Непокорная - Екатерина Орлова

Одри

Я спокойно пакую вещи в сумку. Через час мы с Винсом возвращаемся в Вегас. Он не торопит меня и не давит. Но я уже действительно готова вернуться в большой мир. Мне понадобилось два месяца, одна неделя и три дня, чтобы вернуться к жизни. Одна эмоциональная встреча с родителями, а потом еще одна более спокойная, чтобы простить их. Сообщение о мучительной смерти Кенвуда, полученное от Дарка, принесло желаемое успокоение и страх отступил.

Вообще я совсем не кровожадная, но почему-то эта мысль согрела меня. Возможно, потому что больше мне не нужно бояться высунуться на улицу. Или потому что я чувствую себя отмщенной. Мне лишь только важно было убедиться, что Келлан в этом не участвовал. Я не хотела, чтобы он марал свои руки о такую мразь, как Дамиан Кенвуд. Но Дарк сказал, что никто из них не принимал в этом участия, ему только прислали доказательство его смерти. Я не хотела знать, что это означает, а Дарк деликатно промолчал и не стал вдаваться в подробности.

Для меня также важно было знать, что Айви теперь в безопасности, Дарк заботится о ней, но только на расстоянии. У них и так были непростые отношения, а то, что Айви стала средством достижения цели, окончательно выбило почву у нее из-под ног. От Винса я знаю, что между Айви и Дарком сейчас все непросто и я даже пыталась поговорить с ней, но Айви ответила, что надела штанишки взрослой девочки, а потому будет разбираться сама. Я уважаю ее решение, потому что сама в процессе и штанишки натянуты уже выше колен. Осталось прикрыть ими свою голую задницу, чтобы все встало на свои места. А для этого мне потребуется помощь некоего мужчины, о котором я все чаще думаю последние две недели.

Я скучаю по Келлану. Скучаю так, что внутри все сжимается при мысли о нем. Он завалил меня сообщениями и несколько раз звонил, но я не ответила. Тогда я была еще не готова к встрече с ним, а теперь… Я не готова к тому, какой я решила сделать эту встречу, но знаю наверняка, что, если не перешагну этот рубеж, то никогда не стану прежней собой. Мне надоело скрываться и выдавать себя за ту, кем я не являюсь. Устала зависеть от чужого мнения и хочу наконец дышать полной грудью. И только Келлан может помочь мне сделать это.

Застегиваю сумку и в последний раз осматриваю свое убежище. Домик в лесу в штате Колорадо стал местом, в котором я обрела покой. Ежедневные сеансы психотерапии с Винсом, который прожил здесь со мной все это время, помогли выдернуть меня из черной депрессии и побороть страх. Дружба с Элисон, которая пробыла здесь пару недель, помогла понять, что я не сама. Как странно она появилась в моей жизни. Была обычной медсестрой в клинике, в которой я лечилась после… тех страшных событий. А в итоге стала мне подругой и по просьбе Винса согласилась поехать с нами в Колорадо. Ясное дело, что ее привлекла кругленькая сумма, которую ей предложил Винс, потому что у нее больная мать. Но Элисон не просто ухаживала за мной и ставила уколы, она действительно стала мне подругой и человеком, который заставил впервые рассмеяться после изнасилования. Элисон обладает таким характером, что ее невозможно не любить. Она смешливая, сопереживающая и скромная. Этим она подкупила Винса, который, кажется, влюбился в нее без оглядки чуть ли не с первой встречи. Все две недели, пока Элисон была тут, я наблюдала за тем, как Винс обхаживает ее, но у Элисон своя драма в жизни, и она дала Винсу понять, что не может быть с ним. Хотя, глядя на моего друга, я понимаю, что он не сдался и по приезде в Лас-Вегас будет штурмовать эту крепость.

Я сажусь в машину, готовая к долгой поездке до самого Вегаса. Погода таким ранним утром достаточно прохладная, и я набрасываю кардиган, который предусмотрительно взяла в салон машины. Я не хочу закрывать окно. Последний раз перед отъездом услышать шум леса и пение птиц, чтобы запомнить эти звуки и вспоминать каждый раз, когда начну забывать о том, что со мной произошло. Хочу связывать последствия страшного события не с ним с самим, а с выздоровлением и тем, насколько приятно было находиться в небольшом деревянном домике в окружении друзей. Провожаю взглядом деревянное строение, пока оно не скрывается за поворотом.

– Готова? – только сейчас спрашивает Винс, кинув на меня быстрый взгляд.

– Теперь да.

– Одри, я хотел обсудить с тобой встречу с Келланом.

– Мы уже сто раз об этом говорили, Винс.

– Я хочу убедиться, что ты уверена в принятом решении.

– Я уверена.

– Хорошо. Буду тебе верить. – Винс улыбается. – как насчет музыки?

– Никакой классики, – отрезаю я, но Винс и так это знает.

В подвале играла классическая музыка и теперь она всегда будет ассоциироваться у меня с монстром, который разрушил мое доверие к людям и принципы, в которые я верила. Но я собираюсь восстановить их, как бы тяжело это ни было сделать. Я смогу.

Проехав почти половину пути, Винс останавливается у придорожной забегаловки.

– Чертовски хочу есть, – говорит он.

В последнее время мой аппетит также улучшился, но чувство голода я пока испытываю редко, так что стараюсь питаться по часам. Винс знает это и каждый раз, когда он предлагает поесть, ссылается на то, что сам голоден. Мы играем в эту игру уже третий месяц и оба довольны результатами. Мы заказываем бургеры с колой и картошкой фри, присаживаемся за столик на улице и начинаем есть.

– Нам ехать еще очень долго, предлагаю остановиться в гостинице на ночевку, – говорит Винс, пока я рассеянно жую свой бургер.

– Я не против.

– Слушай, Одри, я вот что хотел с тобой обсудить. – Поднимаю на Винса взгляд и уже знаю, о чем пойдет речь.

– Не надо. Пожалуйста. Если я буду идти к выздоровлению медленным путем, то это может затянуться на годы, Винс. Я хочу забыть этот кошмар как можно скорее и вернуть себе меня настоящую.

– Если что-то пойдет не так, ты можешь усугубить ситуацию.

– Ты уже говорил мне про риски и я готова пойти на них. Помоги только все подготовить.

– Я уже сказал Амелии все приготовить для тебя.

– Спасибо, – тихо отвечаю и утыкаюсь взглядом в картошку фри.

То, что я задумала, может быстро выдернуть меня из ужаса пережитого или засосать окончательно. Мне больше не приходили в голову идеи покончить жизнь самоубийством, но всегда остается риск. Я хочу избежать этого, но не готова ждать своего исцеления еще хотя бы неделю. Мне хочется сбросить с себя весь этот ужас как сбрасывают мокрый плащ после дождя. Ради этого я готова потерпеть.