Жюстина, или Несчастья добродетели - Маркиз Де Сад

— Надо спешить, сударь: скоро рассвет, и мы погибли,если нас здесь увидят…

— Ты сможешь отыскать дверь?

— Да, если вы дадите мне клятву.

— Какую же?

— Сохранить жизнь несчастной, которую вы собралисьубить, и отпустить меня на свободу, как только мы выйдем обратно.

— Насчет свободы можешь не сомневаться, — ответилразбойник, — но первое условие выполнить невозможно.

— В какое ужасное положение вы меня ставите! Зачемтолько я спустилась?

— Скоро рассвет, Жюстина, ты сама это сказала толькочто, нельзя терять ни минуты…

И трясущаяся от страха Жюстина шагнула вперед.

— Вот тополь, который я запомнила. За ним должна быть дверь.

Железное Сердце и его подручные бросились туда и скороотыскали потайной вход. Они подвели к нему девушку.

— Это здесь?

— Да, это та самая зеленая дверь. Отпустите же меня,сударь.

— Непременно, — сказал Железное Сердце, — мысдержим слово, которое тебе дали. Вот десять луидоров, поцелуй меня, дорогая… Ямог бы потребовать от тебя благосклонности, о которой так долго мечтал… я могбы наказать тебя за то большое зло, что ты причинила шайке, но то старое зло,намного меньше того, что ты сейчас сделала нашей жертве, было продиктованотвоей добродетелью, а нынешний твой поступок вызван эгоизмом. Мы, какзакоренелые преступники, понимаем эту разницу, посему ступай, Жюстина, но твояподруга погибнет… Прощай же, постарайся быть более счастлива, чем я вижу тебясегодня, и помни, что ты всегда найдешь друзей в лице Железного Сердца и егошайки.

— Вот так, — размышляла Жюстина, шагаяпрочь, — выходит, это еще один необъяснимый каприз фортуны? Я хотеласпасти невинное дитя от ярости злодея — он запер меня и собрался изнасиловать.Затем я отдала одну из моих новых подруг во власть другого людоеда и этототвратительный поступок… это страшное предательство, которое заставит менякаяться всю мою жизнь, предоставило мне свободу, деньги и положило конец моимстрахам. Прошу тебя, небесная справедливость, прояви свою волю так, чтобы онабыла мне понятнее, иначе я впаду в сомнения, которые могут тебя оскорбить.

Такие мысли одолевают нашу несчастную героиню. Между темдень угасает, и вот она видит, тот злополучный пруд и рядом то самое тенистоеубежище, где она собиралась отдохнуть три месяца тому назад; онаостанавливается, чтобы утолить голод, и снова идет по дороге в Оксерр, откудаотправляется 7 августа дальше с твердым намерением добраться в Дофин: этапровинция по-прежнему видится ее романтическому воображению как светлая надеждана счастье.

Она прошла около двух лье; жара начинала угнетать ее; онаподнялась на небольшой холм, поросший леском и удаленный от дороги, снамерением вздремнуть в тени часа два, тем более, что там было уютно ибезопасно; она расположилась под дубом и после скудного обеда погрузилась всладостный сон. Несчастная девушка спокойно насладилась им и, открыв глаза,принялась с удовольствием разглядывать приятный пейзаж, расстилавшийся передней: посреди леса, который уходил до самого горизонта справа, она заметилавдалеке небольшую часовню, скромно возносившую свой крест в синее небо… «Какоевосхитительное уединение, — подумала она, — как я тебе завидую!Должно быть, там находится прибежище кротких и добродетельных отшельников,которые думают лишь о Боге и о своих обязанностях; или, быть может, счастливоеуединение, ты даешь приют святым отцам, посвятившим себя религии, удалившимсяот этого пагубного общества, где порок непрестанно крутится вокруг невинности,оскверняет и уничтожает ее. Да, все земные добродетели должны обитать там, я вэтом уверена: когда развращенность человека изгоняет их с земли, они укрываютсясреди благословенных существ, которые боготворят их и практикуют каждодневно».Это зрелище волновало тем сильнее воображение Жюстины, что чувства самой пылкойнабожности не покидали ее никогда, ни в каких обстоятельствах жизни: презираясофизмы ложной философии, полагая их исчадием разврата, она с убежденностьюпротивопоставляла им свою совесть и свое сердце и находила и в совести и всердце необходимые на них ответы. Часто принужденная своими злоключениямизабывать порой об обязанностях религии, она искупала эту вину тотчас, когдаимела к тому средства.

Вдохновленная такими мыслями, она спросила юную крестьянку,которая пасла неподалеку овец, что представляет собой этот монастырь.

— Это бенедиктинское аббатство, — отвечалапастушка, — там живут шесть монахов, с которыми никто не сравнится понабожности и умеренности. Один раз в году туда приходят люди из здешних местпомолиться святой деве, и она дает им все, что они пожелают. Ступайте туда,мадемуазель, ступайте, не раздумывая, и вы не пожалеете.

Странно взволнованная этим ответом, Жюстина в ту же минутуиспытала живейшее желание просить заступничества и помощи у ног здешнейБогоматери.

— Я хочу ее увидеть! — с восторгом воскликнулаона.

— Я полюблю ее, ту, которой Всевышний дал милостьродить Бога, я паду ниц перед этим источником чистоты, невинности, благости искромности. Скорее туда, каждый миг промедления — это преступление, которого непростит моя религия.

Жюстина захотела, чтобы девушка пошла с ней; она умоляла ее,даже предлагала деньги, однако ничего не вышло: пастушка сослалась на то, чтоникак не может оставить свое стадо.

— Хорошо, — сказала Жюстина, — я пойду сама,только укажите мне дорогу.

Дорогу ей показали и уверили, что у нее вполне достаточновремени, чтобы добраться туда засветло, и что настоятель аббатства, самыйуважаемый и святой из людей, встретит ее радушно и окажет ей всю необходимуюпомощь. Его зовут дом[30] Северино, он — итальянец, близкийродственник папы, который благоволит к нему; это кроткий, честный, услужливыйчеловек в возрасте пятидесяти пяти лет, из которых две трети он провел воФранции. Получив все сведения, Жюстина поспешила к святой обители, где, судя повсему, Предвечный приготовил для нее радости и утешения.

Едва спустившись с холма, она потеряла часовню из виду.Теперь ориентиром ей служил только лес, и она подумала, что расстояние доаббатства, о котором она, кстати, забыла осведомиться, совсем не такое, как онасчитала вначале. Однако это ее не смутило; она дошла до края леса и, посколькусолнце стояло еще высоко, решила углубиться в чащу, надеясь по-прежнемудобраться до места до темноты. Между тем она не видела пока никакихчеловеческих следов: ни одной хижины, и дорогой ей служила узенькая тропинка,ощетинившаяся густыми кустами, по которой, очевидно, не ступала нога человека икоторая была протоптана дикими зверями. Жюстина прошла по меньшей мере пятьлье, никого так и не встретив, дневное светило скрылось, оставив мир вполумраке, и вдруг ей показалось, что раздался далекий звон колокола: надеждавспыхнула вновь, девушка прислушалась и пошла на этот звук; шла она быстро искоро оказалась в темном кустарнике, где тропа, еще более незаметная, чемпредыдущая, вывела ее в конце концов к монастырю Сент-Мари-де Буа. Такназывалась эта обитель.