Грязная любовь - Меган Харт

– Да?

Он тряхнул головой и спросил:

– Хочешь, чтобы я ушел?

Я этого не хотела, но именно потому, что не хотела, кивнула:

– Да, думаю, так будет лучше.

Дэн несколько секунд молча сверлил меня взглядом, затем что-то прошипел и вскинул руки.

– К черту! Ладно. Пусть так. Я уйду.

Далеко уйти ему не удалось. До журнального киоска вниз по улице и обратно – меньше десяти минут. Я даже не успела ликвидировать беспорядок на кухне, когда входная дверь заходила ходуном от его удара. Я, может быть, и не открыла бы ему, но мысль о том, что его видят соседи, заставила меня изменить решение. Я распахнула дверь и увидела перед собой букет алых роз. Дэн глянул на меня поверх них.

– Извини.

Если на моем лице отразилась хотя бы тень нахлынувшего на меня ужаса, то и этого было бы достаточно, чтобы он мог представить себе мое состояние. Я отступила с гримасой на лице. Мой брат умер среди роз. Он утопал в розах. Розы были на похоронах. На его могиле.

С тех пор я ненавижу розы.

– Элли?

Я закрыла лицо ладонями, чтобы не чувствовать их запах.

– Убери их!

Дэн недоуменно перевел взгляд на розы, снова на меня, затем выглянул из-за двери и кинул их в мусорное ведро, стоявшее рядом с моей маленькой верандой. Зайдя внутрь, он захлопнул за собой дверь. Я вытянула вперед руку, не позволяя ему подойти ко мне ближе.

– Какая женщина не любит розы? – У него было такое озадаченное выражение лица, что в другой ситуации я засмеялась бы, но сейчас мне было не до смеха.

– У меня на них аллергия, – солгала я. – К тому же я сказала тебе уйти!

– Никуда я не пойду, пока ты не объяснишь мне, в чем, черт возьми, дело! – заявил он.

Я бросилась в гостиную, но Дэн успел схватить меня за локоть и повернуть к себе.

– Отпусти!

– Там кто-то есть? – спросил он, не выпуская моего локтя.

– Почему мужчины всегда задают этот вопрос первым? – Я выдернула свою руку из его хватки.

– Так как? – не отвечая на мой вопрос, снова спросил он.

– А не пойти ли тебе, Дэн, в одно из известных мест? – осведомилась я, но горло у меня сжалось, а голова вдруг стала раскалываться. Я не хотела начинать этот разговор, и теперь, когда это все-таки произошло, не знала, как его избежать.

Дэн потянулся к воротнику рубашки и принялся расстегивать пуговицы.

– Ну, если ты этого хочешь…

Я попятилась от него.

– Ну ты, умник! Я сказала: убирайся из моего дома!

Дэн наступал на меня. Его рубашка распахнулась. Я никогда не видела его таким – в его глазах словно бушевал шторм. Его ясные сине-голубые глаза, похожие на сверкающую на солнце водную гладь в безветренный полдень, вдруг потемнели, как темнеет озеро перед грозой. Его рот решительно сжался, превратившись в узкую линию, и я неожиданно подумала: неужели когда-то видела его улыбающимся?

– И не говори мне, что ты этого не хочешь.

Я открыла было рот, чтобы возразить, но поняла, что не могу выдавить из себя ни звука. Заикаясь, все-таки умудрилась пробормотать что-то отрицающее его предположение, но это только превратило его усмешку в ядовитый оскал.

Дэн скинул с себя рубашку и принялся за ремень. Я снова отступила. Сердце неистово колотилось в груди. Я не могла отвести от него взгляд, словно завороженная его гневом, его решимостью.

– Ну же, Элли, скажи!

Я сделала несколько глубоких вдохов.

– Я говорила тебе с самого начала, Дэн.

– Да, ты не ходишь на свидания, – фыркнул он, смерив меня взглядом с головы до ног. – Ты позволишь мне трахнуть тебя семь раз в воскресенье – каждый раз в новой позе, – но откажешь мне в свидании. Элли, а какая, собственно говоря, разница в том, как мы называем одно и то же?

– Для меня это не одно и то же! – Возможно, мне стало бы легче дышать, если бы я могла заплакать, но слез не было. – Это другое, Дэн. Я не могу. Я просто не хочу… Не хочу… – Я затрясла головой и еще несколько раз глубоко вдохнула под пристальным взглядом Дэна. – Я не хочу бойфренда.

– Почему? – Дэн застегнул ремень все еще подрагивающими от снедающего его гнева руками, стал застегивать рубашку. – Я подхожу тебе для удовлетворения потребностей твоего тела, но вместе с тем недостаточно хорош для тебя? Ты это хочешь сказать? Что ты меня стыдишься? Или, может быть, ты замужем? В чем причина?

– Я не замужем.

– Тогда я не понимаю, – уже чуть мягче произнес он, застегивая последнюю пуговицу и снова уменьшая расстояние между нами. – И честно говоря, я начал было уже думать, что мы стали друзьями.

Дэн коснулся меня. Секунду потерпев его прикосновение, я отпрянула, села на диван и взяла в руки подушку – чтобы между нами была хотя бы какая-то преграда. Дэн этому намеку не внял, сел рядом.

– Я думала, тебе нравится со мной спать. – Объяснение, конечно, было так себе, но на тот момент оно оказалось единственным пришедшим мне в голову.

– Нравится. Нравится, Элли. Но мне еще нравится просто быть с тобой рядом. Или тебе это не нужно? Так, просто парень для интимных забав?

По его голосу было ясно, что ему неприятно, если не больно об это говорить, и я почувствовала к себе отвращение. И оно тут же обратилось против того, кто заставил меня это чувство испытывать. Дергая за кисточки подушки, я постаралась найти достаточно утешительные слова, чтобы не задеть Дэна еще больше, объясняя ему движущие мной мотивы.

– Мне не нужен бойфренд, – повторила я, не зная, с чего начать. – Мне не нужны такие отношения. Бойфренд – это цветы, это держаться за руки и обязанность покупать миленькие открытки на праздники. Это также вложение, эмоциональное вложение, которое я делать не хочу. И не хочу получать в ответ ничего подобного.

Дэн издал низкий горловой звук, и мне захотелось ударить его за понимание, хотя изъяснялась я маловразумительно.

– Ты не хочешь, чтобы я ждал с тобой встреч, чтобы нас связывало что-то другое, помимо секса?

– Потому что у меня уже был один бойфренд.

– И он причинил тебе боль.

– Все было не так просто.

– А в отношениях с людьми по-другому и не бывает. – Дэн со вздохом взъерошил волосы. – Мне одно непонятно. Поэтому все мужчины, включая меня, должны расплачиваться за его грехи?

– Что-то в этом роде. – Сказать-то я это сказала, но опять не совсем то, что имела в виду.

– Элли… – Дэн умолк, словно не в силах подобрать слов, что для него было необычно. – Мы встречаемся с тобой уже четыре месяца, но я до сих пор мало что о тебе знаю.

Я не заметила, как расплела кисточку подрагивающими от нервного возбуждения пальцами и стала скатывать нити в шарики.