Беременная для Зверя - Эллен Росс

— Ты о чём думаешь? — хмурится кавказец. — Мы детей не обижаем.

— Неужели? А меня тогда за что?

— Ты не ребёнок. Зверь иногда палку перегибает, но он не твой папаша. Так, как поступил Порох, Зверь никогда делать не станет.

— Что вообще произошло? Почему я за долги этого урода расплачиваться должна? Почему Зверь твой благородный сам к Пороху не пойдёт и не потребует с него? Почему я?!

Ризван вздыхает тяжело и рукой в сторону кровати машет.

— Ляг. Отдохни.

— И что дальше? Само рассосётся? Так, что ли? — огрызаюсь. Чувствую, что не на того мужчину злость и страх выплёскиваю. Но выходит само. Терпение моё истончается.

Оно тем тоньше становится, чем приятнее близость со Зверем. Интимнее, глубже, откровеннее. Мне уже самой к нему хочется. Как к мужчине. В угаре страсти он такие слова похабно-нежные говорит, что я рассыпаюсь в его руках. Но потом реальность накатывает, отрезвляя словами хлёсткими и отношением холодным.

— Знал бы, где Порох прячется, пошёл, — спустя пару минут говорит Ризван. — Он не дурак. Прячется. То тут, то там, как призрак. Хитрый очень и жестокий. Как волк, который лапу себе может отгрызть, чтобы из капкана вырваться.

— С чего бы Пороху прятаться? — спрашиваю. — Он же грозный и всех в кулаке держит.

— Потому и прячется. Покушений было на него много. Убрать его многие мечтают и до бабок его добраться. Опасаются. Но сейчас уже не так. Зверь многих под себя собирает… Долго он к этому шёл. Сейчас мы на нейтральной территории. Одной ногой на там, где людей Пороха достаточно, а другой — на той, где Зверь в своём праве. Скоро уедем. Там будет безопаснее. Но меры предосторожности лишними не будут.

— Хорошо рассказываешь, Шехерезада. Если Порох такой жестокий, то чего он выжидает?

— Вот этого я не знаю, Арина. И никто не знает. Сложный он. Свою партию разыгрывает. Мы можем только догадываться, какой набор карт у него на руках, а какие тузы в рукаве припрятаны.

— Вставай, Порохова.

Я вздрагиваю от голоса ледяного. Зверь на пороге горой возвышается и смотрит на меня. Взгляд его тёмный комнату напитывает энергетикой клокочущей. Не отпустило его ещё.

— Скоро будем выдвигаться. Готова?

— Ты не говорил, что сегодня уезжаем.

— Ризван сказать должен был, — цедит сквозь зубы Зверь. Взгляд вниз на запястье переводит, с браслетом широким от дорогих часов. — Времени в обрез.

Зверь поступью тяжёлой тишину номера пронзает и на кресло возле стола опускается. Через пару секунд в дверь номера стучат. Обслуга. Осторожно ставит на стол перед Зверем крохотную чашку с ароматным кофе.

— Молодец.

Зверь усмехается и купюру крупную прямо в декольте девице засовывает. Отвожу взгляд в сторону. Пусть лапает всех девиц, каких только захочет. Пусть хоть здесь, при мне, трахать начнёт. Но это только показные мысли. На самом деле мне неприятно. Настолько, что хочется кричать, рвать и метать. Кофе этот ароматный прямо ему в лицо выплеснуть.

— Свободна.

Зверь отправляет прочь девицу хлопком по заднице. Хлопок звонкий и смачный, аж в ушах звенеть начинает. Я успеваю увидеть, с каким довольным выражением на лице девица покидает номер отеля. Зверь — мужчина видный, желанный и состоятельный. Неудивительно, что она рада вниманию такого щедрого и брутального клиента.

— Долго мне ждать, пока ты свои тряпки в сумку утрамбуешь? — лениво интересуется Зверь, потягивая кофейный напиток.

— Мне они не нужны. Зачем? Чтобы ты их на мне рвал? Для этих целей и другие купить сможешь! — выдавливаю из себя.

— Могу. Куплю. Если захочу. Сейчас я хочу, чтобы ты, Порохова, жопу от кровати оторвала и метнулась на сборы.

Во мне возмущение кипеть начинает. Сильное и яростное. Пальцы сами в кулаки сжимаются. Смотрю на самодовольное лицо Зверя. Оно в оскале ублюдском застыло. Зверь смотрит он на меня так, словно не видит меня совсем. Меня саму не видит. Не видит ту, что Малой называл и как-то грубо, но берёг. Сейчас только фамилией клеймит.

Слышится стук. Не просто костяшками по двери, но ритм у него есть.

— Войди! — громко оповещает Зверь и опять на меня смотрит с лютой ненавистью.

В номере Ризван появляется.

— Почему она не готова? — рычит Зверь. — Я же сказал, чтобы к моему возвращению она у порога сидела на чемоданах.

— Мало ли что ты сказал, — пожимает плечами Ризван. — Но ей плохо стало.

— С хера ли? — скалится Зверь.

— Сам не догадываешься?

Ризван резким шагом номер пересекает, заходит в ванную и возвращается, неся тесты на беременность. Швыряет их на стол перед Зверем.

— На, блять, любуйся! — голос кавказца тоже накалён докрасна.

Зверь мгновенно самую суть выхватывает и понимает. Всё понимает. Сразу же.

— Ты чё, охренел? Ссаные тесты на стол вываливать?!

От гадких слов Зверя опять тошнота к самому горлу подкатывает. Поднимаюсь и пулей лечу в туалет, склоняясь над унитазом. Меня опять рвёт. Долго и муторно. Рвёт, даже когда рвать нечем, но желудок спазмами пустыми сотрясается и желчь отдаёт.

Потом я умываюсь водой ледяной и устало присаживаюсь около стены. Опираюсь на неё спиной. Тело трясётся ломкой страшной. Пот ледяной выступает на висках.

Дверь в ванную комнату приоткрывается. Зверь тёмной фигурой возвышается.

— Плохо ей. Врачам показать надо, — вставляет пару слов Ризван из-за спины мужчины.

— Тошниловка — привычное дело, — упрямится Зверь. — Зарему так неделями полоскало и ничего…

На этом он осекается и отходит вглубь номера.

— Встать можешь? — интересуется Ризван у меня.

— Слышь, ты какого хера трёшься возле неё, а? — слышится голос Зверя. — Отойди от неё. Руки убери.

— Такого хера, что ты её и по делу и без, шпыняешь… — спокойно отвечает Ризван. — Не видишь, блять, что она на ногах еле держится? У неё здоровье женское может быть слабым. Заездил, жеребец.

— Не твои проблемы. Свали отсюда…

— Свалю. С ней что сделаешь? Поступишь так же, как её поганый папаша?

Ризван дверь закрывает в ванную. Нарывается он на трёпку. Зверь хоть и держится теперь так, словно я — место пустое. Но всё же злится, когда ко мне по-человечески Ризван обращается и заботу проявляет. Сам Зверь на заботу и внимание не способен, наверное.

— Две минуты тебе даю, чтобы ты на хрен убрался! — внезапно спокойно говорит Зверь. — Не лезь.

— С ней что будет? — не отступает Ризван.

— Нормально с ней всё будет, — огрызается Зверь. — Не беси меня. Последнее предупреждение тебе, брат, выписываю.

— Срать я хотел на твои предупреждения. Хоть первые, хоть последние. Ты берегов не видишь. Бесишься на ровном месте. Она тут при чём? Взял, чтобы родила? Так сделай так, чтобы родила, а не копыта откинула раньше времени! Твоя Зарема легко ходила? Или как?!