Кент - Елена Синякова

— …осталось еще двое?

— Да, детка.

— А что, если придет тот первый боец, который победил всех и сорвал куш год назад?

— Не придет.

— Откуда такая уверенность, Зак?

Я приподняла голову, упираясь легко подбородком в его грудь, и заглядывая в карие глаза, в которых было столько чувств, что я на секунду растерялась, когда услышала:

— …потому что это был я….

Господи, пожалуйста, кто-нибудь пожалейте мой бедный раскалывающийся мозг, потому что единственным моим желанием сейчас было окунуть свою ломающуюся голову в тот импровизированный бассейн, что был вокруг клетки.

— Зак…ты ведь пошутил, сейчас, да?… — едва выдохнула я, цепляясь пальцами за его тонкую майку под черной кожаной курткой, и прекрасно понимая, что Зак говорил на полном серьезе, когда мужчина лишь молча кивнул головой, наблюдая за своим другом в клетке, который присел на корточки, чтобы взять пачку сигарет с пола, снова закрив, пока кто-то пытался унести с ринга тушку Сумоиста, что был по-прежнему без сознания.

— …он рассказал тебе о Кэндис?…

Воспоминание, как Кент рассказал о том, что стало с его сестрой, до сих пор сжимало сердце до потемнения в глазах.

Потому что это было жестоко.

Бесчеловечно.

Больно.

И теперь, глядя снизу в темные глаза Зака, я отчетливо видела ту же едва сдерживаемую боль, что была и в голубых глазах Кента, когда он рассказывал о Кэн, видя, как Зак кивнул, проговорив приглушенно и так сухо, словно просто излагал факты какой-то истории….но я понимала, что он делает это лишь потому, что внутри слишком больно. И если его голос дрогнет, то Зак сорвется на крик.

— Не думаю, что Кент рассказал тебе все. Когда мы нашли того ублюдка, то были вместе. Вместе наказывали, вместе убивали и кидали на месте смерти нашей Кэн. Но когда его труп был обнаружен полицейскими, Кент пошел в полицию сам и сдался, рассказав все, как было…но взяв всю вину на себя. Он сказал мне, что не допустит, чтобы нас посадили вместе, и тогда мама с сыном остались бы совсем одни без помощи, без защиты, и средств к существованию. Я должен был остаться, чтобы быть рядом и помогать во всем…но не мог смириться с тем, что мой брат был совсем один. От юристов я узнал, что если он будет хорошо себя вести, помогать следствию и заручится поддержкой начальства, то его смогут выпустить досрочно…а еще можно было заплатить, чтобы его выпустили раньше. Но таких денег заработать я не мог, будучи обычным механиком в автосалоне.

Зак тяжело помассировал переносицу, не опуская глаз на меня, пока я дышать не могла, слушая мужчину и узнавая его и Кента еще больше в этот неожиданный и страшный момент, когда комментатор снова завопил из всех динамиков о новом бойце, который бросает вызов непобедимому Бродяге, отчего я дрогнула всем телом, ощущая, как ладони Зака успокаивающе погладили мою напряженную спину.

— Я узнал об этих боях случайно от одного парня, который участвовал сам и заехал в наш автосервис по дороге в больницу со сломанной ногой. Пришлось оставить маму и сына на пару месяцев, пока я был здесь, но мне удалось убедить босса, что мы получим гораздо больше денег, если сделаем бои зрелищными…Он согласился. Я победил. Но даже этих денег было недостаточно, чтобы сделать сыну операцию. Часть их них мы отложили в копилку, а вторую часть отдали, чтобы Кента выпустили на свободу. Как понимаешь, с судимостью не так то просто найти работу. Еще сложнее заработать столько денег, сколько нам нужно дособирать на операцию…поэтому Кент здесь.

Я шумно выдохнула, быстро заморгав и понимая, что переваривать всю информацию в эту секунду я просто не смогу, потому что на ринг вышел следующий претендент на большой куш, который можно было заработать всего за одну ночь, просто победив Бродягу.

И откуда только брались эти чертовы сумасшедшие?!

Почему никто не запугал их еще до начала боя?!

Зачем они выползали в клетку один за другим, не переживая о том, что с ними случится то же самое, что с бойцами до этого?!

Тот, что вышел сейчас, четвертый, был такой же самоуверенный, как и Сумоист, но держался при этом не нагло и достойно, первым делом склонив голову в приветствии Бродяге, что поднялся с корточек, откидывая от себя недокуренную сигарету в бассейн, так же молча кивнув ему.

Было очевидно, что парень был не так просто, как мог показаться сразу, когда комментатор стал вещать о том, что новый претендент мастер спорта по восточным единоборствам и уже когда-то участвовал в боях под прозвищем Черный дракон.

В каком месте он был черным, для меня оставалось загадкой, но это было не главное, когда он сделал первый выпад на Бродягу ловко, быстро и явно умеючи, отчего мое сердце дрогнуло и замерло где-то в области между копчиком и коленной чашечкой.

Не в силах смотреть на то, как мужчины наносили друг другу выверенные удары такой силы, что их отголоски отскакивали от стен нулевого этажа, я обхватывала руками торс Зака, ощущая его поглаживающие ладони на себе, и понимая, что не все так просто в этот раз судя по тому, как мужчина был напряжен.

Я не могла себя заставить смотреть на клетку, в которой бились двое мужчин, готовые просто растерзать друг друга, ради денег…но если я знала, что помыслы Кента были глубокими и чистыми, то проклинала всей душой второго бойца, который посмел покуситься на святое.

Страшно было увидеть, кто из них кричал и рычал, что можно было услышать даже сквозь гул и крики мужчин, которые что-то выкрикивали, поддерживая не то Бродягу, не то этого Дракона…

Лишь когда раздалось жуткое шипение и коллективный громкий ОХ всех мужчин на этаже, включая Зака, я поняла, что Кенту досталось, обернувшись и взвыв в руку Зака, закусывая кожу на его куртке, оттого, что на боку Кента рисовался жуткий ожог от раскаленной до бела клетки, вырисовывая на его коже ромбики от сетки.

— Давайте же, брат. Давай! — рыкнул Зак, напрягаясь всем телом и явно готовый броситься вперед, чтобы помочь Кенту, наплевав на все правила, с большим трудом удерживая себя на месте и закрывая мои глаза своей ладонью, когда послышался рык, а затем жуткий хруст…

И я бы упала в обморок, повиснув в сильных руках Зака, если бы не восторженные крики мужчин, которые осыпали Бродягу своими деньгами, надеясь на его победу и свой немалый выигрыш.

Не представляя настолько сейчас было больно Кенту, я зажмуривалась как только могла, утыкаясь лицом в грудь Зака, лишь бы только не разрыдаться, боясь, что даже сквозь этот гул низких мужских голосов, Кент услышит меня…и проиграет.

Я боялась этого так сильно, что глотала свои слезы, чувствуя, как Зак положил ладонь на мой затылок, гладя мягко и поддерживающее, когда склонил голову, упираясь подбородком, и прошептал:

— Ты еще плохо знаешь Бродягу, детка. Он упрямее черта, и если что-то задумал, то его не остановит даже бронетанк….И чем больше и сильнее его бьет судьба, тем крепче он становится, назло всем, кто пытается сломить его. Иногда я готов прибить его за эту черту, но лишь она вытаскивала его из таких ситуаций, которые обычным людям не снились и в страшных снах.