Непокорная - Екатерина Орлова

Келлан

Как только официантка удаляется от стола, Винс откидывается на спинку дивана с дешевой виниловой обивкой и сверлит меня взглядом.

– Одри нет в городе, – спокойно заявляет он.

– Что?

– Если бы ты отвечал на мои звонки, то знал бы об этом еще вчера вечером.

– Ты забрал ее? – Он кивает. – Где она?

Винс вздыхает и подается немного вперед.

– Кей, послушай…

– Где она? – спрашиваю я громче.

– Блядь, угомонись, брат. И выслушай старого друга. – Я раздраженно провожу рукой по отросшим волосам, рассеянно замечая, что с момента страшных событий не стригся. Меня бесит спокойствие Винса и его желание все решить за нас с Одри, но я решаю его выслушать, а потому киваю. – Ей нужна реабилитация после пережитого.

– Ей нужен я.

– Да, но не сейчас.

– Какого хера это должно означать? – рявкаю я, и несколько посетителей косятся на нас.

– Поумерь свой пыл, жеребец. Я вывез ее за город в надежное место.

– Она там сейчас сама?

– Нет. С ней эта медсестра из больницы, Элисон.

– Ты оставил ее с чужим человеком?

– Да заткнешься ты наконец? – рычит Винс и я чуть ли не впервые вижу своего друга таким грозным. В этот момент официантка ставит наши чашки с кофе и удаляется от стола. – Вчера сразу после твоего ухода из больницы мне позвонила Одри. Сама. Попросила забрать ее и сказала, что ей нужна помощь. Кей, она хотела покончить жизнь самоубийством. – Волосы на моей голове зашевелились от ужаса. – После дневного сна она проснулась с твердым намерением сделать это и даже начала разрабатывать план, как это осуществить. Ее напугали слишком яркие картинки того, как все будет происходить, и она позвонила мне.

– О, господи, – выдыхаю я, утыкаясь лбом в ладони.

– Поэтому я забрал ее и увез подальше. Сегодня я тоже уеду, как только решу пару дел в городе. Я обещаю тебе, что верну тебе прежнюю Одри, но на это понадобится время. Я ожидаю, что ты будешь вести себя благоразумно и дашь ей так необходимое сейчас пространство.

– А что будет со мной? – спрашиваю я, поднимая голову.

– Кей, ты большой мальчик. И сильный. Ты не нуждаешься ни в какой другой поддержке, кроме дружеской. Ее я готов оказывать тебе хоть круглосуточно.

– Я нуждаюсь в ней.

Винс согласно кивает.

– Как и она в тебе.

– Я хочу услышать это от нее.

– Вряд ли она тебе сейчас признается в любви.

– Нет. Я хочу услышать о том, что она нуждается в пространстве.

Винс пару минут молча изучает мое лицо, а потом достает телефон, несколько раз клацает по нему и подносит к уху.

– Милая, рядом со мной кое-кто. Он хочет поговорить с тобой. Да. Никакого давления. И помни, что ты в любой момент можешь положить трубку, ладно? Никто ни к чему тебя не принуждает. Но Келлан очень просит о коротком разговоре. – Винс кивает. – Умница, – заключает он и передает мне трубку. – Не дави на нее и не обвиняй, – шепчет он, пока я подношу к уху телефон.

– Одри?

– Привет, Келлан. – От ее затравленного голоса сводит все внутренности. Знать, что она в безопасности – сейчас для меня это самое главное. Но слышать боль и страдание в ее голосе… Это раздирает мои внутренности в клочья. И самое страшное во всем это то, что я не рядом и не могу прижать ее к себе, чтобы утешить и сказать, что все будет хорошо.

– Как ты, маленькая? – Я стараюсь звучать спокойно, чтобы не показывать Одри, в насколько сильном раздрае нахожусь.

– Пока не знаю.

– Ты позволишь навестить тебя? – Она молчит, я слышу в трубке только ее тяжелое дыхание. Потом перевожу взгляд на Винса и тот слегка качает головой. – Давай договоримся вот о чем: когда ты будешь во мне нуждаться, просто позвони, ладно? Я приеду в любое время суток. Или если просто захочешь поговорить со мной по телефону, тоже позвони. – Понимаю, что моя речь бессвязная, но хочу, чтобы она знала, что я рядом и готов каждую минуту примчаться к ней.

– Хорошо, – выдыхает Одри.

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– Да, уже лучше, спасибо.

Винс жестами показывает, чтобы я прекращал разговор, а я не могу заставить себя отключиться, потому что, как наркоман, хочу еще дозу. Еще немного ее голоса, ее дыхания. Хоть что-нибудь. Я не видел Одри всего несколько часов, а скучаю уже так, как будто прошла неделя.

– Милая, мне пора идти, – разочарованно произношу я.

– Мне тоже. – Она молчит несколько секунд. – Келлан?

– Да?

– Спасибо, что спас меня.

– Это был не я.

Как бы мне ни хотелось выглядеть рыцарем в сияющих доспехах, но действительность такова, что всю грязную работу за меня выполнили парни из Бостона, и я им безмерно благодарен. Я лишь слегка коснулся этого беспорядка, размяв кулаки о пару челюстей. Все, что я сделал, – это обеспечил прикрытие Начо и его команде, забрал Одри из грязного подвала и договорился со знакомым врачом, которому когда-то оказал услугу, что Одри будут лечить, не задавая лишних вопросов. Прокурор обеспечил отсутствие полиции в больнице. В общем, в ту ночь каждый занимался тем, что умел лучше всего. Возможно, именно поэтому операция по спасению девушек увенчалась успехом.

– Это был ты, – уверенно заявляет Одри, заставляя мыслями вернуться в настоящее. – Я позвоню тебе, Келлан. Я обязательно позвоню, – тихо говорит она и связь прерывается.

Словно находясь в прострации, я возвращаю Винсу телефон. Достаю из кармана пару смятых купюр, кладу их на стол и поднимаюсь.

– Позаботься о ней, – прошу я, бросая на друга последний взгляд.

– Ты же знаешь, что так я и сделаю, – отвечает он.

Я разворачиваюсь и выхожу из кафе, судорожно перебирая в голове места, куда могу сейчас поехать. Я взял на работе отпуск на месяц и теперь не знаю, куда себя деть. Единственный шанс прийти в себя сейчас – это съездить к родителям и вернуться на работу раньше. В противном случае я рискую сойти с ума от переживаний. Достаю телефон с твердым намерением позвонить отцу, чтобы договориться о моем приезде. Но сначала набираю номер делового партнера и сообщаю, что через три дня вернусь в строй. Да, работа однозначно должна помочь и отвлечь меня. Насколько долго продержусь, я точно не уверен, и я чертовски сильно надеюсь, что Одри позвонит мне до того, как я окончательно свихнусь.