Порочное влечение - Юлия Тан

Мне нужно срочно оказаться в ней. Я не выдержу больше ни одной гребаной секунды, если не почувствую Эмилию.

— Стой, — приподнимаю ее подбородок, осматривая припухшие губы. — Я хочу тебя.

Я встаю с дивана, поднимая Эмилию с колен. Скидываю свою рубашку и стягиваю с девушки топик, оголяя грудь. Притягиваю ее ближе к себе, быстро целуя в губы.

Подхватываю под бедра и аккуратно укладываю Эмилию на диван, прижимая весом своего тела. Мой член надавливает на возбужденный участок ее тела. Между нами всего лишь прозрачные трусики. Упираюсь еще сильнее, и заставляю ее прогнуться подо мной. Эмилия издает протяжный стон и закусывает нижнюю губу.

Я скольжу поцелуями к ее соскам, накрывая ртом по очереди каждый. Девушка извивается и пытается плотнее придвинутся ко мне. Я чувствую насколько она влажная, и больше не в силах терпеть.

— Джонатан, — мое имя слетает с губ Эмилии вместе со стоном.

В движение отодвигаю трусики и вхожу медленно, но напористо. Эмилия шире раздвигает бедра и слегка их приподнимает.

— Не останавливайся, — шепчет в губы.

Этой команды для меня достаточно, чтобы перейти от плавных толчков до грубых и быстрых. Наше дыхание и стоны смешиваются и разносятся по всем апартаментам.

Покидаю ненадолго Эмилию, чтобы перевернуть ее на живот. Девушка встает на четвереньки, эротично по-кошачьи прогнувшись в спине. Вот черт! От этого вида член больно запульсировал. Шлепнув ее по попе, я грубо вхожу в нее, удерживая за бедра.

Не проходит и нескольких минут как Эмилия протяжно застонала мое имя. Почувствовав ее пульсацию по всей длине, я также прихожу к наслаждению. Оргазм накатывает от кончиков пальцев на ногах и разливается по всему телу. Я за малым успеваю покинуть влажную плоть…

***

— Ты до сих пор обижаешься на меня из-за моих придирок на конференции?

Наши взгляды направлены в окно, откуда хорошо виден Бруклинский мост и берег Манхэттена. Мы перебрались на кровать в спальню сразу же после совместного душа.

— Я уже и забыла об этом.

— Я не хотел обидеть тебя, — целую Эмилию в волосы. — Ты просто свела меня с ума еще тогда, и я начал нести пургу. Одного взгляда было достаточно, чтобы я ревновал тебя ко всей мужской половине, которая была на конференции.

— А наша встреча в клубе? Я правда не знала, что Алан твой друг, и вообще, что ты имеешь отношение к «Бархатной ночи». Меня не должно было там быть. Меня уговорила пойти Лена. Но скорее всего она просто запала на Алана.

— Он не для нее. Лена хорошая девушка, а Алан всегда выбирает Мэл, чтобы не произошло. Лене не нужно все это дерьмо, — предостерег я. — В клубе я просто не поверил своим глазам, что мне могло так повезти, Эмилия. Я весь день думал о тебе и даже собирался послать цветы.

Эмилия удобно устроилась у меня под рукой и захихикала в ответ. Я глажу хрупкое плечико девушки, скользя пальцами по бархатистой коже. Ее волосы еще слегка влажные и разбросаны по белоснежной подушке. Вот как я готов засыпать оставшуюся жизнь. Все проблемы покинули мою голову: отец, деньги, компания. Мне кажется, что я свободен сейчас от всего.

— Почему ты так надолго пропал после Дня благодарения? Ты был в Венеции?

— Решал свалившиеся проблемы, и не мог разобраться со своими чувствами. Моя жизнь снова окрасилась в цвета, но это было неожиданно.

— Не по плану? — она тихо засмеялась.

— Можно и так сказать, — я улыбнулся, хотя знаю, что Эмилия этого не увидит. — Ну и Майкл рассказал мне об Алексе.

Я знал, что могу этим снова ее спугнуть. Знал, что Эмилия может снова закрыться от меня. Тема Алекса остается для нее болезненной, и она всегда уходит от ответа.

— Да, Алекс, — Эмилия тяжело вздохнула. — Александр, — сказала она с акцентом.

— Почему ты не указала его в анкете?

— Мы сильно поссорились на кануне. Я решила, наверное, его так наказать. Знаю, что это звучит глупо, но я была обижена и зла на него.

— Что же он сделал? — аккуратно спрашиваю я.

Я просто хожу по лезвию.

— Пытался снова отговорить меня от программы. Я уже выиграла грант, когда заполняла анкету, а он даже не поздравил меня. Просто игнорировал все, что было связано со стажировкой. Пытался давить на меня, и у него это в основном получалось. Если честно, я не знаю, как решилась на эту поездку. Алекс был зол, очень зол. Сейчас он то же не упускает возможность, чтобы упрекнуть меня.

— Почему ты терпишь такое отношение?

— Я слабая, Джонатан. Я боюсь, что развод как-то повлияет на Еву. Боюсь, что скажут родители, окружающие. Боюсь, что меня начнут жалеть. Боюсь Алекса.

— Алекса? — я напрягся. Если он трогал ее хоть пальцем, клянусь, я убью его.

Эмилия сильнее прижалась ко мне, будто прячась. Я крепче обнял ее в ответ, чтобы дать ей чувство безопасности.

— Алекса…

Эмилия не продолжила рассказ, и я услышал слабое сопение. Она уснула. Уснула и оставила меня наедине со своими догадками и мыслями. Почему она боится его? Или может быть я неправильно ее понял?

Я привстал, уложил девушку на подушку, и укрыл теплым одеялом обнаженное тело. Мне нужен свежий воздух.

Подхватив с тумбы телефон, я накинул банный халат, одел тапочки, и тихо вышел на небольшой балкон из нашей спальни. Он был припорошен снегом. На улице морозно, но я не ощущаю холод. Мое тело горит от переполняющих эмоций. Манхэттен переливается огнями с другой стороны Ист-Ривер, а на мосту сверкают фары автомобилей. Под ногами хрустит снег и доносится шум города, который к ночи немного утихает.

Мы сдвинулись с места: Эмилия приоткрыла мне в ход в ее мысли и душу, но я все еще стою на пороге.

Достаю из халата смартфон и нажимаю на клавишу быстрого набора. После восьми протяжных гудков Майкл наконец-то берет трубку:

— Джонатан, ты видел который час? — сонно ворчит он.

— Мне нужно, чтобы ты навел справки на мужа Эмилии Алекса. Чем быстрее, тем лучше.

— Поговорим об этом утром. Тем более кто захочет работать в праздничный день?

— Майк, это не просьба, — несколько грубо говорю я. — Я заплачу.

— Джон, дело не в деньгах…

Это последнее, что я услышал перед тем, как сбросить вызов. Я знаю, что Майкл все сделает. Он один из тех, кому я могу доверять.

Подкрадываюсь к кровати, где лунный свет освещает сексуальные изгибы девушки. Эмилия перевернулась набок, закинув ногу на смятое одеяло. Я, словно безумный, наблюдаю за тем, как она умиротворено спит.