Победа для Гладиатора - Алекс Чер

- Это самая тупая вещь, которую я делал в жизни, - ставлю свою подпись на последнем листе и брезгливо отталкиваю от себя этот договор купли-продажи недвижимости, как справку о своей невменяемости. - Ты же понимаешь это, Стас?

- Даже глупее, чем твоя женитьба? - лыбится он и разворачивает к себе открытый кейс с двумя миллионами рублей.

Именно столько денег Вика попросила наличными. Остальные я переведу безналом, когда будут готовы документы.

- Я ведь не посмотрю, что обещал Маринке тебя не трогать, - давлю эту сволочь взглядом. То, что для девочек между нами мнимое перемирие, ещё не даёт ему право распускать язык.

- Я шучу, Александр, шучу, - и бровью не ведёт этот самоубийца. - Но, если тебя это утешит, купить квартиру у жены, чтобы она стала вашей совместной собственностью, не самое глупое решение, что я видел.

- Да, по крайней мере не глупее того, чтобы вернуть покупателю сумму задатка на двадцать тысяч больше, чем он оставил.

Улыбка с его лица не сползает, но всё же тускнеет. Ибо заплатил он эти деньги тому красномордому мужику, которому хотел продать Викину квартиру, со своего кармана. И уж, конечно, ни о каких процентах со сделки разговор теперь тоже не идёт.

- Уговорить твою жену не продавать квартиру, увы, оказалось сложнее, - вздыхает он, но и это выходит у него издевательски. - Но, отдать тебе должное, ей с тобой очень повезло.

- Стасик, заткнись нафиг. Не сумел убедить, сиди не отсвечивай. Считать будешь?

- Обижаешь, - захлопывает он дипломат.

- Зачем ей столько наличных? - наблюдаю, как он щёлкает замками.

- Вернуть тебе долг. На операцию, ну и так, по мелочам, видимо.

- Видимо, - вглядываюсь в его идеальные черты, чтобы не пропустить ни единой гримасы. - Ты же в курсе: она считает, что это ты за первую операцию ребёнку заплатил.

Лицо его меняется до неузнаваемости. От самодовольной улыбочки к настоящему ужасу. Он уже встал, но сел на стул обратно, словно внезапно прозрел.

- Не может быть.

- Да, Стасик, да. Так что давай, продолжай изображать благородство. Неси свой крест с достоинством. Не упади в грязь лицом. И дипломат не урони, - поправляю накренившийся кейс.

- Чёрт побери, - расстраивается он не на шутку. - А я-то всё никак не мог понять, почему она ко мне так хорошо относится. Даже после всего. Чёрт!

Столько муки в его лице, как бы не прослезился, паяц несчастный.

- Платок? На ручки?

- Залепись, Берг! - мерит он меня ненавидящим взглядом. - Я правда не знал. Но, конечно, исправлю это недоразумение. Это же был ты?

- Я тебе исправлю, - опираюсь локтями на стол. - Не вздумай пасть открыть. Ты и так наворотил столько дел, что я до сих пор у неё прощенье не вымолил.

- Так сам виноват, - он снова встаёт. - Тебе бы манию величия полечить. И с Викой ты как собака с костью. И отпустить боишься, рычишь «моё», и что делать с ней в зубах - не знаешь.

- Стасик, не беси меня. Что-то ты разошёлся, - и правда почти рычу. - Я знаю, что я делаю. Там, в приёмной - охрана, парни проводят тебя до места. Где вы там договорились встретиться? Надеюсь, у неё дома?

- Да, у неё, - и не думает он уходить. - Всё ведёшь себя как недобитый царёк? А сам поговорить с ней про квартиру не пробовал? Без меня?

- А она со мной?

- Ты, бля, девочка, что ли, обиженная? - снова ставит он на стол дипломат, нависает над столом и гримасничает: - А она со мной? К чему эти игры, Берг, когда ты ведь за неё убил бы и не дрогнул.

- Вот спасибо за подсказку, я, наверно, прямо с тебя сейчас и начну, - вырастаю я из-за стола. Но он, скотина, худой, а ростом не ниже меня - посмотреть на него сверху вниз не получается. И хуже всего, что он прав.

- Хватит, Алекс, - отмахивается Стасик. - Ну, ударь, если тебе станет легче. Только знаешь, все мы время от времени ошибаемся. Но не все умеют признавать свои ошибки.

- А может, просто не все можно исправить? - язык у него, конечно, подвешен. Да и так он не дурак. Но друзьями мы станем вряд ли.