Жестокие игры - Ульяна Громова

Когда он стал таким? Или уже был, когда появился в их с отцом доме? Алина не могла ответить на этот вопрос, но мысль об отце и то, что Олег уже содрал с нее трусики, придала сил и смелости. 

— Отстань от меня, ублюдок! — закричала и дернулась соскочить с постели, но щеку обожгла пощечина.

Девушка захлебнулась криком и словами, а в следующую секунду ее перевернуло и бросило на живот. Между ног по бедрам больно по саднящим полосам от плетки ударило колено, а на горле оказались пальцы сводного.

Он запрокинул ее голову так, что чуть не отрывал ее, Алина не могла кричать, кожа натянулась, позвонки вытянулись и едва не разрывали между собой связи. Девушка открыла рот, чтобы уменьшить напряжение, и почувствовала, как в ее сухую плоть проталкивается член. Слезы катились по щекам ручьем, она поднялась на вытянутых руках, чтобы ослабить болезненное натяжение, но Олег обрушился на нее, придавил телом, отпустив горло и зажав ладонью рот, сжимая челюсти.

— Что такое, Алиночка, радость моя? — шептал на ухо. — Ты разлюбила меня? Втрескалась в этого урода Грома, да, моя лапочка? — издевательски ухмылялся, ударяя бедрами о ее задницу. — Ничего, милая, стерпится-слюбится со мной. Я буду хорошим мужем…

Он издевательски-ласково сыпал обещаниями красивой и богатой жизни, приходуя сестру на свой счет вместе со всем ее приданым и рюкзаком с бабками, которые заберет у говнюка Грома. Наслаждался быстрым грубым сексом и мыслью, что уже сегодня будет свободен от отчима — или как назвать нового мужика матери, который его в силу возраста не усыновлял? Мысленно уже закидывал ноги на ясеневый стол медиамагната в его домашнем кабинете и потягивал дорогущий виски из его бара — упырь мог себе позволить бутылку вина, вискаря или коньяка из эксклюзивных коллекций, в которых и десятка бутылок не начитывалось, чертов гурман!

Алина ревела и уже не сопротивлялась, только ждала, когда Олег закончит насиловать ее, чтобы сбежать из дома и позвонить отцу.

А Олег ловил кайф от оргазма, вызванного не столько телом сестры, сколько собственными мыслями. Что Алина? Одна из миллиона шлюх. Когда он завладеет медиа-империей, у него таких будет по пачке в день. Впрочем, они ему не очень-то и надо, пока рядом будет Ден.

Но и от него нужно будет избавляться. Осталось придумать, как это сделать, чтобы его отец — авторитет в криминальном мире — не вздернул самого Олега за яйца и не сделал из него решето.

Хотя… все ведь просто — у Олега на примете есть киллер, которого можно будет слить папаше сразу после выполнения этого заказа.

Прощай, Гром.

План сыграть последнюю Игру, как и сперма выплескивался, толчками. Только на этот раз сеанс будет без всяких инкогнито и по его — Олега — правилам, один на один — он и Гром. И ставка будет больше, чем те миллионы — Олег заберет их так и так. И вгонит киллера в такие долги, что ему придется их отработать — убрать Денчика. Жаль, хороший был кошелек и любовник, но незаменимых нет.

Осталось найти двух живцов для Игры — людей, ради которых Гром пойдет на это. Одним вполне может стать его малахольный дружок, кажется, Пашка его зовут. А вот кто второй?..

Олег задумчиво щурился, натягивая штаны и глядя, как поспешно одевается Алина. Красивая сучка, даже заплаканная и растрепанная она безумно привлекательна… тем состоянием, что упадет ей в руки после смерти папаши. Что ж, какое-то время Олег будет примерным мужем, покажет себя с лучшей стороны, войдет в семейное дело, а потом…

С людьми и без киллеров случаются разные несчастья. Они употребляют наркотики, сходят с ума, становятся недееспособными... Еще один взгляд на не-сестру уже был осмысленным:

— Вставай, милая, нужно кое-куда съездить, а по пути заскочить в ЗАГС. Паспорт возьми, распишемся сегодня, — бросил взгляд на настенные часы.

Олег заранее договорился, оплатил госпошлину и заполнил заявления от обоих. И стоило ему это всего коробки конфет, ужина в ресторане с жарким сексом в номере отеля — не все женщины стоят дорого, как его сводная сестрица.

— Дай сюда! — рыкнул и выхватил сумочку из ее рук, сам достал паспорт и сотовый. Убрал в нагрудный карман джинсовой рубашки и застегнул клапан, оценивая, как Алина закусила губу и отчаянно смотрела, как уплывает из её рук девайс. — Думала позвонить папочке? — усмехнулся зло. — Теперь я за него, — дёрнул девушку за руку и потащил из комнаты к балкону, стащил по лестнице и швырнул в машину на переднее сиденье.

Охранник едва успел отскочить с дороги к воротам, которые открыл, увидев летевшую от особняка машину молодого хозяина, и только покачал головой.

* * *

Алина

Ее трясло. Не только ее — девушке казалось, трясет саму ее жизнь. Она ничего не понимала. Что происходит? Слезы текли по лицу сами по себе, сердце сжалось в горошину и еле шевелилось. Легкие и те словно обезвоздушились, и все свободное пространство теперь заполнял холодный ужас и паника.

Но девушка старалась держать их на цепи — не время сдаваться, она должна найти способ позвонить отцу. Дурное предчувствие пробирало ознобом, и тогда Алина становилась похожа на ощипанную гусыню с крупными пупырышками там, де еще недавно были перья. Теперь девушка чувствовала себя голой и беззащитной.

Она даже Витале не могла позвонить. Он бы точно не испугался этого слетевшего с катушек ублюдка за рулём, сосредоточенно о чем-то думавшего. Ей оставалось поймать момент и возможность набрать номер отца — его она помнила наизусть, в отличие от номера Грома.

— Улыбку, милая, ты сегодня невеста, — продолжал издеваться сводный брат, паркуясь у входа в ЗАГС. — Выкинешь какой-нибудь номер — сама знаешь, что будет, — добавил уже совершенно серьезно.

Она знала. И ей бы промолчать, но слова сами сорвались с её губ:

— Я сдам тебя в полицию, — это говорил страх и отчаяние.

— Ну хорошо, — пожал плечами не-брат, — нет проблем, — поднял обе ладони, — сдаюсь полиции. Только позволь тебе сначала напомнить, дорогая моя, как ты сама лично относила деньги в камеры хранения и забирала потом чокеры. А может, твоя короткая девичья память не позволяет тебе вспомнить, как ты азартно делала ставки на охотников и направляла их по следам жертвы? Или, может быть, ты не в курсе, что твой Гром — мент? Продажный мент, у которого есть брат-близнец. Ты, вообще, сама-то знаешь с кем из них трахалась? Может быть, они оба тебя имели, ммм?

— Гром… что? — не поверила своим ушам девушка.

Но потом вспомнила, как Виталя в клубе сунул какую-то корочку охраннику, что тот не стал больше препятствовать, хотя именно тот парень — самый отпетый придурок, преданный хозяину, как подобранная на улице дворняжка.

То есть Виталя и не собирался с ней никуда сбегать.

Стало больно до жалкого всхлипа, в глазах потемнело, словно мир померк.

— Гром что… — передразнил Олег, скривив гримасу. — Давай пошла из машины!

Олег ткнул кнопку ремня безопасности, и тот с тихим шелестом проскользил по телу Алины. Она вышла пустая, как стакан. В голове, словно ложка, звенели осколки разбившейся надежды. На улице не-брат обнял ее на талию и повел внутрь.