неужели снова хочет созвониться?! Настырный какой.

«Я уже засыпаю, у меня режим».

«Понял. Может быть, перейдем на ты? Раз уж так получилось», — и добавляет улыбку.

Так получилось.

«Как вам будет удобнее, Владимир».

«Хорошо. Ты очень красива, Анжелика. Как картинка».

«Спасибо».

«Я посмотрел фотографии с конкурса красоты и… был поражен».

Вдох-выдох. Все бонусы достаются первому месту. Приглашения модельных агентств, предложения руки и сердца.

«Спасибо, мне льстят ваши слова».

«Мы договорились, что будем на ты».

«Точно. Извини».

Дальше пауза. Он ничего не пишет, я тупо смотрю на экран.

3646, 3646. Не зря Тарас разозлился из-за конкурса красоты. А я еще обижалась на него.

«Спокойной ночи, Анжелика», — приходит от Владимира.

«И вам спокойной».

«Ой! То есть тебе», — быстро поправляюсь.

Доставлено. Прочитано. Ответ падает довольно быстро. Всего три слова. Вовсе не те, которые мечтает услышать невеста от своего жениха накануне свадьбы.

«Ничего, ты привыкнешь».

И волоски на коже снова дыбом. Я набираюсь смелости и открываю его аватарку. Увеличиваю и рассматриваю. До нашей встречи осталось меньше недели.

Он сделает публичное предложение, а я должна буду ответить «да». Дымарские, Гловачи и, может, кто-то еще, — все будут смотреть на меня в этот момент.

Хах. А он тоже кудрявый. Не так, как я. У меня пышные волнистые волосы. У него они темные, жесткие. Но вьются. Такое не скроешь.